Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Анализ ликвидности бухгалтерского баланса 22 страница




Ральф бросил перо на стол и откинулся на спинку стула, потянувшись.
- Кстати, что там происходит? Ты единственный, у кого есть связь с мадам Делакруа. Как она?

- Как цыганская мумия, у которой есть пульс, - ответил Зейн. - Они с Трелони делят астрономический клуб, как и класс предсказаний, но они постоянно спорят вместо того, чтобы преподавать вместе. Работа шла бы намного лучше, если бы они как-то уравновешивали друг друга. Трелони заставляет нас просто чертить астрономические символы и смотреть на планеты в телескоп для "выяснения настроения и манер планетарных братьев".
Джеймс, который знал Севиллу Трелони как дальнего друга семьи, усмехнулся от нежных отзывов Зейна о ней. Зейн продолжал:
- Делакруа, напротив, показывает нам как составлять звездные карты и измерять цвет длин волн звездного света, высчитывать точные сроки некоторых значимых астрономических явлений.

- Точно, - вспомнил Джеймс. - Выравнивание планет. Петра и Тед рассказывали мне про это. Они занимаются у нее предсказанием. Похоже, что королева вуду действительно знает толк в таких вещах.

- Она анти-Трелони, это точно. У нее сплошная математика и вычисления. Мы знаем дату, когда это произойдет, но она хочет, что бы мы вычислили вплоть до минуты. Пустая трата времени, скажу я тебе. Она слегка помешана на всем этом.

- Она помешана сильно, если спросите меня, - заметил Ральф.

- Я думаю, она подозревает нас, - понизив голос сказал Джеймс. - Я замечаю, как она смотрит на меня иногда.

Зейн поднял брови и указал на свои глаза:
- Она слепа, если ты помнишь. Она не может ни на что смотреть, приятель.

- Я знаю, - сказал Джеймс, смутившись. - Но я готов поклясться, что у нее есть способ видеть, не имеющий ничего общего с глазами.

- Давайте не будем сходить с ума, - быстро проговорил Ральф. - Все это и без того достаточно странно. Ничего она не может подозревать. Если бы так было, она бы уже вмешалась, не так ли? Так что забудем о ней.

На следующий день Джеймс и Ральф отправились навестить Хагрида в его хижине, якобы поинтересоваться о Гроххе и Пречке. Хагрид восстанавливал тележку, которую Пречка случайно уничтожила, и был рад небольшому отдыху. Он предложил им войти и подал чаю с булочками, пока согревал себя у огня. Пес Триф лежал у него в ногах и иногда облизывал опущенную руку Хагрида.

- О, они переживают свои взлеты и подъемы, - произнес Хагрид таким тоном, словно хитросплетения великанских отношений представляли одну большую загадку. - Они поссорились незадолго до начала каникул. Размолвка вышла по поводу лосиного скелета. Грохх хотел сохранить голову целиком, в то время как Пречка желала использовать рога для изготовления из них некоего рода украшений.

Ральф на секунду перестал дуть на чай.
- Она хотела сделать украшения из лосиных рогов?

- Окей, это я сказал, что украшения, - Хагрид развел ручищами. - Это довольно сложно объяснить. В великанском языке один и тот же звук обозначает как украшения, так и оружие. Что может быть одним и тем же у того, в ком росту двадцать футов. Так или иначе, они пришли к какому-то решению, и между ними снова тишь да гладь.

- Она по-прежнему живет в предгорьях? - поинтересовался Джеймс.

- Уверен, что так, - сказал Хагрид слегка укоризненно. - Она - девочка гордая, наша Пречка. А Грохх проводит дни и ночи в своей хижине. Подготавливает самый лучший очаг и березовый навес. Все это займет немало времени. Великанская любовь... это штука тонкая, знаете ли.

Ральф поперхнулся чаем.

- Эй, Хагрид, - сказал Джеймс, решив сменить тему. - Ты в Хогвартсе уже довольно давно. Ты, наверное, знаешь много всяких тайных вещей о школе и замке, не так ли?

Хагрид устроился поудобнее на своем стуле.
- Ну да, вроде того. Никто не знает окрестности лучше меня. За исключением разве что Аргуса Филча. Началось все со студенческих времен. Я вернулся где-то за год до рождения твоего отца.

Джеймс знал, что он должен быть очень осторожным со словами.
- Да, именно об этом я и думал. Скажи-ка мне, Хагрид если бы у кого-нибудь было нечто волшебное, что они хотели бы спрятать где-нибудь в замке...

Хагрид перестал чесать Трифа. Он медленно повернул большую косматую голову в сторону Джеймса.
- И что же необходимо спрятать первогодку, такому как ты, могу я спросить?

- О, не мне, Хагрид, - быстро сказал Джеймс. - Кому-нибудь еще. Я просто из любопытства.

Черные жучиные глаза Хагрида сверкнули.
- Вижу. И этот кто-то другой, я имею в виду, кем бы он мог быть, ему нужно спрятать таинственные магические предметы здесь или там...

Ральф отхлебнул чая. Джеймс смотрел в окно, избегая неожиданно проницательного взгляда Хагрида.
- Ну, ты знаешь, ничего определенного. Мне просто любопытно...

- А, - сказал Хагрид, слегка улыбаясь и кивая. - Ты, должно быть, слышал множество историй про старину Хагрида от твоего отца, тети Гермионы и дяди Рона, я угадал? Хагрид выбалтывает разные детали, которые должен держать в секрете. Тоже верно. Я могу быть слегка туповат иногда, забыть, что можно, а что нельзя говорить. Они, должно быть, рассказывали истории о собаке по кличке Пушок и другие, да? - Хагрид пристально изучал Джеймса несколько мгновений, а затем испустил протяжный вздох. - Джеймс, мальчик мой, я не намного старше, чем был тогда, но я старше. Старые хранители ключей учатся не много, но мы учимся. Кроме того, твой отец предупредил меня, что вы могли ввязаться черт знает во что, и попросил приглядывать за тобой. Он заметил, что ты стащил его мантию-невидимку и карту мародеров.

- Что? - выпалил Джеймс, повернувшись так быстро, что чуть не пролил чай.

Хагрид сдвинул брови, покраснев.
- О, ну это, того. Я не уверен, что должен был вам это говорить - он задумчиво нахмурился, а потом кажется выбросил это из головы - Ну на самом деле, может он и не это имел в виду...

Джеймс поперхнулся.
- Он знает? Уже?

- Джеймс, - рассмеялся Хагрид, - твой отец - глава мракоборцев, на случай, если ты забыл. Он говорил об этом на прошлой неделе, когда мы беседовали через камин, здесь. Что его больше всего волнует, так это пригодна ли еще карта к работе или нет, ведь в замке многое перестроили. Он забыл проверить ее, когда был здесь. Так как?

Увлекшись захватом мантии Мерлина, Джеймс совсем забыл про карту мародеров. Надувшись, он сказал Хагриду, что еще не пробовал.

- Может, и к лучшему, знаешь ли, - ответил Хагрид. - Только из того, что твой отец знает об этом, еще не следует вывод, что он от этого в восторге. И насколько я понял, твоя мама не знает об этом и, если тебе повезет, не узнает. Насколько я понял, твой отец будет хранить этот секрет достаточно долго. Лучше держись от всякой контрабанды подальше, а не прячь их повсюду на территории. Поверь мне, Джеймс, подозрительные магические предметы вокруг школы могут наделать очень много бед, больше, чем они стоят.

На обратном пути в замок, продираясь сквозь холодный ветер. Ральф спросил Джеймса:
- Что он имел в виду, когда спрашивал, работает ли карта? Что она делает?

Джеймс объяснил Ральфу про карту мародеров, чувствуя смутное беспокойство и раздражение из-за того, что его отец уже знал, что он взял ее и мантию-невидимку. Конечно, он понимал, что рано или поздно его поймают, но предпочел бы получить Громовещатель об этом, а не в ребра от Хагрида.

Ральф заинтересовался картой.
- Она действительно показывает всех, кто находится в замке, и где они находятся? Это действительно полезно! Как она работает?

- Нужно сказать специальную фразу. Отец говорил мне давно, но сейчас она совершенно вылетела из головы. Мы испытаем ее как-нибудь ночью. Но сейчас я не хочу думать об этом.

Ральф кивнул и оставил тему. Они вошли в замок через главную арку и расстались у лестницы, ведущей в подвалы и к комнатам Слизерина.

Было уже довольно поздно, так что Джеймс оказался совершенно один в пустынном коридоре. Зимняя ночь была облачной и беззвездной. Она прижималась к окнам и, казалось, высасывала свет из факелов. Джеймс вздрогнул, частично от холода, частично от пробравшего его чувства леденящего ужаса, казалось, просачивающегося между плитами пола подобно туману. Он зашагал быстрее, поражаясь, насколько эти вечерние коридоры темны и безлюдны. На самом деле, еще не было слишком уж поздно, но воздух застыл в неподвижности, словно в предутренние часы или в могильном склепе. Неожиданно он осознал, что идет несколько дольше, нежели позволяла длина коридора.

К этому времени он уже должен был дойти до пересечения коридоров, украшенного статуей одноглазой ведьмы, откуда надо было повернуть налево, чтобы добраться до приемной залы, ведущей к лестницам. Джеймс остановился и оглянулся. Коридор выглядел точно так же, но что-то неуловимо изменилось. Он явно стал длиннее. На стенах отсутствовали факелы. Невозможно было определить источник слабого рассеянного света, постоянно меняющего свой цвет от мерцающего желтого до серебристого, а когда на нем фокусировали взгляд, свет бледнел и растворялся.

Ледяные щупальца страха заползли под одежду Джеймса. Он снова повернулся в прежнем направлении, готовый сорваться с места, но ноги приросли к полу, стоило ему увидеть творившееся впереди. Коридор по-прежнему был здесь, но подпирающие колонны сменились стволами деревьев. На месте сводчатых потолков возникли ветви и виноградные лозы, ничем не ограниченные в пустоте ночного неба. Даже мозаичный пол растворился в кружеве корней и сухой листвы. А потом и та малая сохранившаяся иллюзия школьного коридора исчезла, остался только окружающий его лес. В спину дунул холодный ветер, раздувший полы его плаща и взъерошивший волосы призрачными пальцами. Джеймс осознал, где он оказался, хотя, когда он был здесь в последний раз, листья все еще были на деревьях, и в ночи звучал неумолчный хор сверчков. Это был лес, окружавший озеро неподалеку от острова с Пещерной Цитаделью.

Деревья застонали, скрипя ветвями на ветру, звук был негромким, словно тихий хрип задремавшего больного, мечущегося в лихорадке. Джеймс осознал, что он снова может двигаться и направляется туда, где заканчиваются деревья, где шуршит камыш, покачиваясь на краю озера. Огромная темная масса выросла впереди, заслоняя вид. Луна показалась из-за туч, когда Джеймс приблизился, по-прежнему неспособный управлять движением своих ног. Остров Пещерной Цитадели проявился в лунном свете, и у Джеймса замерло дыхание в груди. Остров рос. Таинственная крепость выглядела сейчас реальной как никогда.

Это был готический монстр, украшенный мрачными статуями и кособокими горгульями, непонятно как возникшими из лиан и деревьев острова. Драконья пасть моста легла перед ним, и Джеймс едва успел остановиться, не поставив на нее ногу. Он припомнил скрежет деревянных зубов, когда те пытались сожрать их с Зейном. В серебряном лунном свете ворота на другом конце моста были хорошо видны, как и слова стихотворения на них – «Когда свет Сульвы засияет, найду Пещеры Цитадель» Ворота вдруг вздрогнули и раскрылись, обнажив свою черную глотку. И из нее пришел голос, четкий и красивый, чистый, как перезвон колокольчиков.

- Хранитель реликвии, - произнес голос. - Твой долг уплачен.

Джеймс стоял и смотрел через мост во тьму открытых врат, где замерцал свет. Он конденсировался, твердел и обретал форму. Джеймс понял, что это были мягкие очертания дриады, лесной женщины, духа дерева. Хотя это была не та дриада, которую он встречал раньше. От той исходило зеленое сияние, а от этой бледно-голубое. Она слегка пульсировала. Ее волосы струились вокруг головы как текучая вода. Скромная, почти нежная улыбка была на ее губах, и ее огромные влажные глаза слегка мерцали.

- Исполнил роль свою уже ты, - произнесла дриада столь же чудесным и обволакивающим голосом, как и предыдущая. - Нужды нет более реликвию таить. Не для тебя се бремя. Нам принеси ее, отдай. Хранителями мы назначены ей быть с времен давешних. Сбрось эту ношу, нам реликвию отдав.

Джеймс взглянул вниз и увидел, что вопреки собственному желанию, все-таки ступил на мост. Драконья пасть не сомкнулась над ним. Он взглянул вверх и увидел, что она, как ни странно, тянется немного вверх, словно приглашая его. Упавшие деревья, образовывавшие челюсть, тихо скрипнули.

- Принеси нам реликвию, - снова произнесла дриада и протянула руки к Джеймсу, словно приветствовала его с распростертыми объятиями. Ее руки были неестественно длинными и словно протянулись через весь мост. Ее ногти были такого глубокого голубого цвета, что он казался почти фиолетовым. Они были длинными и удивительно неровными. Джеймс отступил на шаг, сходя с моста. Глаза дриады изменились. Они засияли и ожесточились.

- Реликвию нам принеси ты, - повторила она еще раз, и ее голос снова изменился. Он зазвучал, словно песня. - Не для тебя она. Сильней ее могущество, чем у тебя, чем у любого, кто с тобой. Ее нам принеси, пока ты не разрушен ею будешь. Иначе уничтожит реликвия тебя, как и любого, в чьих руках она пробудет долго, кто овладеть ей неспособен. Доставь ее сюда, пока не попадет она еще к кому-нибудь, использует его... Отдай ее, пока еще ты можешь.

Её длинные руки протянулись через мост и Джеймс понял, что сможет дотронуться до них, если протянет свою руку. Он попятился дальше, зацепился пяткой за корень и споткнулся. Он повернулся, взмахнул руками и упал на что-то широкое и жесткое. Он оттолкнулся от этого и выпрямился. Это была каменная стена. В пяти футах дальше потрескивали факелы в подставках. Джеймс огляделся.

Коридор Хогвартса тянулся вперед, теплый и обыденный, словно он никуда и не исчезал. Возможно, так и было. Джеймс посмотрел в другую сторону. Там был перекресток со статуей одноглазой ведьмы. Чувство страха ушло, и теперь Джеймс почувствовал уверенность в том, что случившееся не было простым видением. Он по-прежнему чувствовал холод ночного ветра в складках своей мантии. Затем он посмотрел вниз, с его ботинок осыпалась сухая речная грязь. Он вздрогнул, потом взял себя в руки и пробежал остаток пути до лестницы, где в два счета добрался до гостиной.

Единственное, в чем Джеймс был уверен, так это в том, что кто-то хочет отобрать у него мантию Мерлина. Он просто не был уверен, что это было правильно. К счастью, мантия по прежнему была заперта в портфеле Джексона в чемодане Джеймса. После того, как уже попробовал прикоснуться к мантии, Джеймс не планировал более доставать мантию из чемодана до тех пор, пока не придет время вручить ее отцу и департаменту мракоборцев. Пока время еще не пришло, но оно придет. Позже. Тем не менее, он не собирается отдавать ее какому-то мистическому существу, не важно дух оно дерева, или нет.

Уверенный в этом, Джеймс дошел до гостиной Гриффиндора и отправился в постель. Но еще долго после того, как улегся под одеяло, ему казалось, что он слышит шепчущий голос в ветре за окном, бесконечно и однообразно умоляющий его: «Принеси нам реликвию... Принеси нам реликвию, пока можешь...» Он убаюкал его, и он уснул, думая об этих следящих прекрасных глазах и этих длинных, длинных руках с тонкими кистями и неровными фиолетовыми ногтями.

В следующую пятницу на уроке травологии Джеймс был удивлен, увидев, что Невилл Долгопупс перенес персиковое деревце Ральфа из класса Трансфигурации, где оно перестало помещаться, в одну из теплиц.

- Все это из банана, - уточнил Невилл у Джеймса после урока.

- Да. Держу пари, у Ральфа больше сюрпризов, чем у кого-либо. Он удивительный, но не думаю, что он на самом деле осознает всю свою силу. Некоторые слизеринцы думают, что он принадлежит к какой-нибудь старой могущественной семье волшебников. Все может быть, я думаю, ведь он никогда не знал свою мать.

- Это в их духе, - сказал Невил с необычной откровенностью. - Магглорожденные могут быть так же могущественны, как и рожденные в старых, чистокровных семьях. Некоторые предрассудки никогда не меняются.

Джеймс посмотрел на персиковое дерево, которое стало довольно большим, несмотря на тот факт, что его корни по-прежнему обвивались вокруг одной из парт из класса трансфигурации. Он знал, что Невилл прав, но он не мог забыть лица Ральфа в тот день, когда он трансфигурировал банан. Ральф никогда не говорил об этом, но Джеймс чувствовал, что такая сила немного его пугала.

На следующий день день был запланирован матч между командами по квиддичу Гриффиндора и Слизерина. Джеймс сидел на трибуне Гриффиндора вместе с Зейном и Сабриной Хильдегард. Ральф, чтобы поддержать нескольких своих слизеринских друзей, сел в зеленом секторе с другой стороны поля. Джеймс встретился глазами с Ральфом и помахал ему. Ральф помахал в ответ, но осторожно, убедившись, что его не видит никто из старших товарищей.

Внизу, на поле капитаны команд вышли на центральную линию, чтобы встретиться с Габриэлем Ридкулли, что бы ознакомится с правилами и пожать друг другу руки, традиция, на которую в действительности никто не обращал внимания. Джеймс смотрел как Джастин Кеннели небрежно пожимает руку Табиты Корсики. Даже с высоты своего места на вышке-трибуне Джеймс мог видеть вкрадчивую вежливую улыбку на действительно красивом лице Табиты. Затем оба капитана развернулись и пошли в противоположные стороны обратно к своим метлам, оставив Ридкулли с чемоданом с мячами для квиддича.

Зейн радостно чавкал попкорном, который для него приготовил один из домовых эльфов с кухни.
- Это будет замечательный матч, - заметил он, разделяя жизнерадостность толпы.

- Гриффиндор против Слизерина - это всегда бойня, - сказала Сабрина, перекрикивая толпу. - Во времена моей мамы все ненавидели слизеринцев, потому что они были нечестными игроками. Парень по имени Майлс Блетчли был капитаном команды тогда и еще играл за Забияк Зонделера несколько лет, пока его не выгнали из лиги за использование закупоривающей метлы.

- Э.. что? - вставил Зейн - Как можно закупорить метлу?

Джеймс пояснил:
- Это такой тип мошенничества, когда в рукоятке метлы просверливают отверстие и вставляют туда какой-нибудь магический предмет, например, кусочек драконьего ребра или клык василиска. Таким образом, вся метла превращается в волшебную палочку. Он использовал Защитные чары и модифицированное заклинание Экспеллиармус, не позволяющие команде соперника завладеть квофлом. Нечестный старый жулик, вот он кто.

Пока он говорил, команда Слизерина вылетила на поле под крики "Ура!" со стороны трибун их болельщиков. Дамьян, находящийся в радоэфире, прижав палочку к горлу, представлял команду, его голос эхом отдавался в холодном январском воздухе.

- Ну, - сказал Зейн после приветственных криков, - не похоже, чтобы кто-то ненавидел Слизерин теперь.

Действительно, аплодировали со всех трибун. Только Грифиндорцы свистели и шипели. Джеймс пожал плечами.
- Похоже они играют уже не так грязно, как раньше. Но они по-прежнему остаются необычайно сильной командой. В этом есть какая-то хитрость, просто она не так очевидна.

- Я и говорю, - согласился Зейн. - Когда мы играли со Слизерином до перерыва, это был самый чистый матч, который я играл за весь год. Ридкулли назначил всего один фол. Но все равно, было что-то слишком гладкое в этом. Либо они удачливая кучка скунсов, летающая на метлах, либо они заключили сделку с дьяволом.

Джеймс стиснул зубы.

Через поле Гораций Слизнорт, краснощекий, закутанный в пальто с меховым воротником и такую же шляпу, махал маленьким слизеринским флагом на палочке и выкрикивал поощрения команде своего факультета. Ральф сидел на два ряда ниже него и покорно аплодировал. Джеймс знал, что Ральф не большой фанат квиддича, несмотря на это он внимательно следил за матчем, Джеймс полагал, что это потому, что Ральф не мог на самом деле выбирать команду, за которую он хотел бы болеть. Его друзья, включая Руфуса Бартона, одобрительно загудели.

Гриффиндорская команда вылетела на поле следующей, держась вдоль трибун, и зрители вокруг Джеймса закричали и вскочили как один. Джеймс вскочил вместе с ними, улыбаясь и исступленно крича, уверенный в победе Гриффиндора. Он топал ногами и кричал до хрипоты, пока команда облетала поле, улыбаясь и маша руками.

Команды вылетели на позиции. После инструктажа команд по честной игре, все игроки заняли свои места, а Ридкулли выпустил бланджеры и снитч и подбросил в воздух квофл. Игроки зароились в воздухе в погоне за бладжерами и снитчем и борьбе за квофл. Ной и Том Скваллус - два ловца - кинулись за снитчем, промелькнувшим у плакатов Когтеврана и снова исчезнувшем.

Почти сразу разница между командами стала очевидной. Гриффиндор вел игру как по учебнику, основываясь на тщательно оттренированных стратегиях. Джастина Кеннели было не слышно из-за ликующей толпы, поэтому он давал указания своим игрокам с помощью знаков. Слизерин с другой стороны, казалось, имел изящный, почти жуткий стиль игры, они двигались над полем как косяк рыбы. Табита Корсика не давала никаких указаний со своей метлы, но все же ее игроки разделялись и перегруппировывались с танцевальной точностью. Однажды Табита нырнула под бладжер и одновременно швырнула квофл через плечо.

Мяч взвился в воздух и был ловко пойман ее товарищем по команде, который летел перпендикулярно под ней. Игрок забил гол в центральный круг до того, как вратарь Гриффиндора успел осознать, что у Табиты больше нет мяча. Джеймс застонал, в то время как слизеринцы вскочили и закричали. Джастин Кеннели осмотрелся так, словно хотел сброситься со своей метлы от расстройства. Спустя час от начала матча счет был сто тридцать против сто сорока в пользу Гриффиндора, хотя лидер сменился уже пять раз.

- В таких матчах, как этот, все зависит от ловца, - жизнерадостно прокричала Сабрина, не отводя глаз от игроков. - И Скваллус новенький в этом деле, поскольку Гноффтон закончил в прошлом году. Ной способен размазать его по стенке вместе с метлой.

Внезапно толпа взревела и Джеймс увидел, что Ной преследует снитч. На другой стороне поля Том Скваллус прижался к метле, оскалив зубы на холодном ветру, и бросился наперерез Ною. Он пронесся сквозь игроков, едва не угодив под бладжер, посланный Джастином Кеннели. Несмотря на его скорость, Джеймс понимал, что у Скваллуса нет шансов перехватить приз у Ноя. Золотая полоска и гудение тоненьких крылышек пронеслись вдоль трибун Гриффиндора, а несколько секунд спустя за ним - Ной.

На задних рядах пригнулись, затем вскочили, крича, когда Ной тяжело накренился, едва не касаясь трибун, и рванулся вперед на своей метле, вытянув руку. Это был долгий момент, когда все затаили дыхание, а Ной почти дотянулся до крошечного золотого мячика с тонкими крылышками, расстояние сокращалось, сокращалось, рука Ноя дрожала. Затем в вихре из метлы и мантии что-то изменилось. Ной был вынужден прижаться к своей метле, чтобы не остановиться и не потерять контроль, облако из слизеринцев во главе с Табитой Корсикой окружило его, вычерчивая в воздухе виртуальные стены. Ной столкнулся с мускулистым слизеринцем и отскочил в сторону, потеряв контроль над метлой. Он завалился на бок, размахивая одной рукой и хватаясь другой. Толпа взревела.

Табита Корсика пролетела сквозь стену слизеринцев, которая открылась для нее как радуга. Ее плащ развивался за спиной, и Джеймс с удивлением обнаружил, что снитч порхает рядом с ней, в тени ее мантии. Он метнулся вверх, но Табита среагировала почти мгновенно, пригнувшись к своей метле. Каким-то образом, даже не глядя на него, она вела снитч прямо к Тому Скваллусу. Он увидел ее, тяжело наклонился и пролетел мимо нее. Когда он оказался с другой стороны, он протянул руку и снитч скользнул в нее. Слизеринские трибуны необычайно бурно приветствовали его. Игра была окончена.

Ной повис на метле, зацепившись за нее одной ногой. Он попытался вернуться в вертикальное положение, когда к нему подлетели Тед и Джастин Кеннели, разговаривая и жестикулируя. Джеймс понимал, о чем они говорят, хоть и не слышал слов из-за криков поддержки и порицания. Случилось что-то очень странное, но все же на самом деле Слизерин не нарушал правил. На траве поля Петра Моргенштерн, которая играла как загонщик, что-то оживлено втолковывала Габриэль Ридкулли, указывая на Табиту Корсику, которая, по-прежнему оставаясь на метле, принимала поздравления от своей команды вместе с Томом Скваллусом. Ридкулли покачал головой, не имея возможности или не желая согласиться с аргументами Петры. Не было никаких обращений от Гриффиндора, поскольку они не могли доказать, что было нарушение.

- Что во имя одутловато-белого зада Волди это было? - спросил Дамьян Дамаскус, оставив радиовещание и присоединившись к Джеймсу, Зейну и Сабрине.

Сабрина покачала головой.
- Это было действительно жутко. Ты же видел то же, что и я? Корсика заблокировала снитч! Она не прикасалась к нему, но летела прямо рядом с ним, пока не подлетел Скваллус на своей метле.

- Это ведь не запрещено правилами? - спросил Зейн, присоединившись к толпе, покидающей трибуны.

- Нет смысла составлять правила, запрещающие вещи, которые невозможны, - сердито сказал Дамьян. - До тех пор, пока она не прикасалась к нему, она чиста. Она даже не смотрела на снитч. Я клянусь.

Ральф обежал вокруг поля, когда Джеймс и Зейн спускались по последним нескольким ступенькам. Тяжело дыша, он утянул их от Сабрины и Дамьяна, чье настроение совсем испортилось.

- Вы видели это? - спросил Ральф, пытаясь отдышаться. Он был чрезвычайно возбужден.

- Мы видели что-то, - сказал Джеймс, - хотя я не уверен, что могу верить своим глазам.

Зейн был менее дипломатичен.
- Гриффиндорцы думают, что твои приятели сжульничали. Это отразится на итоговой турнирной таблице. Похоже, теперь Когтевран будет играть со Слизерином. Я надеялся на матч между Когтевраном и Гриффиндором.

- Можете вы оба хоть на минуту забыть о проклятом турнире по квиддичу? - спросил Ральф, поворачивая их лицами к трибунам. - Кажется, вы забыли, что у нас есть более важные вещи для раздумий!

- Хорошо, выкладывай, Ральф, - сказал Джеймс, стараясь не показывать раздражения.

Ральф глубоко вздохнул.
- Вы говорили мне, что я ваш человек в стане врага, так ведь? Поэтому я пристально наблюдал, ища подсказки и признаки того, кто может быть причастен к заговору Мерлина, правильно?

- И ты считаешь, сейчас подходящее время, чтобы говорить об этом? - спросил Зейн, вскинув брови.

- Нет, нет, все верно, - вставил Джеймс. - Что ты видел, Ральф? Что-то случилось на слизеринской стороне?

- Нет! - нетерпеливо ответил Ральф. - Не в общей комнате или где-то еще. Прямо здесь, несколько минут назад! Вспомните, что мы должны были высматривать?

- Да, - сказал Зейн, заинтересовавшись, - посох Мерлина.

Ральф многозначительно кивнул. Послышались веселые крики. Трое мальчиков повернулись, чтобы увидеть, как слизеринцы покидают поле в толпе студентов, с зелеными шарфами. Табита шла во главе группы, ее метла триумфально возлежала на ее плече.

- Шесть футов или около того необычного магического дерева, - сказал Ральф, понизив голос, продолжая смотреть, как Табита покидает поле. - Происхождение неизвестно.

- Верно! - воскликнул Джеймс, понимая что к чему. - Табита говорила что у ее метлы необычная модель, созданая каким-то маггловским художником или что-то вроде того! Она зарегистрировала ее как маггловский артефакт, потому что это нестандартная модель!

- И нет никаких сомнений, что это что-то необычно-магическое, - добавил Ральф. Джеймс кивнул.

- Вы говорите о том, о чем я думаю, вы говорите? - недоверчиво спросил Зейн. Ральф взглянул на него.
- Имеет смысл, не так ли? Это прекрасное секретное место! Вот почему я побежал сюда сразу после окончания матча. Я хотел, чтобы вы двое тоже это увидели и решили, правда ли это.

Зейн присвистнул от восхищения.
- А мы рассуждаем о закупоренных метлах! Когда тут Табита все это время рассекала на посохе Мерлина!

Джеймс не мог отвести глаз от Табиты, которая достигла вершины холма, направляясь к замку. Зимний солнечный свет сверкал на прутьях ее метлы. Это действительно была идеальная маскировка для шестифутовой магической деревяшки. И они не знали точно, кто является третьим заговорщиком в мерлиновском плане, слизеринец, который назвался именем Астрамаддукса. Сердце Джеймса заколотилось от волнения и предвкушения.

- Итак, - сказал он, когда все трое последовали в замок, держась на расстоянии от слизеринской команды, - как мы стащим посох Мерлина у Табиты Корсики?

 

 

Глава 14.

Зал Пересечения Старейших

 

- Что? С чего бы нам красть её метлу? - воскликнул Ральф за завтраком следующим утром. Он потянулся через стол за тарелкой с сосисками. - Это будет посложнее, чем с Джексоном. Мальчикам ведь нельзя в девчоночьи спальни. Даже близко не подобраться! К тому же, у нас уже есть мантия. Они не смогут сделать ничего, не имея всех предметов.

- Потому что это тоже часть барахла Мерлина, вот почему! – воскликнул Джеймс. - Даже просто сам по себе он является одним из могущественнейших артефактов в мире. Ты видел, что Табита Корсика проделывала с его помощью на матче. Если даже не упоминать о воздействии на снитч без малейшего взгляда на него. Вся ее команда действовала как одно целое, или, по крайней мере, их метлы действовали. Они точно знали, где когда и надо оказаться. Это действительно мощная магия. Пока что она пользовалась этой силой только для достижения побед на матчах по квиддичу, но неужели вам хотелось бы оставлять эту штуку в руках кого-нибудь наподобие ее или Прогрессивного Элемента?


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-08-17; просмотров: 277. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.057 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7