Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава 2: Растраченная впустую ненависть 1 страница





 

— Пятнадцатый пункт: принудительный курс сексомагии для всех семикурсников, — громко объявил Рон Уизли, записывая свое предложение на пергамент.

Рассевшаяся вокруг стола компания учеников Хогвартса покатилась со смеху.

Они развлекались на всю катушку и до того, как Лаванда Браун поймала смешинку. Но она умудрилась заразить своим весельем остальных, да так, что смешным стало казаться все подряд.

— Здорово! – предложение Рона вызвало живейший отклик Шеймуса Финнигана. — Обещай мне, что пошлешь список Дамблдору!

— Рон, ну в самом деле! — вскричала Гермиона, сидевшая на коленях у Гарри. — Ты что, только об этом можешь думать?

Она протянула руку, вырвала пергамент, и рыжий воскликнул в знак протеста.

— Шестнадцатый пункт, — серьезно заявила Гермиона, на мгновенье прикусив перо.

Все притихли, ожидая продолжения.

— Сменить официальные цвета Слизерина на розовый в крапинку.

Компания разразилась очередным приступом хохота.

— Ты... ты... можешь себе это представить? — Выдавил Дин между приступами смеха. — Крэбб... и Гойл... в розовом в крапинку?

Гарри, Рон, Гермиона, Лаванда, Парвати, Падма, Дин, Шеймус, Джинни и Невилл сидели вокруг большого стола в главном зале «Озорной змеюки», популярной среди молодых волшебников забегаловки на Диагон аллее. Было чуть за полдень и друзья, спасаясь от духоты, заглянули сюда пообедать, покидав поклажу из книг, котлов, и прочей ерунды на пол. Теперь они объедались мороженым, сладостями и пили газировку.

Компания все утро не давала покоя Гарри и Гермионе из-за назначения их старостами школы, и Дин шутливо предложил, что раз уж власть теперь в их руках, то им стоит подумать об улучшении школы. Гермиона немедленно вытащила лист пергамента, и теперь все поочередно записывали свои предложения под оглушительный хохот.

Гарри сидел во главе стола с Гермионой на коленях, сбоку от них Рон, по другую сторону от Гарри растянулась Джинни, положив ноги на колени Невиллу. Падма расположилась неподалеку от Рона, за ней – Шеймус, с хихикающей Парвати на коленях. Дин оказался между Шеймусом и Невиллом. Лаванда восседала на столе, поедая мороженое с фруктами, которое Дин вообще-то заказал себе, видимо поэтому она иногда великодушно делилась с ним ложечкой другой.

Друзья не обращали внимания на завистливые взгляды сидевших вокруг юных магов и волшебниц, что любопытно развесили уши. Любой из них сгрыз бы свою палочку, лишь бы стать частью популярной компании хогвартских подростков. Несколько друзей-шестикурсников Джинни сидели за соседним столом, зеленея от зависти и наблюдая, как их рыжеволосая подруга положила голову на плечо знаменитого Гарри Поттера и пискнула, захлебываясь смехом, когда грустноглазый душка и сердцеед, Невилл Лонгботтом, пощекотал пальцы её обутых в сандалии ног.

— Я придумал, придумал! — Дин потянулся за гермиониным пергаментом. — Семнадцатый пункт: заставить Снейпа преподавать Рону курс сексомагии.

За столом опять воцарилось веселье. Гермиона даже подавилась от смеха, и Гарри пришлось постучать её по спине.

— Как назовем? – смеясь, спросила Падма. – Курс сексомагии Рона?

— Будем надеяться, что нет, — скривился Гарри, — или я не согласен посещать его.

— А Снейп вообще в курсе, что такое секс? – спросил Рон.

— Думаю, его рука имеет общее представление, — протянул Шеймус и, приподняв брови, обозначил пошлый жест.

— ФУУУУУУУ! – хором отреагировали девушки.

— Ну вот, опять вы за старое! – драматично вздохнул Рон. – Придется преподать вам урок. Это же моя непосредственная обязанность – передать вам мои великие познания.

Падма закатила глаза:

— Рон, у тебя бы не вышло преподавать сексомагию, даже если бы наша школьная потаскушка нашептывала тебе на ушко ответы на все вопросы, без обид Лаванда.

Лаванда уловила шутку не сразу, но спустя пару мгновений она завопила, да так, что Дину пришлось её удерживать.

— Интересно, каким был бы заключительный экзамен по этому предмету? — хихикнула Парвати, демонстративно облизывая леденец.

— О, поделись со мной! – мурлыкнул Шеймус. Парвати опять рассмеялась, удерживая конфету над плечом, давая ему возможность с причмокиванием, влажно облизнуть леденец.

— Вы, двое — отвратительны! – Невилл заслонил Джинни глаза.

— Прикрой ей и уши! – приказным тоном сказал Рон, внезапно вспоминая, что с ними сидит его младшая сестренка.

Гермиона потянулась и накрыла её уши ладошками. Джинни взвизгнула и стряхнула с себя их руки.

— Слишком поздно! – напыщенно воскликнула она. — Вы успели развратить меня!

— О нет, — простонал Гарри на ухо Гермионе, — как мы объясним это миссис Уизли? День наедине со мной и вводным курсом сексомагии Рона, и сознание Джинни растлено!

— Заканчивай ныть, Гарри. Встреть свою неотвратную погибель как мужчина, — с притворной жестокостью огрызнулся Дин.

— Моя очередь, — сказал Невилл, стащив пергамент у Дина, и, коварно оглянувшись вокруг, продолжил: — Номер 18, полагаю, школе пора обзавестись новым символом.

Он поднял руку, прерывая Парвати.

— Я в курсе, что у нас есть символы факультетов, но Хогвартсу не помешал бы герб, оттеняющий её величие. И мне кажется, я знаю, что должно быть на нем изображено… Хорёк!

Компания покатилась со смеху.

Гарри хохотал до слез.

— Вот оно! – радостно воскликнула Гермиона, вытирая слезы рукавом школьной мантии. – Я сделаю значки «ПОДДЕРЖИТЕ ХОРЬКА КАК СИМВОЛ ШКОЛЫ».

Друзья опять принялись ржать.


***


Это лето стало лучшим в жизни Гермионы.

Оно началось с отъезда её родителей в Штаты на какую-то стоматологическую конференцию. А так как вернуться они планировали лишь через месяц, то Гермиона убедила их разрешить ей пригласить в гости Гарри, Рона и Джинни. Ей прошлось потрудиться, чтобы добиться их согласия, но родители были без ума от Гарри и в итоге сдались.

Гермиона сразу же написала друзьям, и все они согласились. Письмо Гарри было почти отчаянной мольбой: «Вытащите меня отсюда». По всей видимости, Дадли довел его до ручки.

Отвратительный кузен Гарри обзавелся подружкой, такой же омерзительно свиноподобной, как и он сам, и беспрестанно дразнил Гарри отсутствием девушки.

В отместку Джинни и Гермиона поехали забирать Гарри на машине Гермионы. Девушки приехали к Дурслям в маггловской одежде. Гермиона в коротком красном платье, а Джинни в вызывающем изумрудно зеленом наряде. И Гарри на глазах лишившихся дара речи Дурслей удалился под ручку с воркующими девушками. Выражение лица толстомордого Дадли превратило улыбку на лице Гарри в оскал Чеширского кота. Они рассчитывали, что после такого представления толстяк поостережется дразнить гриффиндорца.

Гарри и Гермиона провели первый месяц, знакомя друзей-волшебников с маггловским Лондоном. Задумка оказалась чертовски удачной. И когда они устали от развлечений по-маггловски, то возвратились в Нору, чтобы слегка прийти в себя и отдохнуть.

Это было великолепно!

Импровизированные игры в Квиддич, полуночные разговоры и страшилки за чашечкой горячего шоколада, целые дни, наполненные сумасбродными приключениями с близнецами, ленивые послеобеденные часы, проведенные под солнышком, и купание в озере. Рон приобщил Гарри и Гермиону к волшебным эквивалентам видеоигр, клубов и концертов, сводив друзей по всем злачным местам тусовок молодых волшебников.

Бывали даже вечера, когда Гермиона испытывала резкое, почти болезненное сожаление от мысли о скором начале учебного года, что было неслыханно. Она сама себя не узнавала.

С приближением конца лета они вчетвером пригласили общих друзей прогуляться за предхогвартскими покупками. Вся компания прибыла на Диагон аллею ранним утром, было прохладно и совсем безлюдно. Покупка всего необходимого заняла почти все утро и обернулась на редкость веселым занятием.


***


Когда смех наконец поутих, Невилл погладил ноги Джинни, бережно опустил их со своих колен и встал.

— Мне пора, — с нескрываемым сожалением признался он, — я обещал дяде побыть нянькой и уже опаздываю.

Дин присвистнул, уточняя:

— Нянькой? Ты? Мерлин, спаси это несчастное дитя!

На что Невилл ответил неприличным жестом, спровоцировав очередную волну хохота.

— А вы? – поинтересовалась у остальных Гермиона.

— Я, Падма и Парвати пойдем в «Дамский салон Берилл», — ответила Лаванда, — за обновками. Пойдете с нами? — осведомилась она у Джинни с Гермионой.

— Полагаю, мне предстоит сопровождать пару олухов, — невесело отозвалась Гермиона, махнув в сторону Рона и Гарри, устроивших потасовку за право обладания коробочкой всевкусных леденцов Берти Ботт. — Они могут зайти в квиддичную лавку и пропасть там.

Джинни так же отказалась:

— Спасибо, но тут мои друзья. Я пойду, проведаю их.

— Как хотите, — пожала плечами Парвати.

— Эй… ЭЙ! Хватит! – Гермиона конфисковала пачку леденцов у расшумевшихся ребят.

— Ведите себя как прилично! – прикрикнула она. — А вы четверо куда отправитесь?

— В квиддичную лавку! – моментально откликнулся Шеймус, а Дин и Рон кивнули, соглашаясь.

— Мы планируем там потеряться, — правдоподобно развил мысль Гарри.

Гермиона отозвалась на это известие заунывным стоном.

Обнявшись и попрощавшись, компания потихоньку разбрелась. Рон предостерегающе рыкнул в сторону Джинни и её хихикающих друзей, что ей лучше не опаздывать к намеченному месту встречи в пять часов пополудни. А затянувшийся прощальный поцелуй Шеймуса и Парвати оказался настолько до неприличия французским, что проходивший мимо незнакомый рейвенкловец посоветовал им снять номер, раз уж так невтерпеж.

Диагон аллея к этому часу превратилась в душное столпотворение. А когда Шеймус пошутил, что они потеряют Гермиону в толпе, Рон подхватил девушку на закорки.

Рыжий тут же начал громко распространяться о том, какая она тяжелая.

— Это все книги! – отнекивалась Гермиона, краснея.

— Нет, книги лишь усугубляют, — прохрипел Рон, наигранно спотыкаясь и пыхтя от напряжения.

Девушка вскрикнула и пару раз шлепнула его по голове, пока юноша не выпрямился, смеясь и прося её прекратить избиение.

Гермиона подняла голову, заметив новый магазин.

— Ооо! Ооо! – воскликнула она. — Там новый книжный!

— Ух! Прекрати ерзать! – охнул Рон, запинаясь от того, что Гермиона почти подпрыгивала на его спине.

— Зайдем в новую книжную лавку?

— Непременно, сразу после квиддичной, — пообещал Гарри.

— Это может растянуться на десятилетие. Вы, глупые мальчишки, и ваши деревянные палки! Держу пари, что вы не хуже меня понимаете, почему так очарованы ими, и у кого из вас самая-самая, не так ли? Это все подсознательная манифестация ваших…

— ГЕРМИОНА! – смеясь, прервал её Дин. — Милая Гермиона, я уверен, договаривать ты не хочешь.

В ответ она высунула язык, обняла Рона за шею и сказала:

— Это правда.

— Что она собиралась сказать? — спросил Рон.

Дин в ответ лишь хохотнул, а Гарри покраснел.

— Думаю, она собиралась отпустить какое-нибудь уничижительное замечание, о размерах нашей обуви, — намекнул Шеймус.

— Размера ботинок? – непонятливо переспросил Рон.

— Не бери в голову, Рон, – погладив его по голове, вздохнула Гермиона, не заметив хитрого проблеска в глазах друга.

Ей доставляло удовольствие наблюдать за мальчишками в квиддичном магазинчике. Они то нарезали круги в исступлении вокруг стоек, то впадали в экстаз, приметив новые прибамбасы, то разглядывали последние журналы с биографиями лучших игроков и детальным руководством по исполнению сложных приемов. Хотя сам магазин для Гермионы не представлял ровным счетом никакого интереса.

Однажды она пыталась всерьез увлечься квиддичем. Девушка даже выбрала команду, за которую можно было бы болеть, скорее основываясь на внешности, нежели на профессиональных качествах игроков. Но следить за турнирными таблицами, ведущими командами, лучшими игроками и новейшими приемами — на все это её уже не хватило. Гермионины познания в квиддиче ограничивались рассказами парней или Джинни, которая и впрямь умудрилась стать настоящей поклонницей этого вида спорта.

После доброй четверти часа все это ей надоело, и девушка отправилась на поиски Гарри. Она обнаружила его в обществе Шеймуса, ребята как раз затеяли поединок на битах отбивающих. Гермиона не смогла сдержать смешок, наблюдая, как они пытаются отдубасить друг друга.

— Ну, голова Шеймуса и впрямь походит на бладжер, — протяжно отметила она. — Вам повезло, что близнецов нет поблизости. Ни один хорошо натасканный отбивающий не удержался бы.

Ребята прервались, отвлекаясь на неё.

— Эй, Гермиона, — лукаво отозвался Шеймус, протягивая руку и демонстрируя девушке биту. — Нравиться моя дубинка? Такая длинная, толстая и твердая…

Гарри шлепнул извращенца по голове:

— Не разговаривай с ней так!

— Сукин кот!

Гермиона закатила глаза.

— В чем дело, Миона? – полюбопытствовал Гарри, рыкнув на Шеймуса.

— Скучно. Я наведаюсь в ту книжную лавку. Зайдите за мной, когда наиграетесь здесь.

— Ты уверена? – хмурясь, уточнил Гарри.

— Да, не спешите.

— Ладненько! – он увернулся от шуточного удара Шеймуса.

Гермиона махнула им рукой и зашагала к выходу, надеясь, что ребята не проломят друг дружке головы или, что куда страшнее, не разобьют биты о свои дубовые черепушки, и их не заставят расплачиваться за ущерб.

— Так и знал, что ты уйдешь, не попрощавшись со мной, — промычал Рон откуда-то из лабиринта стеллажей.

Хихикая, Гермиона бегом вернулась и, чмокнув друга в щеку, со спокойной душой покинула спортивный магазинчик.

До начала занятий оставалась всего семь дней. Девушка ощущала привычное волнительное предвкушение, но и тратить последнюю свободную неделю перед заключительным годом в Хогвартсе на безделицы не собиралась.

Выпускной год!

Сама мысль об этом ей претила, Гермиону загодя начинали беспокоить приступы ностальгии, и слезы сами собой наворачивались на глаза. Девушка была уверена, Гарри чувствовал то же самое. Вне стен Хогвартса он ощущал себя не в своей тарелке. Рон же, напротив, изо всех сил желал вырваться из школы, хоть к чёрту в объятья. Она уже не раз слышала, как он бормочет «больше никаких Снейпов», хотя, откровенно говоря, девушка и себя ловила на этой мысли.

Гермиона нахмурилась.

Она не раз всерьез пыталась проникнуться уважением к профессору зельеварения, но он был настолько… злобным, наверное... впрочем, это отношения к делу не имеет.

На подходе к переулку Мрака толпа вокруг неё поредела и Гермиона, замедлив шаг, остановилась перед поворотом. Девушка смущенно оглянулась вокруг и задумчиво прикусила губу.

Гриффиндорку смело можно было окрестить олицетворением ненасытной любознательности. Ей было крайне интересно самой разузнать, чем же так знаменит переулок Мрака. Но Гермиона старалась не потворствовать подобного рода любопытству. Ведь хорошие девочки не должны гулять по темным улицам, по крайней мере, так ей говорили. Девушка всегда проходила мимо, гордо задрав нос, не решаясь даже взгляда бросить в направлении переулка. Но теперь ей семнадцать, не девочка уже, и к тому же она не раз видела там сокурсников-слизеринцев.

Гермиона была почти уверена, что теперь ничто не воспрепятствует её прогулке вниз по заплесневелому, промозглому, запретному переулку. Она была совершеннолетней и могла справиться со всеми непредвиденными трудностями самостоятельно. Да и насколько увлекательно будет в одиночку исследовать это темное местечко, в последствии рассказав об этом ребятам. Рон и Гарри непременно отругают её, но и гордиться будут не меньше. Вероятно, потом они втроем даже прогуляются по переулку, только ради интереса, конечно.

Она уже решилась реализовать свой план, когда кто-то врезался в неё сзади и толкнул в переулок. Вскрикнув от удивления, девушка неудачно упала, до крови ссадив колени и ладони о камень мостовой.

— Смотри, куда идешь! – злобно окрикнули её до боли знакомым голосом.

Гермиона даже замерла от удивления.

Нет, ну надо же — из всех возможных людей налететь на…

— Малфой! – возмутилась она, поворачиваясь к нему лицом, и подавила непрошенный стон, отметив появившуюся кровь на коленях и руках. — Какая же ты скотина!

Гримаса праведного гнева, исказившая классические черты лица видного сереброволосого юноши тут же прояснилась. Узнав свою визави, Драко в мгновение ока растянул губы в презрительном оскале.

— Да неужели это грязнокровка Грейнджер! Смотри, куда лезешь, безмозглая сучка! — вспылил он, опять скривившись от злости.

— Это ты меня толкнул, идиот! Не прикидывайся! – крикнула она в ответ, сжимая кулаки.

В ответ он самодовольно и уничижительно ухмыльнулся, скрестив руки на груди:

— Это не имеет значения. Я — чистокровный маг. ТЫ обязана уступать МНЕ дорогу, грязь.

— Ни чёрта подобного! Я никому не обязана уступать дорогу!

— В самом деле?

Он смерил гриффиндорку взглядом, оценивая её слова.

Внезапным, почти змеиным выпадом юноша преодолел разделявшее их расстояние. Вскрикнув от неожиданности, Гермиона отскочила назад, запинаясь. Она попятилась, стараясь сохранить дистанцию между ними и заходила все дальше в переулок. Он неожиданно остановился и усмехнулся.

— Мне кажется, ты вполне справилась с этой обязанностью только что.

Она замерла, покраснев от унижения, и прошипела сквозь зубы:

— Малфой, ты жалок, цепляешься к девчонке! Если бы Гарри и Рон были здесь, ты бы трусливо оббежал нас за километр.

Он, казалось, проигнорировал её выпад. Оглядывая её почти добродушным взглядом, Драко невозмутимо прислонился к кирпичной стене переулка.

— Так что же делает ручная поттеровская шлюшка в переулке Мрака совсем одна?

Девушка с неприязнью и испугом осознала, что Малфой загнал её намного дальше по улице, чем ей хотелось бы. Гермиона уже не могла разглядеть поворота на Диагон аллею. Она ощутила неприятный холодок и, собрав мужество, сердито уставилась на него.

— О, я догадался, — невозмутимо продолжил он, указав на груду мусора и деревянных ящиков. — Ты собиралась подыскать для Уизли что-нибудь поприличнее той картонной коробки, в которой он привык коротать ночи. Как мило с твоей стороны.

— Или твои бобровые гены взыграли с голодухи, — Драко демонстративно клацнул зубами, поднял деревяшку из груды обломков и бросил её в девушку.

Гермиона отступила, щепка миновала её, не причинив вреда, в отличие от обидного замечания, уязвившего её и заставившего еще ярче покраснеть.

С зубами у Гермионы был полный порядок уже на протяжении нескольких лет, но он ВСЕ ЕЩЕ отпускал обидные шуточки про бобров. По какой-то причине от этого становилось лишь обидней. Как будто гриффиндорке никогда не удастся забыть её неуклюжее детство, словно часть её навсегда останется застенчивой маленькой девочкой.

Злобный мерзавец! Да как он смеет!

— Кто бы говорил, хорек! — прохладная усмешка искривила её губы. — Мне показалось, или папенька сегодня отсутствует и не сможет помочь тебе? А к Гарри ты просто ревнуешь. Все в курсе, что ты – голубок пассивный, пребывающий в восторге от заднепроходных утех. Не хотелось бы разрушать твоих иллюзий, но Гарри твоих пристрастий не разделяет. Хотя, даже если он и был бы в этом заинтересован, тебя, как хогвартский филиал распространения ЗППП, он точно обошел бы стороной.

Драко ничем, кроме приподнятых бровей и легкого румянца, не отреагировал на её эскападу, выражение его лица осталось неизменным. Это обеспокоило гриффиндорку не на шутку. Гермиону насторожило несвойственное ему спокойствие, с которым слизеринец реагировал на оскорбления. Малфой был чрезвычайно вспыльчив, обычно он бы уже развопился на всю округу и принялся бы колотить себя пяткой в грудь.

— Я было подумал, что человек в твоем положении станет вести себя осмотрительнее, — мягко сказал он, поблескивая ледяными глазами. — В конце концов, всякое может случиться с одинокой грязнокровкой, ненароком забредшей в переулок Мрака.

Договорив, он театральным жестом откинул полу мантии.

Сердце у Гермионы сжалось от одного вида свисавшего с его пояса оружия. Черные ножны мешали разглядеть отчетливее, но, судя по очёртаниям и проблеску рукояти, штуковина сильно напоминала огромный нож.

Девушку тут же захлестнул выброс адреналина, спровоцированный уже неподдельным страхом. Она воткнула в него рассудительный, недоверчивый взгляд.

Блеф, как обычно?

Драко спокойно, даже лениво, встретил её изучающий взгляд. На лице его проступил легчайший оттенок любования её страхом, на губах заиграла гадливая улыбочка.

Осознавала ли она, на что на самом деле способен Малфой?

Ответ очевиден – вполне.

Он жалкий трус. Этому злобному недомерку, нытику и тряпке не хватит мужества всерьез угрожать ей ножом.

Она собралась, нахмурилась и злобно рассмеялась в ответ на исчезнувшее с его лица ликование, лишь убеждаясь в своей правоте.

— О, прошу тебя! Я что, должна была испугаться? – выплюнула девушка. — Ты слишком давно и прочно зарекомендовал себя как неудачник, что я даже теряюсь в догадках, что и подумать. Это что отчаянная просьба о помощи? Так меня преследовать? Попытка привлечь хотя бы мое внимание, потому что матушка им тебя обделила? Не могу поверить, что она все еще не повесилась. Я бы именно так поступила, будь ты моим сыном. Или заперлась бы в баре, напиваясь до беспамятства, лишь бы не видеть такого сыночка и такого мужа. Но постой, ведь крепкие спиртные напитки и послужили основной причиной тому, что она вообще вляпалась во всё это безобразие.

Гнев просачивался сквозь замешательство на его лице:

— Не смей даже упоминать о моей матери, ты, грязная маггловская сучка.

Гермиона прищурилась и самодовольно улыбнулась.

Ага, задела за живое! Дракоша и его нежная привязанность к мамочке.

— А что еще можно сказать о твоей матери? Помимо того, что она безмозглая жена богатея? Или что она похожа на твоего отца больше, чем ты? Ты же в курсе, что они брат с сестрой? По-нашему это зовется инцестом.

Его лицо скривилось в злую уродливую гримасу, а руки то и дело сжимались в кулаки, но её несло, и девушка беззастенчиво продолжила:

— Или она просто-напросто безродная побирушка.

— Тебе конец! – сорвался на крик Малфой, дернув руку к оружию.

Ой!

Девушка потянулась за палочкой и осознала, ужаснувшись, что он уже стоял на изготовку, в то время как она за свою успела лишь зацепиться. Малфой незаметно вытащил палочку, когда Гермиона увлеклась оскорблениями. Юноша отвлек её внимание, поигрывая другой рукой в опасной близости от ножа, вытаскивать который из ножен он видимо даже не собирался. По крайней мере, не сейчас.

— Акцио, палочка! – рыкнул Драко, и палочку вырвало из её руки.

Она вскрикнула и изумленно уставилась на него.

— Малфой, верни её!

— Грязнокровкам не надлежит владеть палочками, – сердито огрызнулся парень, показывая ей идеально ровный, белоснежный оскал.

Издевательски отсалютовав девушке, Драко взял её палочку обеими руками, мгновение повременил…

Нет, он не посмеет!

…и переломил пополам.

— Малфой!

Столько неслыханная наглость просто не укладывалась у неё в голове.

— Когда я разделаюсь с тобой, сучка, ты пожалеешь, что не сдохла, – прошипел он, рванувшись к ней.

Гермиона запаниковала. Парень обезумил от злости ровно настолько, чтобы причинить ей серьезный вред. А без палочки ей с ним тягаться не под силу.

Страх пополам с гнев толкнули её вперед, и девушка бросилась ему навстречу.

Не ожидавший от неё такой прыти, Малфой успел лишь вскрикнуть за миг до того, как Гермиона со всего маху врезалась в него плечом. Она стремилась лишь оттолкнуть его с дороги, расчищая себе путь для бегства, но не рассчитала силу удара, и они вместе рухнули на груду ящиков и коробок. В падении юноша выпустил обе палочки из рук. А попытавшись встать, с жутким грохотом обрушил на них всю оставшуюся нетронутой груду ящиков.

Мгновение спустя в переулке воцарилась звенящая тишина.

На шум выглянул мистер Горбин. В паре шагов от крыльца, старичок заметил лишь кучу перевернутых ящиков, в остальном улица была пуста.


Примечание автора: Название главы навеяно песней группы «Metallica» с альбома «Load».

 

Глава 15: Выживет сильнейший (черновик)

 

Незнакомые прохожие в неведомом городе
Проплывают мимо хмурыми абрисами со старой кинопленки.
Неужели никто не укажет мне путь
Тот единственный путь, что предназначен мне?

Если ты отворишь дверь
В соседний мир,
И пройдешь сквозь неё,
Отыщи меня!

«Tooi Hibi no Nagori» (Следы былого) с альбома «Final Fantasy: Love Will Grow»

 

«Добро пожаловать в джунгли, говоришь?»

Драко лениво спрыгнул на землю, отточенным движением приземляясь на полусогнутых ногах в мягкую, чуть влажную лесную почву. Настороженно замер, ощупывая окрестности прищуренным взглядом, дожидаясь малейшего признака движения.

Вот оно – стремительный бросок, размазанное пятно промелькнувшей темной мантии, увенчанной копной каштановых волос.

Драко мрачно ухмыльнулся: «Вот ты где».

Определив направление, он выпрямился и бесшумно скользнул меж деревьев вслед за добычей.

Серый полустертый мир тонул в клубах тумана. Выстуженный влажный воздух покалывал легкие. Над верхушками деревьев нависали темные облака, грозя пролиться чудовищным ливнем. Он держался самых незаметных и тенистых мест, избегая попадаться ей на глаза.

Добро пожаловать в джунгли…

Выражение незнакомое, зато смысл ясен как день. Слизеринец то и дело повторял прицепившийся оборот про себя.

Она, очевидно, вкладывала в слова чуть иной смысл, а возможно даже просто не понимала, что затеяла. Знай она заранее – наверняка убила бы его, не обращая внимания на непричастность к пожирателям.

Дай ей отведать вкус настоящих джунглей…

Слизеринец следовал почти вровень с девчонкой, но сильно правее. «Приглядись она повнимательнее – может и заметить», - щекотала нервы шальная мысль.

Округа укрытиями не изобиловала. Путь их пролегал по равнине, ни возвышенностей, ни валунов, что позволили бы незаметно затаиться, не было и в помине. Зато здесь росли огромные деревья-исполины, что подходили для его целей как нельзя лучше, но чересчур уж далеко друг о друга они отстояли, а редкий, жиденький и невысокий кустарник служил рослому юноше маскировкой крайне сомнительной.

Покрытая бесчисленными лужами земля вязкой грязью чавкала под ногами, но слизеринца это ничуть не заботило.

Со стороны он выглядел сущим маньяком. Пристальный, почти остекленевший взгляд, насквозь промокшая, второй кожей прилипшая к телу одежда, изгвазданные по колено в грязи ноги. Мокрые, облепившие чумазое лицо волосы. Он почти день не видел девчонку вблизи, но был уверен, что её внешний вид вряд ли был многим лучше.

Он скользнул за дерево, ориентируясь на перешедшую на шаг, а потом и согнувшуюся пополам у дерева добычу, что обхватила себя руками, пытаясь отдышаться.

«От кого она бежит?»

Девчонка рывком подняла голову, – должно быть, услышав шорох, – и принялась испуганно оглядываться.

Он склонил голову на бок.

«Она догадывается, что я рядом?» – задался вопросом слизеринец, недоумевая как ей это удалось, ведь гриффиндорка в отличие от него опытом преследования не обладала, а парень въедливо следил за тем, чтобы не оставлять и малейшего намека на свое присутствие. Впрочем, он преследовал девчонку несколько дней к ряду, находил её вновь и вновь, так что теперь она, должно быть, уже ждала, что он отыщет её и на этот раз.

Добро пожаловать в джунгли, детка.

Он отполз, когда она отвернулась.

Закон джунглей гласит: выживает наиболее приспособленный.

Кто из них пройдет естественный отбор?

Три недели назад слизеринец без колебаний ответил бы: «я», но девчонка доказала, что не хуже его способна выжить в диком лесу. Он превосходит её в силе и выносливости, умеет охотиться, в то время как она отменный фуражир и располагает обширными познаниями о растениях, животных; имеет представление о возможных опасностях.

Плюс ко всему у девчонки есть нож.

Сейчас перевес на её стороне. Но Драко и сам по себе обладает всеми необходимыми преимуществами.

Сильный всегда пожирает слабого.

Кто кого – вот ключевой вопрос, а способности к выживанию в диких лесах сейчас вторичны. Пускай это крайняя мера, но других в его распоряжении не осталось. Из всех передряг ребята выбирались, каждый раз умудряясь разминуться со смертью лишь благодаря очередной счастливой случайности. Но сейчас чем-то придется пожертвовать. Если он окажется сильнее и возобладает, то наступит неминуемая развязка. Слизеринец приложил усилия и сделал шаг навстречу, но она отказалась внять голосу рассудка и надменно от него отмахнулась.

Будь по сему, и да воцариться закон джунглей.

Забежав вперед, слизеринец притаился за деревом. Замерев в спринтерской стойке, он уперся рукой в ствол и затаился, терпеливо поджидая девчонку, готовясь к броску.

Первым он услышал дробный топоток и прерывистое, с присвистом дыхание. Звучала она неважнецки.

Он ухмыльнулся: «Отлично».

Она бегом миновала дерево, за которым он прятался.

В его распоряжении оставался лишь миг, чтобы убедиться, что оружие в ножнах, и с боевым кличем рвануться в атаку. Девчонка завопила, когда слизеринец врезался в неё, обхватил и постарался прижать её руки к туловищу, а потом отклонился в сторону, смещая центр тяжести, стараясь повалить её на землю.







Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 230. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.08 сек.) русская версия | украинская версия