Как почтенный Брат Симон избавил Брата от великого искушения, из-за которого тот был готов покинуть Орден
В самом начале существования Ордена, еще при жизни Святого Франциска, юноша из Ассизи стал братом. Звали его Симон. И Господь украсил его такими дарами и так возвысил разум его, что во всю свою жизнь он был зеркалом святости, как я слышал от тех, кто долго жил вместе с ним. Он очень редко покидал свою хижину, и всякий раз, когда был в обществе братьев, говорил о Боге. Он никогда не учился, но когда он рассуждал о божественных вещах, из любви ко Христу, его суждения были возвышении и исполнены глубокой мудрости, что его слова казались чем-то сверхъестественным. Однажды вечером он пошел в лес с Братом Иаковом из Массы, поговорить о Боге, и они провели всю ночь в сладостной беседе о божественной любви. Когда настало утро, им показалось, что они провели вместе всего несколько минут, как тот самый Брат Иаков сам рассказывал мне. Брат Симон был так поглощен радостью чудесного общения с Богом, и дух его был так переполнен любовью, что он часто был вынужден ложиться, ибо сладостная истома, которая нисходила на него с Духом Святым успокаивала не только душу его, но и тело. И во время этих божественных посещений, он часто бывал восхищен к Богу, и был бесчувственен ко всему телесному. Онажды, когда он был восхищен к Богу и бесчувственен к миру, его сердце воспылало божественной любовью, так что все чувства его тела умерли по отношению ко всему привходящему. Некий Брат, желая убедиться, действительно ли это так, как кажется, взял из костра пылающий уголь и положил Брату Симону на ногу. И Брат Симон не почувствовал этого и не подал никаких признаков боли, хотя уголь лежал на его ноге некоторое время, пока не свалился. Брат Симон, когда садился за трапезу, перед тем, как напитать тело, питал души окружающих, говоря о Боге. Юноша из Сан Северино, излишне тщеславный и суетный, хотя и благородной крови и с изысканными манерами, был обращен через праведный разговор с Братом Симоном и вошел в Орден. Когда тот принял его в монастырь, то забрал его мирскую одежду. И юноша оставался с Братом Симоном, дабы изучить Устав. Дьявол, всегда ищущий сотворить зло, искушал его плоть так сильно, что он не мог сопротивляться. И, пойдя к Брату Симону, сказал ему: "Верни мне мою одежду, которую я носил в миру, ибо я не могу противостоять искушению плоти". Брат Симон, сильно ему сочувствуя, сказал: "Посиди пока здесь, со мной, сын мой". И говорил ему о Боге так убедительно, что искушение оставило его. Вскоре, однако, все повторилось, и он вновь пришел и потребовал вернуть свою одежду. И Брат Симон отвратил его от этого желания, рассказывая ему о Боге. И так повторилось несколько раз. Наконец, однажды ночью искушение приступило к нему с такой силой, что устоять ему было совершенно невозможно. Он пошел к Брату Симону и умолял его вернуть ему одежду школяра, ибо он не может более оставаться в монастыре. Тогда Брат Симон, как обычно, усадил его рядом с собой и говорил с ним о Боге. Юноша слушал и сокрушенно склонил голову на грудь Брату Симону. Тот, сочувствуя Брату, возвел очи к небесам и молился, чтобы Господь помиловал его. Во время молитвы, он впал в экстаз, и молитва его была вознаграждена. Когда он пришел в себя, то нашел юношу полностью освободившимся от искушения, и таким спокойным, будто никогда не был он искушаем. Злой дух, что неистовствовал в его сердце, сменился Духом Божьим, ибо он стал подобен пылающему углю божественной любви, как говорил Брат Симон, и сердце его с того времени было воспламенено любовью к Богу и ближним. Встретившись однажды со злодеем, который был приговорен к лишению обоих глаз, этот юноша почувствовал к нему такое сострадание, что отправился к губернатору и при всем совете со слезами молил того разрешить ему отдать один свой глаз, чтобы преступник не потерял оба. Губернатор и все, кто входил в совет, были так тронуты милосердием этого монаха, что простили обвиняемого. Брат Симон, молясь однажды в лесу, был раздражен стаей ворон, которые своим карканьем мешали его размышлениям. Он повелел им именем Христа улетать и никогда не возвращаться. И птицы улетели по его повелению, и никогда больше их не видели и не слышали во всей той округе. И все окрестности Фермо, где находился монастырь, были свидетелями этого чуда.
Во славу и восхваление Иисуса Христа и Его бедного слуги Франциска. Аминь
