III. Конкуренция, господство я последовательность

Существуют и другие, менее очевидные способы, посред­ством которых конкуренция контролирует отношения ин­дивидов и видов в коммунальной среде. Два экологических принципа — господство и последовательность, — стремящиеся к установлению и поддержанию такого коммуналь­ного порядка, являются функциями конкуренции и зависят от нее.

В каждом сообществе живых организмов всегда есть один (или более) господствующий вид. В растительном сооб­ществе такое господство — результат борьбы различных видов за солнечный свет. В климате, благоприятствующем росту леса, господствующим видом, безусловно, будут де­ревья. В степях и прериях господствующими будут травы.

«В сообществе растений, где солнечный свет является основной потребностью, господствующим будет самое вы­сокое из всех растений, которое сможет вытянуть свои энергетические ловушки поверх голов других. Второсте­пенное использование может заключаться в использова­нии тусклого света под сенью более высоких крон. Нечто похожее происходит в любом сообществе живых организ­мов на земле, в поле, как и в лесу, есть уровни раститель­ности, адаптировавшиеся к существованию с менее ин­тенсивным освещением, чем растения, стоящие на уровень выше. Как правило существует два или три таких уров­ня; в дубровнике, например, есть уровень мха, над ним — травы, и низкий кустарник, а затем — ничего, до самых крон; на пшеничном поле господствующей формой будет пшеница, а ниже, между ее стеблей, — сорняки. А в тропи­ческих лесах все пространство от пола до крыши поделе­но на зоны и населено»*.

* Н. G. Wells, Julian S. Huxley, and G. P. Wells. The Science of Life. New York, 1934. P. 968—969.

 

Но принцип господства действует в человеческих сооб­ществах так же, как и в сообществах растений и животных. Так называемые естественные или функциональные облас­ти городского сообщества — например, трущоба, район до­ходных домов, центральные торговые ряды и центральный район банков — каждый из этих районов обязан своим су­ществованием непосредственно фактору господства, и опо­средованно — конкуренции.

Борьба производственных и коммерческих институтов за стратегическое местоположение определяет в перспекти­ве и основные очертания городского сообщества. Распреде­ление населения, равно, как и местоположение и границы занимаемых им областей расселения, определяются другой, схожей, но подчиненной системой сил.

Господствующим районом в любом сообществе являет­ся, как правило, тот, где самые высокие цены на землю. В любом большом городе есть обычно два таких положения с самыми высокими ценами на землю — это центральный торговый район и центральный район банков. Начиная с этих позиций цены на землю снижаются, сначала резко, а затем — постепенно, по мере приближения к периферии городского сообщества. Именно эти цены на землю опреде­ляют местоположение социальных институтов и деловых предприятий. И те, и другие взаимосвязаны в едином свое­образном территориальном комплексе, внутри которого они являются одновременно и конкурирующими, и взаимозави­симыми образованиями.

По мере расширения городского сообщества в сторону пригородов давление профессиональных сообществ, де­ловых предприятий и разного рода социальных институтов, призванных обслуживать весь метрополитенский регион, постепенно усиливает их потребность пространства именно в центре. Таким образом, не только увеличение пригород­ной зоны, но и любое изменение в способах передвижения, делающее деловой центр города более доступным, увеличи­вает давление на центр. Отсюда это давление передается и распространяется, как показывает профиль цен на землю, на все остальные части города.

Тем самым принцип доминирования, действующий в границах, обусловленных территорией и другими естествен­ными характеристиками местоположения, в целом опреде­ляет и общий социологический тип города и функциональ­ное отношение различных частей города между собой.

Более того, доминирование, поскольку оно стремится стабилизировать биотическое или культурное сообщество, косвенным образом отвечает и за феномен наследственно­сти.

Термин «наследственность» экологи используют для описания и обозначения той упорядоченной последователь­ности изменений, через которою проходит биотическое со­общество в своем развитии от начальной и сравнительно нестабильной к относительно устойчивой стадии или к выс­шей стадии. Суть в том, что не только отдельные растения или животные растут в среде сообщества, но и само сообще­ство — система отношений между видами — как бы вовле­чено в упорядоченный процесс изменения и развития.

Тот факт, что в ходе этого развития сообщество проходит через целый ряд более или менее определенных стадий, придает этому развитию циклический характер, как раз и предполагаемый понятием «наследственность».

Объяснением цикличности изменений, составляющих наследственность, может служить тот факт, что на каждой стадии этого процесса достигается более или менее устойчи­вое равновесие, которое образуется в ходе последователь­ных изменений в условиях жизни и как результат этих изменений, а равновесие, достигнутое на ранних стадиях тем самым нарушается. В этом случае силы, доселе сдержи­ваемые равновесием, высвобождаются, конкуренция усили­вается, изменение происходит относительно быстро до тех пор, пока не установится новое равновесие.

Наивысшая стадия развития сообщества соответствует поре зрелости в жизни индивида.

«В развивающемся отдельно взятом организме каждая стадия развития самореализуется и дает начало новой стадии: так, головастик отращивает щитовидную желе­зу, которая предназначена для того, чтобы перейти из со­стояния головастика к состоянию лягушонка. То же самое происходит и в развивающемся сообществе организмов — каждая стадия изменяет свою среду обитания, поскольку изменяет и почти необратимо обогащает почву своего произрастания, тем самым фактически приближаясь к собственному завершению, и создает возможность для но­вых видов растений с большими потребностями в мине­ральных солях или каких-либо других свойствах почвы для своего процветания на ней. Соответственно, большие и более прихотливые растения постепенно вытесняют предшествующих им первопроходцев до тех пор, пока, на­конец, не установится равновесие — предельная возмож­ность для данного климата.»*

* Ibid., pp. 977—78.

 

Культурное сообщество развивается сходным с биотиче­ским сообществом образом, однако, несколько сложнее. Изобретения, равно как и внезапные катастрофические из­менения, видимо, имеют более важное значение для появле­ния циклических изменений в культурном соообществе, нежели в биотическом. Но сам принцип появления измене­ний в сущности тот же. Во всяком случае, все, или большин­ство наиболее существенных процессов функционально свя­заны с конкуренцией и зависят от нее.

Конкуренция, которая на биотическом уровне функцио­нирует в целях контроля и регулирования отношений меж­ду организмами, на социальном уровне стремится принять форму конфликта. На тесную связь между конкуренцией и конфликтом указывает тот факт, что война зачастую, если не всегда, имеет, или предполагает, своим источником экономическую конкуренцию, которая в этом случае при­нимает более сублимированную форму борьбы за власть и престиж. Социальная функция войны, с другой стороны, судя по всему, расширяет сферу, в пределах которой воз­можно сохранение мира.