Місце Афганістану у зовнішній політиці Пакистану.

В декабре 1979 года советский ограниченный контингент вошел в Афганистан. В Пакистане эта акция вызвала крайне отрицательную реакцию. Пакистано-американские отношения к этому моменту находились не в лучшем состоянии. Накануне президент США Дж. Картер предложил этому государству финансовую «помощь» в размере 400 млн долларов. Тогдашний президент Пакистана Зия уль-Хак на созванной по этому поводу пресс-конференции откровенно высмеял «подарок» Картера, заявив, что «семечки нам не нужны».

После ввода советских войск в Афганистан (а пакистанские представители на различных уровнях стали утверждать о появлении войск Советского Союза на границах Пакистана) пакистано-американские отношения качественно меняются.

Реакция в Пакистане на советскую акцию проводилась по обычному сценарию: после проповедей в мечетях тысячные толпы разъяренных фанатиков двинулись к нашему посольству. И только после нашего предупреждения пакистанским властям, что мы будем вынуждены обратиться за защитой к своему правительству (от афгано-пакистанской границы до Исламабада нашим танкам потребовалось бы полтора часа хода), толпа была остановлена, не дойдя до посольства.

После ввода советских войск в Афганистан в этой стране начала стремительно развиваться гражданская война. Оппозиционные вооруженные формирования исламских партий и организаций базировались на территории Пакистана, где имели широкую сеть лагерей по подготовке моджахедов. Вся эта деятельность проходила под непосредственным контролем пакистанских спецслужб и пакистанских инструкторов. Пакистанцы предоставляли моджахедам военную технику и снаряжение. (Так что ко времени создания организации «Талибан» пакистанские военные и спецслужбы имели значительный практический опыт.)

Активизируя лозунги исламской солидарности и священной войны — «джехада», — тогдашний президент Пакистана Зия уль-Хак преследовал конкретные внешнеполитические цели — «заработать» благоприятный имидж в глазах западного международного сообщества и получить военную и финансово-экономическую помощь, в которой Пакистан остро нуждался. В значительной мере Зие уль-Хаку это удалось. Генерал, который был широко известен как глава военного режима, грубо нарушающего права человека, расправляющийся со своими политическими противниками, стал одним из самых близких союзников Соединенных Штатов. Не это ли еще одно красноречивое подтверждение двойных стандартов «великой американской демократии»? Отношения между двумя странами характеризуются теперь не иначе как «стратегическое согласие». Вскоре Вашингтон выделил Исламабаду 3,2 млрд долларов, причем большая часть этой суммы предназначалась на военные цели. (Вспомним Картера и его «семечки» — 400 млн долларов.)

Имеется более чем достаточно подтверждений и свидетельств о действиях пакистанских военных и спецслужб в Афганистане, прямо направленных против СССР и осуществлявшихся при прямом и активном содействии США. Такое «сотрудничество» Пакистана и Соединенных Штатов опять же пригодится им до определенного этапа при создании организации «Талибан».

Установив свое господство над Афганистаном руками талибов, Исламабад мог бы перейти к практическому претворению своих замыслов в отношении бывших среднеазиатских республик бывшего Советского Союза.

Дальнейшие события в Афганистане стали развиваться по сценарию, несколько отличному от того, что хотела пакистанская военно-политическая и религиозная верхушка. Несмотря на значительные военные успехи талибов (они захватили большую часть Афганистана), подавляющее большинство населения этой страны не приняло талибов и установленный ими «новый порядок». Аскетичный, ортодоксально-консервативный ислам в их трактовке, жестокие репрессии против инакомыслящих не могли не вызвать у большинства афганцев негативного отношения к «завоевателям». И это очень ярко проявилось после изгнания талибов войсками «северного альянса» и американцами с оккупированных ими территорий — для подавляющего большинства афганцев наступил праздник освобождения. Это был ощутимый удар по престижу Пакистана, который, как в древних мифах, «выпустил джинна из бутылки», но не смог с ним совладать.