Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ОъЗОГ ТГАДИЦиОННЫХТЕОРий ЛИЧНОСТИ




И обычные люди, и ученые-психологи придерживаются тео-рий личности, которые содержат два основных предположения очеловеческом поведении, вытекающих, по-видимому, из повсед-невного социального опыта.

Первое и наиболее основополагающее предположение состоитв том, что множество ситуаций, имеющих место в социальнойжизни, а возможно, даже большинство, вызывает у разных людейявно непохожие реакции. В самом деле, именно картина подобно-го разнообразия реакций побуждает как обычных людей, так ипрофессиональных психологов ставить различия в диспозициях напервое место.

Второе предположение, в не меньшей степени согласующеесяс повседневным социальным опытом, состоит в том, что р своихреакциях на различные ситуации люди проявляют достаточно вы-сокую согласованность, а следовательно, и достаточно высокуюпредсказуемость поведения. Сведение воедино этих двух предполо-жений дает нам основную посылку обыденного диспозициониз-ма, состоящую в том, что предстающая нашему взору изменчи-вость реакций различных людей на ту или иную ситуацию отража-ет не случайный характер или недетерминированность этих реакций,а отчетливо различимые и устойчивые личностные свойства, с ко-торыми приходят в данную ситуацию различные ее участники.

В соответствии с этим работа исследователя личности начина-ется с двух взаимосвязанных задач: с выявления важнейших лич-ностных свойств, определяющих поведение людей вообще, и с



Глава 4

поиска способов измерения этих свойств у отдельных индивидов,Последующая, более теоретическая по характеру задача психологаличности заключается в обнаружении закономерности в тех способах, какими отдельные свойства соотносятся друг с другом, создавая структуру личности. Последними (по порядку, но, конечно, непо существу) следуют вопросы личностного развития и личностно-го изменения. Каким образом индивидуальные свойства сначала раз-виваются, а затем сохраняются или трансформируются вследствиеопыта и субъективных интерпретаций данного опыта индивидом?

Исследователи обычно принимались за решение этих задач,будучи убежденными в том, что, несмотря на наличие огромныхметодологических проблем, лежащие в фундаменте подобных ис-следований теоретические посылки являются в основе своей со-вершенно правильными. Любому наблюдателю, будь то теоретикили обычный человек, кажется очевидным, что люди отличаютсядруг от друга по своим реакциям и по стоящим за этими реакция-ми личностным качествам. Почти настолько же очевидным пред-ставляется и то, что поведение людей в различных ситуациях несетна себе отпечаток того, кем они являются и что собой представля-ют. Кажется, что люди разительно отличаются друг от друга постепени дружелюбия, честности, зависимости, импульсивности идругим качествам, проявляемым ими в различных ситуациях в те-чение жизни.

Наш жизненный опыт подсказывает, что существует упорядо-ченность в организации личности. Нам кажется, что личностныекачества образуют четко различимые и организованные кластеры(«пучки»), что позволяет говорить о существовании экстравертов,социопатов, авторитарных личностей, макиавеллианцев, мамень-киных сынков, бонвиванов и бесчисленного множества других «ти-пов» личности. В самом деле, если бы подобных согласованных иподдающихся диагностике свойств личности не существовало, былобы трудно объяснить, почему люди, говорящие на одном с намиязыке, находят удобным изобретать и постоянно применять сотнии даже тысячи диспозиционных терминов, которые все мы пони-маем и применяем. В отчете об одном из своих ранних исследова-ний Оллпорт и Одберт (Allport & Odbert, 1936) сообщают, чтообнаружили в современном им издании Полного международногословаря Вебстера (Webster's Unabridged New Inter-nationalDictionary) более 4500 таких терминов. В течение прошедших с техпор 50 лет, обогативших наш кругозор в силу совместно приобре-тенного социального опыта и наблюдений за всевозможным"


 

(новыми, на первый взгляд) социальными типами, этот переченьеще более расширился, включая теперь еще и битников, хиппи,яппи*, «супермамочек», эмансипированных женщин, «старых ко-шелок» и десятки других типов, представляющих род человеческий.Трудно вообразить, чтобы этот богатейший словарь описательныхтерминов приобрел хождение вне всякой зависимости от реальнойсогласованности наблюдаемого нами поведения.

И, наконец, основания для существования индивидуальных раз-личий дают нам наш опыт и интуиция. Мы часто находим чертысходства между детьми и родителями, что (в зависимости от наше-го взгляда на дихотомию «наследственность—воспитание») пред-полагает влияние наследственности либо ценностей, выражаемыхродителями в своих словах и действиях. Немногие взрослые людистанут отрицать, что их собственные взгляды и способы взаимо-действия с миром имеют свои корни в раннем социальном опытеи социальных моделях, бывших у них на виду в детстве. Таким обра-зом, мы не просто выделяем отличные друг от друга личностныечерты и типы, но зачастую можем также объяснить, почему онисуществуют и почему определенный человек не может обладать инымиличностными чертами или принадлежать к другому типу.

Короче говоря, по крайней мере в рамках нашей западной куль-туры повседневный опыт, равно как и истины, изрекаемые наши-ми мудрецами, поощряет существование в нашем сознании набо-ра общепринятых диспозиционистских воззрений, направляющих,в свою очередь, психологов личности при разработке ими иссле-довательских программ. За многие годы эти исследователи предло-жили ряд детально проработанных классификаций черт и типовличности. Причем, создавая некоторые из них, одни теоретикиличности черпали вдохновение из определенных теорий структу-ры и развития личности (в особенности психодинамических), дру-гие — из анализа понимания и использования терминологии лич-ностных черт обычными людьми, а немногие — даже из статисти-ческого анализа данных о реальных поведенческих реакциях. ОниРазработали также буквально тысячи инструментов оценки лично-

* Yuppies (разг.) — молодые высокообразованные и обеспеченные професси-оналы с явной карьерной ориентацией; образовано аббревиатурой слов: young(Молодой), urban (городской), professional (профессионал). Слово вошло в широ-кое употребление в 80-е годы с началом «эпохи Рейгана», для которой было ха-рактерно возрождение духа частного предпринимательства и индивидуализма;

••"топим слова «хиппи». (Примеч. пер.)


168 Глава 4

стных качеств: от простых самоотчетов и самоописаний в вопросниках, ориентированных на отдельные черты личности и особен-ности поведения, до утонченных проективных тестов (подобныхтесту Роршаха) и гигантских тестовых «омнибусов» (вроде Мин-несотского многофазного личностного опросника*), предназна-ченных для анализа и количественного определения личностныхсвойств и их последующей группировки.

Какими бы ни были источники вдохновения представителейтрадиционной психологии личности, взгляд на индивидуальныеразличия, полностью согласующийся, а по сути дела, являющий-ся прямым развитием расхожего обыденного взгляда на свойстваличности и социальное поведение, представляет собой «сухой ос-таток» их эмпирических и интеллектуальных трудов. На наиболеевысоком уровне обобщения нам предлагают три интегральных ха-рактеристики или три фактора: экстраверсия—интроверсия, доб-рожелательность—антагонизм и эмоциональная стабильность-не-стабильность (см., например, Eysenck, 1967; Norman, 1963). Кругдругих обобщающих факторов, выявленных в ходе некоторых ис-следований, включает: доминирование—подчиненность, сознатель-ность—нецеленаправленность и культурность—невоспитанность (на-пример, Digman & Inouye, 1986; Norman, 1963). На более низком,чем уровень интегральных факторов, уровне обобщенности нахо-дятся традиционные черты личности. Так, например, под поняти-ем «экстраверсия» (в отличие от интроверсии) объединены такиечерты, как разговорчивость (противоположность молчаливости),общительность (противоположность мизантропии), смелость (про-тивоположность осторожности) и искренность (противоположностьскрытности). А под понятием «доброжелательность» объединенытакие качества, как уравновешенность характера (противополож-ность раздражительности), склонность к сотрудничеству (проти-воположность отказу от сотрудничества) и т.д.

Множество исследований было проведено в целях демонстра-ции того, что люди вполне солидарны друг с другом в выборе техинтегральных личностных характеристик и конкретных черт лич-ности, которые наиболее полезны для выявления различий между

* Речь идет о широко используемом тесте ММР1 (Minnesota Multipha Personality Inventory) и подобных ему комплексных тестах личностных качеств.состоящих из огромного числа вопросов и именуемых в профессиональном оРп-ходе «омнибусами» за их попытку охватить широкий круг часто разнопланош'1'1личностных черт. (Примеч. пер.)


 

ними самими и между окружающими. Наделяя конкретных индиви-дов определенными чертами, они к тому же проявляют высокийуровень согласия. При этом оценки, даваемые людьми как своимсобственным чертам личности, так и чертам личности других лю-дей, характеризуются существенной устойчивостью во времени.

Наконец, в ходе подобных исследований было показано, чтооценки собственных черт личности и оценки черт личности окру-жающих могут предсказывать поведение как в жизни, так и в ла-боратории. При перечислении тем настоящей главы мы говорили отом, что данные этих исследований все же уже долгое время таят всебе проблему и вызов диспозиционистским убеждениям как обыч-ных людей, так и профессионалов. Более подробным анализом этоговызова мы сейчас и займемся.

научные открытия и дискуссии

Учитывая «очевидность» личностных различий между людьми,искушенность исследователей и огромное количество томов, со-держащих описания выполненных экспериментов, обычный чело-век может резонно ожидать или даже опасаться того, что техноло-гия оценки личностных качеств и предсказания поведения доведе-на до высокой степени совершенства. Это означает, что существуютинструменты и формулы, позволяющие с высокой точностью пред-сказывать поведение конкретных людей в конкретных ситуациях.

Однако множество имеющихся фактов демонстрирует ложностьлюбого из подобных ожиданий. Говоря конкретнее, исследовате-лям удалось показать существование статистически значимых кор-реляций между поведением, измеренным в одной ситуации, иповедением, измеренным в другой ситуации. Им удалось такжепоказать, что любого рода шкалы оценки личностных качеств даютстатистически значимые корреляции как с другими оценочнымиинструментами, так и с объективно фиксируемыми показателя-ми поведения.

Проблемой, а впоследствии и вызовом для психологов личностистал лишь вопрос о масштабности эффекта, или — более конкретно— вопрос о расхождении между наблюдаемыми уровнями кросс-ситуативной согласованности поведения и тем ее уровнем, которогоМожно было бы ожидать, исходя из широко распространенных дис-позиционистских теорий. В самом деле, хотя соответствующие уров-чи корреляций и были значительно выше нуля, подтверждая тем

 



Глава 4

самым, что личностные переменные действительно отвечают за не-которую долю изменчивости наблюдаемого поведения, они оказы-вались все же достаточно низкими, чтобы согласованность и пред-сказуемость поведения выглядели менее впечатляющими и инфор-мативными, чем несогласованность и непредсказуемость.

Полувековая история исследований так и не дала нам «класси-ческих» диспозиционистских образцов, которые можно было бы«на равных» противопоставить результатам экспериментов Эша наконформность, экспериментов Милгрэма на послушание, экспе-риментов Фридмена и Фрейзера, основанных на феномене «ногав двери», или даже «полевого» Беннингтонского исследования со-циального влияния, предпринятого Ньюкомбом. Иными словами,на сегодняшний день не существует сколь-нибудь известных ис-следований, в которых устойчивые личностные свойства — оце-ненные экспериментатором либо выявленные на основе данных опредшествующем поведении — проявили бы себя в качестве инст-рументов предсказания лучше, чем ожидали бы от них сами уче-ные или даже обычные люди. Не существует также и исследова-ний, демонстрирующих, что кажущиеся малыми и незаметнымииндивидуальные различия (оцененные личностными вопросника-ми или любыми другими способами) порождают большие и надеж-ные различия в наблюдаемом социальном поведении. Напротив, какмы покажем далее, существующая литература по предсказуемости исогласованности поведения дает больше доводов в руки критиковтрадиционной теории личности, чем ее сторонников.

Ъызоб ig6S года.

Мощным потоком исследований в области психологии лично-сти ознаменовался 1968 г. Именно в этом году Уолтер Мишел(W. Mischel) и Дональд Питерсон (D. Peterson) в двух независи-мых друг от друга обзорах литературы отметили, что предсказуе-мость индивидуальных реакций в конкретных ситуациях крайненизка, т.е. в действительности настолько низка, что этого было быдостаточно, чтобы подвергнуть сомнению наиболее основопола-гающие предположения о согласованности поведения, разделяе-мые как обычными людьми, так и психологами личности.

Работа Мишела (Mischel, 1968), посвященная личностной пси-ходиагностике, до самого основания потрясла здание психологииличности. Несмотря на то что первоначальной целью автора былопростое обобщение некоторых, хорошо известных большинству


Поиск личностной согласованности 171

исследователей фактов, потрясения, вызванные его работой, про-должают сказываться и по сей день.

Возможно, наиболее важным из этих фактов было то, что сред-ний уровень корреляции между различными поведенческими по-казателями, которые были специально созданы для выявленияодной и той же личностной черты (такой, как импульсивность,честность, зависимость и т.п.), находился обычно в пределах меж-ду 0,10 и 0,20, а зачастую оказывался даже ниже. В терминах про-центных сравнений, использованных нами для оценки масштаб-ности эффектов, это означает, что знание о том, каким образомвел себя некто в ситуации № 1, почти не увеличивает точностьнашего предсказания того, как он поведет себя в ситуации № 2.То, что корреляция между значениями дружелюбия, проявленно-го в любых двух ситуациях, составляет, скажем, 0,16, означает,что знание о том, что в ситуации № 1 Джейн была более друже-любной, чем Эллен, повышает вероятность проявления ею боль-шего дружелюбия и в ситуации № 2 лишь до 55% (тогда как ожи-даемая вероятность ее большего дружелюбия в ситуации № 2 вслучае нашего полного неведения о ситуации № 1 равнялась бы,разумеется, 50%). Более того, корреляция между показателями раз-личных оценочных шкал, созданных для измерения определенныхчерт личности, и поведением в отдельных ситуациях, в которыхэти черты предположительно должны проявляться, редко выходитза пределы интервала 0,20-0,30. По сути, ни один из коэффициен-тов корреляции как между отдельными поведенческими реакция-ми, так и между индексом какой-либо черты личности по оценоч-ной шкале и отдельным поведенческим проявлениям этой чертыне преодолевает «барьера» в 0,30.

Реакция Мишела на обескураживающе низкие корреляции меж-ду объективными поведенческими показателями была совершен-но новаторской. В отличие от предыдущих комментаторов он нестал пытаться объяснять факт низких корреляций методологичес-кими погрешностями, а предложил рассмотреть возможность того,что подобные низкие корреляции могут отражать некую важную ис-тину о человеческом поведении (т.е. то, что кросс-ситуативная со-гласованность поведения может являться исключением, а специ-фичность поведения — правилом). Он заставил нас считаться стем фактом, что объективные данные о поведении не могут слу-жить оправданием ни нашей склонности навешивать готовые яр-лычки личностных черт, ни нашим исходным посылкам о согла-сованности поведения, на которые мы при этом опираемся.

 


172Глава 4

При этом Мишел четко поставил две задачи. Первая состояла втом, чтобы определить, какие перцептивные, когнитивные и мо-тивационные факторы могут заставлять нас «усматривать» высо-кую согласованность и предсказуемость поведения там, где онапочти или полностью отсутствует. Вторая задача заключалась в томчтобы по-новому понять детерминанты реакции людей на своесоциальное окружение. Мишел настаивал на необходимости объяс-нения как повторяющихся, так и специфических реакций не втерминах личностных черт, а в терминах когнитивной компетент-ности, стратегий обработки информации, личных целей, субъек-тивных ожиданий и других факторов «социального научения»(Mischel, 1973; см. также Cantor & Kihistrom, 1987).

Далее мы перейдем к описанию резонанса, вызванного рабо-той Мишела, и попытаемся ответить на различные поставленныеим вопросы. Однако для начала было бы полезно остановиться наисследованиях, приводимых Мишелем в качестве свидетельстваналичия низкой кросс-ситуативной согласованности поведения.После этого читатель сам сможет в полной мере оценить пробле-му, которую эти исследования поставили перед современнымипсихологами личности. Она существует и по сей день. Причем снею сталкиваются не только теоретики личности, но и обычныелюди, настаивающие на том, что их собственные повседневныевпечатления о согласованности и предсказуемости поведения пред-ставляют собой нечто большее, чем когнитивные или перцептив-ные иллюзии.

Эмпирические исследования Тсросс-ситуативнойсогласованности поведения

Ньюкомб и согласованность экстраверсии. В 1929 г. Теодор Нью-комб (Newcomb, 1929) опубликовал результаты обследования «про-блемных» мальчиков-подростков в летнем лагере. Целью Ньюком-ба было изучение данных о личностных чертах или диспозициях,подпадающих под общее понятие экстраверсии. Перечень этих ха-рактеристик включал в себя разговорчивость, желание быть в цен-тре внимания, энергичность, стремление к превосходству, инте-рес к социальному окружению, импульсивность, уверенное пове-дение в группе, отвлекаемость и выражение предпочтениягрупповым, а не индивидуальным занятиям.

В целях исследования вопроса о согласованности поведенияНьюкомб определил широкий круг поведенческих проявлений,


 

обычно имеющих место в летнем лагере, которые могли бы свиде-тельствовать в пользу той или иной из вышеупомянутых черт. Этипроявления выбирались им так же, как это и сегодня стал бы де-лать любой нормальный человек или психолог личности. Разговор-чивость, например, он определил в терминах следующих поведен-ческих проявлений: «любит поговорить о прошлом или о совер-шенных им ранее подвигах», «громко и спонтанно изъявляет восторгили неодобрение», «сводит беседу с консультантами к вопросам иответам», «проводит тихий час в одиночестве или в обществе дру-гих», «много ли говорит за едой».

Эти проявления ежедневно заносились консультантами, зак-репленными за каждым из мальчиков, в детально разработанныеотчеты. Консультант должен был, например, указать, игнориро-вал ли мальчик общество товарищей во время тихого часа, разго-варивал ли вполголоса, не жестикулируя, или же громко болтал исмеялся. В отношении каждого приема пищи консультант долженбыл указать, какую процентную долю отведенного на еду временипровел его подопечный за разговорами.

Ньюкомб вывел средние значения на основании записей, фик-сирующих то или иное поведение по нечетным дням и вычислил ихкорреляцию со средними значениями по четным дням. Так, напри-мер, связь между разговорчивостью во время тихого часа с разговор-чивостью во время еды определялась не на основании корреляциимежду показателями в единичных случаях, а на основании корреля-ции между средним показателем за 24 тихих часа и средним показа-телем за 72 приема пищи (т.е. 24 х 3). Как мы более подробно разъяс-ним в дальнейшем, от подобного «агрегирования» реакций можноожидать более высокой корреляции, чем в случае с единичныминаблюдениями, так как среднее значение показателей 24 наблюде-ний является более устойчивым и надежным, чем значение, полу-ченное в ходе одного наблюдения, и потому соответствующая кор-реляция не снижается за счет ошибок измерения.

Однако несмотря на это, обнаруженное Ньюкомбом среднеезначение корреляции между любыми двумя показателями поведе-ния, служившими для выявления соответствующих характеристикличности, составило лишь 0,14 — значение, которое обычный че-ловек, использующий типичную схему выявления ковариации, сбольшим трудом мог бы отличить от полного отсутствия всякойвзаимосвязи (Jennings, Amabile & Ross, 1982).

Исследование Ньюкомба имеет одну особенность, за которуюtor бы ухватиться любой критик в попытке опровергнуть его ос-

 


174 Глава 4

новную находку. Испытуемые Ньюкомба были детьми, чьи лич-ные проблемы были выражены достаточно ярко, для того чтобысуществовала необходимость отправить их в летний лагерь, создан-ный специально для тех, кто имеет проблемы в сфере межлично-стного общения.Их едва ли можно было считать типичной выбор-кой. В сущности, Ньюкомб и сам отмечал, что нетипичность ис-пытуемых влекла за собой по большей части экстремальныеповеденческие проявления экстраверсии и интроверсии (а имен-но агрессию и крайнюю застенчивость).

Тем не менее его ответ потенциальным критикам был оченьпрост. Поскольку между его испытуемыми различие в реакцияхдолжно было быть более значительным, чем у мальчиков их воз-раста вообще, то логичным результатом являлись бы корреляции,более высокие, а не более низкие в сравнении с теми, которыеможно было бы обнаружить, обследуя специально не отобран-ных, «нормальных» мальчиков.

Однако нам нет никакой необходимости настаивать на защитерезультатов Ньюкомба, поскольку и другие исследования кросс-ситуативной согласованности поведения, проводившиеся на бо-лее репрезентативных выборках испытуемых, дали в целом те жерезультаты. Реакции испытуемых в ситуациях, специально подо-бранных для выявления определенных личностных черт, неизменнодавали весьма мало оснований для предсказания реакций тех жеиспытуемых в других ситуациях, созданных для выявления такихже самых черт.

Хартшорн, Мэй и согласованность проявлений честности. Резуль-таты первого в истории и вместе с тем наиболее амбициозногоисследования согласованности поведения были опубликованы фак-тически за год до эксперимента Ньюкомба. В 1928 г. Хартшорн иМэй (Hartshorne & May, 1928) исследовали честность учениковначальной и средней школ в ряде разнообразных учебных и вне-классных ситуаций. Использованные ими поведенческие показате-ли включали склонность учеников к краже мелочи, оставленнойна столе в классной комнате, склонность ко лжи с целью выгоро-дить товарища и склонность к жульничеству — исправлению оце-нок за контрольную работу, когда уличить их было невозможно.Кроме того, многие из исследованных учеными поведенческихпроявлений изучались ими не по одному разу. К примеру, ониисследовали склонность, детей к жульничеству в ходе несколькиханалогичных контрольных работ.


 

Таким образом, как и в исследовании Ньюкомба, когда уче-ные оценивали корреляцию между разного рода поведенческимипроявлениями, многие из включенных ими в расчет показателейпредставляли собой средние значения данных о нескольких случа-ях проявления того или иного поведения. И хотя подобное агреги-рование показателей должно было бы обеспечить уровень корре-ляции более высокий, чем тот, которого можно было бы ожидатьпри рассмотрении отдельных поведенческих проявлений, получен-ная исследователями средняя величина корреляции между любы-ми двумя видами честного поведения не превысила 0,23.

Исследования согласованности поведения: 1929—1968 гг. Иссле-дования, проведенные Ньюкомбом, Хартшорном и Мэем, былиочень дорогостоящими и требовали много времени, поэтому в те-чение трех десятилетий не предпринималось серьезных попытокповторить или развить их. Однако лишь немногие психологи лич-ности были готовы допустить, что предсказуемость поведения водной конкретной ситуации и в другой может быть такой низкой,как это предвидели упомянутые классики эмпирических исследо-ваний. Вместо этого они предпочитали игнорировать более ранниеисследования и обращаться к другой, весьма необычной исследо-вательской стратегии, не предпринимая даже попыток показать,что при условии устранения предполагаемых методологических не-совершенств могли быть получены иные результаты. Оставив в сто-роне объективные показатели поведения, они сосредоточились наметодах субъективной самооценки и взаимной оценки, произво-димых с помощью «бумаги и карандаша». Например, людей спра-шивали, насколько дружелюбно настроенными они были при раз-ного рода обстоятельствах («на вечеринке» или «в кругу товарищейпо работе»), насколько они ощущали себя уверенными или чув-ствовали ответственность в разных ситуациях.

Когда вопросники, включавшие в себя множество разного родасамооценочных пунктов, становились предметом статистическогоанализа, низкая корреляция начинала представляться чем-то не-реальным, возникшим из туманного прошлого. Корреляция междучетными и нечетными пунктами тестов, между альтернативнымивариантами одних и тех же тестов и даже между разными тестами,призванными выявить одну и ту же личностную характеристику,была высока. Корреляция, отражающая «устойчивость» самоопи-саний на протяжении продолжительных периодов (Block, 1971;

Conley, 1984) также была высокой. Корреляция в диапазоне от

 


176 Глава 4

0,60 до 0,80 стала обычным делом, а показатели надежности мето-дик возросли даже до 0,90. Корреляции между разными личностны-ми чертами (по крайней мере зафиксированными при помощивопросников) также могли быть достаточно высокими. Появилш ьдаже предположения, что подобные корреляции, проанализиро-ванные при помощи изощренных методов факторного анализа,начинают наконец-то служить отражением структуры личности.

Определенные успехи были достигнуты и при использованиианкетных методик, участники которых оценивали личностные ка-чества друг друга. Оценки, даваемые одним и тем же «судьей» кон-кретному человеку, действовавшему в разных ситуациях, обнару-живали согласованность, а повторные измерения, производившиесячерез сравнительно продолжительное время, демонстрировали ус-тойчивость этих оценок.

Однако некоторые проблемы оставались все же нерешенными.Корреляция, отражающая уровень согласия между различными су-дьями, оценивающими одного и того же человека, была не слиш-ком высокой. Несмотря на то что коэффициенты корреляции иногдадостигали 0,50, более типичными были гораздо меньшие значениякорреляции (см. Кеппу, 1991). В классическом исследовании Норма-на и Гольдберга (Norman & Goldberg, 1966) корреляция между оцен-ками, которые члены студенческого братства, знавшие друг друга напротяжении нескольких лет, давали своему товарищу, составила побольшинству исследуемых личностных черт около 0,20. Более того,корреляция между оценками любых двух людей, характеризовав-ших какого-либо человека, которого они никогда не встречали ра-нее, показанного им лишь однажды в целях эксперимента, быланенамного ниже, составляя в среднем 0,13. Наконец, корреляциямежду оценками, даваемыми человеку близкими знакомыми, и егосамооценками редко превышала 0,50, а чаще находилась в районе0,30 (Bern & Alien, 1974; Chaplin & Goldberg, 1985; Kenrick & Funder,1988; Mischel & Peake, 1982a).

Короче говоря, субъективные оценки, основанные на анкети-ровании, давали более высокую корреляцию, чем объективныеповеденческие исследования. Однако неизменно высокие корре-ляции были обнаружены лишь в исследованиях, которые рассмат-ривали согласованность или устойчивость самовосприятий, илиустойчивость при восприятии данной личности каким-либо оце-нивающим ее человеком.

Вместе с тем сторонники вербальных методов оказались переллицом проблемы, гораздо более серьезной, чем скромное согласие"


 

Поиск личностной согласованности 177

между разными оценщиками, — проблемы достоверности. Доста-точно сказать, что сколь бы ни была высока надежность оценок,даваемых одним и тем же «судьей» (ни даже сколь бы высоко нибыло согласие между разными «судьями»), это вовсе не доказывает,что причина согласованности заключается именно в поведении оце-ниваемого. Оценивающий субъект может упорно придерживатьсяубеждений или стереотипов, не подкрепляемых объективной ин-формацией о реакциях наблюдаемого объекта, а подкрепляемых лишьинтерпретацией этой информации в свете его собственных преду-беждений. Вы можете решить о себе, что вы застенчивы, чувстви-тельны и добросовестны, но кто сможет подтвердить, что вы правы?Аналогичным образом два разных оценивающих субъекта (либо оце-нивающий субъект и сам оцениваемый) могут прийти к согласиюотносительно объективно необоснованных оценок при условии, чтоони будут руководствоваться одинаковыми имплицитными (подра-зумеваемыми) теориями личности, стереотипами или местнымипредрассудками (например: «люди, носящие очки, умны», или «ко-ротышки агрессивны», или «все Ван Орманды заносчивы»).

Тем не менее простота вербальных методик и часто выявляемыес их помощью высокие корреляции не пробуждали у ученых особойсклонности заново возвращаться к стоящему больших усилий и не-благодарному поиску объективной согласованности поведения.

Роберт Сирз и согласованность зависимости. Следующее доста-точно амбициозное исследование объективной согласованностиповедения было предпринято лишь в 1963 г. Это было исследова-ние Роберта Сирза (Robert Sears, 1963), посвященное зависимос-ти, проявляющейся у детей, посещающих детский сад. Зависи-мость у детей младшего возраста представляет собой очень при-влекательный объект для исследования. Причина состоит в том,что дети делают много таких вещей, которые каждый посчиталбы проявлением зависимости, и эти действия детей можно оченьлегко зарегистрировать объективно.

Сирз исследовал такие поведенческие показатели, как прикос-новение к воспитателю или удерживание его или других детей, час-тота требований поддержки и частота поиска внимания.Он измерялзависимость детей от своих товарищей, воспитателей и матерей какв детском саду, так и в лабораторных условиях. Как и в более раннихисследованиях, показатели Сирза представляли собой не результатыединичных наблюдений в единичных ситуациях, а средние показа-тели, рассчитанные на основании многих наблюдений.


178 Глава 4

Вопреки этому статистически благоприятному обстоятельству,средняя корреляция между отдельными видами зависимого пове-дения составила лишь 0,11 — показатель, несомненно, слишкомнизкий, чтобы служить оправданием интуитивной уверенностиобычных людей или соответствовать требованиям традиционнойтеории личности.

Последствия эмпирического вызоВа

Спустя всего пять лет после исследования Сирза Мишел иПитерсон предприняли атаку на общепринятые положения о со-гласованности личностных проявлений. В сущности, то, что сдела-ли эти два теоретика, представляло собой «расчистку бурелома»,образовавшегося в результате шквала исследований, в которыхученые полагались исключительно на согласованность субъектив-ных оценок. Они также переключили внимание на те немногиеэксперименты, в которых были использованы объективные пове-денческие показатели.

Отдавая предпочтение этим объективным показателям, Ми-шел и Питерсон привели ряд очевидных возражений против ис-пользования фактов надежности субъективных оценок в качествесредства для демонстрации существования согласованных инди-видуальных различий между людьми и, тем более, для определе-ния масштабов этой согласованности. Они настаивали на том, чтонесмотря на то что согласие между разными измерениями и ихустойчивость во времени представляют собой интересные, дос-тойные изучения феномены, однако эти феномены не доказыва-ют достоверность соответствующих понятий о личностных чертах.

Они также обобщили существовавшую в то время литературу отенденциозностях человека при обработке информации и о другихнедостатках умозаключений, которые могут заставить усомниться вдостоверности социального восприятия и даже самовосприятия. Речьшла прежде всего о склонности полагаться на стереотипы, основан-ные на внешнем виде, социальной роли или репутации человека.

Более того, в последующие два десятилетия обрушилась бук-вально лавина исследований, посвященных разным видам тенден-циозности социального восприятия и социального познания, ко-торые обеспечили еще более солидное основание для критики(Dawes, 1988; Fiske & Taylor, 1990; Kahneman, Slovic & Tversky,1982; Nisbett & Ross, 1980; Taylor & Fiske, 1978). Многие из проде-монстрированных в ходе этих исследований тенденциозностей были


 

Поиск личностной согласованности 179

именно таковы, что вполне могли бы служить причиной возник-новения иллюзии согласованности. Например, проблема значитель-ных искажений памяти на «факты» под влиянием разного родапредрассудков пользовалась в 70-е и 80-е годы огромной популяр-ностью среди авторов многочисленных исследовательских работ.

Важно отметить, что Мишел вовсе не утверждал, что отсутствиесогласованности поведения в различных ситуациях служит доказа-тельством отсутствия измеримых или предсказуемых индивидуаль-ных различий. Напротив, он подчеркивал, что отдельный субъект водних и тех же ситуациях может демонстрировать очень согласован-ные реакции, другими словами, что конкретная реакция на конк-ретную ситуацию может быть очень устойчива во времени.

В сущности, это вполне ясно и из результатов некоторых клас-сических исследований. Коэффициенты устойчивости — корреля-ция между двумя значениями одного и того же показателя поведе-ния, зафиксированными в двух разных случаях, зачастую превы-шают 0,40, достигая иногда и гораздо более высоких уровней.Хартшорн и Мэй (Hartshorne & May, 1928) обнаружили, напри-мер, что уровень корреляции между склонностью списывать с го-товых ответов при заполнении теста на общую эрудицию в одномиз случаев и аналогичной склонностью при заполнении теста пол-года спустя составил 0,79. Ньюкомб (Newcomb, 1929) обнаружил,что склонность поболтать за обедом также является очень устойчи-вым личностным атрибутом, но его корреляция с показателем раз-говорчивости по другим поводам не была настолько высокой (Buss &Craik, 1984). Мишел настаивал на том, что значительные различиямежду людьми, видимо, ограничены их отдельными реакциямина отдельные ситуации — такими, например, как дружелюбное по-ведение в столовой или готовность идти на конфронтацию со своимработодателем, что никак не свидетельствует о всеобъемлющей,кросс-ситуативной экстравертированности или напористости.

Атаки Мишела на устои психологии личности не ограничи-лись утверждением, что кросс-ситуативная согласованность пове-дения отсутствует. Он добавил психологам личности еще большебеспокойства, заявив, что корреляция между оценками черт лич-ности по стандартным вербальным шкалам и объективными пове-денческими проявлениями также очень низка. Отдельные видыповедения редко давали с этими шкалами корреляцию, уровенькоторой превышал бы 0,30, в типичных же случаях эти корреля-ции были ниже. Затем он пошел еще дальше, указывая на то, чтов предсказании действительных поведенческих реакций оценки черт

12*


180 Глава 4

личности, полученные с помощью косвенных и тонких проектив-ных методов психодиагностики, редко позволяют добиться болеезначительного успеха, чем простые самоотчеты (в целом же ихприменение бывает гораздо менее успешным, чем использованиесамоотчетов).

Наконец, возможно, наиболее стимулирующим к размышле-нию фактом является демонстрация Мишелем того, что готов-ность или способность человека «откладывать вознаграждение» (чер-та, милая сердцу психоаналитически ориентированных психоло-гов личности) может зависеть не столько от диспозиций человека,сколько от особенностей конкретной ситуации.

Так, например, вопрос о том, способен ли ребенок отложитьвознаграждение в какой-либо отдельной ситуации (т.е. отказатьсяот небольшой немедленной награды ради получения впоследствииболее существенной), может быть с очень скромной степенью ве-роятности (при корреляции в целом ниже 0,30) решен на основа-нии показателей личностных черт или знания об успешных дей-ствиях того же ребенка в какой-либо другой ситуации. В то жевремя способность детей откладывать вознаграждение может бытьрезко изменена путем манипулирования некоторыми, очень тон-кими нюансами ситуации, в которой эта способность испытыва-ется. Например, в ходе одного из исследований (Mischel & Ebbesen,1970) было обнаружено, что дети быстро использовали возмож-ность получить небольшое, но немедленное вознаграждение в слу-чае, когда оба приза были на виду (средняя отсрочка в этой ситу-ации равнялась одной минуте), но оказывались способными от-кладывать вознаграждение (в среднем на 11,3 мин), если оба призабыли спрятаны.

Отталкиваясь от этих результатов, Мишел и его коллеги по ис-следованию (Mischel, 1974) показали, что любая из нескольких прос-тых когнитивных стратегий, позволяющих детям отвлечь свое вни-мание от перспективы немедленного вознаграждения, может суще-ственно усилить способность откладывать вознаграждение, всущности, у любого ребенка. Иными словами, подобные манипуля-ции с ситуативным контекстом (а возможно, и со смыслом, кото-рый этот контекст имеет для детей) могут поглотить влияние любыхобширных и устойчивых индивидуальных различий между детьми вуровне импульсивности, терпения или каких-либо других различий,которые как родители, так и профессиональные психологи прини-мают во внимание, пытаясь объяснить наблюдаемую изменчивость вреакциях детей на возможности и соблазны реального мира.


реакция лрофшиопмъпых психологов на вызов

68 ГОДА

Возврат Д. Ъеа k разграничению ноотетичесЬогои идиографичесЬого подходов

По-видимому, наиболее интересную реакцию на публикацииМишела (предвосхитившую в некоторых отношениях аргументы,приводимые нами более подробно в следующей главе) продемон-стрировал Дерил Бем — ведущий социальный психолог (отец об-суждавшейся нами в главе 3 теории самовосприятия), в то времянаходившийся на пути к тому, чтобы стать психологом личности.В отличие от большинства других критиков Бем не относился ксуществующим данным о поведении пренебрежительно. Наоборот,он в целом признавал основное утверждение Мишела относитель-но степени кросс-ситуативной согласованности поведения, обна-руживаемой при обследовании случайной выборки людей, реаги-рующих на фиксированный набор ситуаций, отобранных для вы-явления определенных черт личности. Он утверждал, однако, чтогораздо более ограниченная теория личностных черт, согласнокоторой по меньшей мере некоторые личностные черты могут бытькорректно приложимы, по меньшей мере, к некоторым людям,может все же оказаться жизненной.

Бем и Аллен (Bern & Alien, 1974), возвращаясь к разграниче-нию, сделанному почти за 40 лет до этого Гордоном Оллпортом(Allport, 1937) и широко использовавшемуся наставником Мише-ла Джорджем Келли (Kelly, 1955), выступили с предположением,что согласованность поведения, подразумеваемая при использова-нии общепринятых ярлычков — названий черт личности, все-такиможет быть обнаружена. Однако чтобы добиться этого, исследова-телям необходимо принять «идиографический» подход к личностив противоположность «номотетическому» подходу (т.е. сосредото-чить свое внимание на уникальных сторонах структуры личностиотдельного индивида, а не исходить из того, что каждый человекможет получить осмысленный балл по каждому из личностныхпараметров).

Центральной особенностью идиографического подхода явля-ется то, что он требует сначала очертить круг конкретных черт,«приложимых» к рассматриваемому индивиду (или наоборот, вы-


182 Глава 4

делить конкретных индивидов, к которым могла бы быть по-на-стоящему приложима интересующая нас черта личности). Инымисловами, поиск согласованности поведения необходимо вестипамятуя о том, что любого отдельно взятого человека можно эф-фективно охарактеризовать при помощи лишь некоторой части име-ющихся черт личности, а при помощи данной черты личностиможно охарактеризовать лишь некоторую часть людей.

Второй особенностью идиографического подхода является го-товность при очерчивании круга конкретных ситуаций, в которыхможет быть обнаружена согласованность реакций какого-нибудьчеловека, использовать в качестве путеводной нити самого этогочеловека. Существует два отличных друг от друга способа, которы-ми это может быть сделано.

Можно наблюдать поведение людей в достаточно широкой со-вокупности ситуаций с целью обнаружить конкретные случаи со-гласованности поведения, проявляемой определенными индиви-дами, — случаи, которые скорее всего вновь будут иметь местопри исследовании новой совокупности ситуаций.

Обратившись к другому способу, можно использовать инфор-мацию о личной истории человека, его потребностях, целях, схе-мах интерпретации и тому подобном в попытке предугадать осо-бые и уникальные совокупности ситуаций, в которых определен-ный человек будет проявлять свои определенные диспозиции.В любом случае исследователь, практикующий идиографическийподход, не станет ожидать ото всех испытуемых, чтобы их поведе-ние в фиксированном наборе ситуаций позволило бы выставить«балл» по каждой из заранее определенных личностных черт -«балл», имеющий при этом еще и смысл. Вместо этого он будетожидать от каждого индивида проявления конкретных диспози-ций только в определенной совокупности ситуаций, которые спо-собствовали бы проявлению диспозиций именно этого индивида(т.е. релевантных по отношению к нему).

Отправной точкой теоретических рассуждений Бема и Алленастало предположение, что согласованность поведения будет на-блюдаться только у тех людей, которые стремятся соответствоватьличным стандартам либо произвести впечатление согласованнос-ти на других. Причем проявляться эта согласованность будет толь-ко в тех определенных ситуациях, которые эти люди считают дляэтого подходящими. Иными словами, согласованность будут про-являть только те, кто активно отслеживает свое поведение и стре -мится (по крайней мере в определенных ситуациях) достичь пред-


Поиск личностной согласованности 183

сказанного и искомого исследователями уровня согласованности.Например, некоторые люди будут отслеживать свое поведение напредмет присутствия в нем дружелюбия или добросовестности,поскольку именно эти личностные свойства представляются имзначимыми ценностями и являются основными для впечатления,которое они хотят произвести на других. А некоторые — все по тойже причине — будут стремиться быть последовательными в своихпроявлениях мужественности, интеллектуальности, озабоченнос-ти проблемами экологии или патриотизма. Но вновь согласован-ность поведения будет иметь место лишь в определенных ситуаци-ях—в тех, которые они сами считают подходящими для проявле-ния личностного свойства, являющегося предметом ихозабоченности.

К сожалению, как признавали сами Бем и Аллен, методологияих исследований не слишком продвинулась в направлении, котороепредполагают их же теоретические выкладки. Они попытались опре-делить совокупность потенциально «согласованно» ведущих себялюдей (чье поведение контрастировало бы с поведением совокуп-ности других людей, поведение которых демонстрировало «отсут-ствие согласованности»), но сделали это, основываясь не на наблю-дениях за поведением или на анализе присущих отдельным людямсхем интерпретации, или на анализе их личных ценностей. Вместоэтого они просто выделили две отдельные черты личности — друже-любие и сознательность, а затем классифицировали совокупностьимеющихся субъектов в зависимости от проявления ими высокойили низкой степени согласованности соответствующих форм по-ведения. В случае дружелюбия отнесение к одному из классов зави-село от общей самохарактеристики испытуемых, а в случае созна-тельности — от их самоотчета о конкретных поступках в прошлом.

Наиболее важным и наиболее противоречившим духу их соб-ственных идиографических установок является то, что они не пред-приняли даже попытки отобрать использованные ими ситуацииили показатели, основываясь на идиографическом подходе.Бем иАллен попросту выбрали небольшое число ситуаций и показате-лей, которые они, как исследователи, сочли подходящими длявыявления заданных личностных черт, а затем поставили своихиспытуемых последовательно во все ситуации из этой заранее за-данной совокупности. Наконец, необходимо заметить, что Бем иАллен использовали лишь очень малое число поведенческих пока-зателей: два — в случае дружелюбия и три — в случае сознательно-и. Все остальные показатели представляли собой субъективные и

 


184 Глава 4

довольно общие оценки, даваемые самими испытуемыми, их ро-дителями или товарищами.

Несмотря на ограниченность, с которой исследователи пре-творяли в жизнь свои же требования к идиографичности показате-лей, полученные ими результаты выглядели поначалу достаточнооптимистично с точки зрения подкрепления приведенных имиаргументов. В случае дружелюбия корреляция между двумя пове-денческими показателями (т.е. быстротой, с которой один испы-туемый вовлекал в разговор другого непосредственно перед нача-лом эксперимента, и объемом времени, в течение которого испы-туемый говорил в ходе групповой дискуссии, когда экспериментуже начался) оказалась очень высокой в подгруппе с «высокойсогласованностью поведения» (г = 0,73) в отличие от подгруппыс «низкой согласованностью» (г = 0,30).

Хотя значение первой из этих корреляций и впечатляет своейвеличиной, однако стоит заметить, что оба рассмотренных вари-анта поведения едва ли представляли собой независимые проявле-ния некоторой высокообобщенной личностной черты. Оба вари-анта поведения свидетельствовали только о готовности говорить снезнакомыми людьми, а по сути дела — о готовности заговорить сними в одном отдельно взятом случае и в одной лишь определен-ной компании.

В случае сознательности студентов использованные исследова-телями показатели — быстрота возвращения одолженных учебни-ков, прилежание при выполнении классных заданий и аккурат-ность их внешнего вида и жилища — больше отличались друг отдруга и были более независимыми. Однако полученные Бемом иАлленом данные выявили, что ни в группе с высокой согласован-ностью поведения, ни в группе с низкой согласованностью небыло получено положительных корреляций для любой из пар рас-смотренных показателей. (Средний показатель для группы с высо-кой согласованностью поведения составил -0,04, а для группы снизкой согласованностью он составил —0,19.)

Тем не менее Бем и Аллен отреагировали на данные своих опы-тов с большим энтузиазмом, чем можно было бы ожидать, озна-комившись с нашим кратким описанием. Это произошло во мно-гом потому, что для подкрепления своих аргументов они исполь-зовали не одни только поведенческие показатели. Подобнопсихологам личности более раннего периода, они чрезвычайнополагались на самооценки и субъективные оценки товарищей иродителей. И опять же, подобно предыдущим исследователям, они


Поиск личностной согласованности 185

были сполна вознаграждены за это. Они обнаружили, что как в слу-чае дружелюбия, так и в случае сознательности в подгруппе с высо-кой согласованностью поведения оценки, данные товарищами ис-пытуемых, их родителями и самими испытуемыми, очень хорошокоррелировали между собой (для дружелюбия средний г = 0,61, длясознательности средний г = 0,48). Они высоко коррелировали дажес соответствующими показателями поведения (для дружелюбия сред-нее значение г = 0,47, для сознательности среднее значение г = 0,36).В то же время в подгруппе с низкой согласованностью поведениязначения полученных коэффициентов корреляции были ниже.

Публикации Бема и Аллена, по-видимому, в большей степенипо причине силы содержащихся в них аргументов, нежели по убе-дительности эмпирических данных, пробудили вскоре множествоспоров и критических замечаний как со стороны психологов лич-ности , утверждавших, что подход исследователей не был в доста-точной степени идиографическим, так и со стороны сторонниковМишела, вновь настаивавших на том, что корреляция, рассчиты-ваемая для объективных поведенческих показателей, имеет отно-шение к предмету спора в гораздо большей степени, чем корреля-ция между субъективными оценками.

Единственная, основанная на поведенческих показателях вы-сокая корреляция, о которой писали Бем и Аллен, явно не выдер-жала испытания повторными исследованиями. Воспроизведя ос-новные аспекты парадигмы Бема и Аллена и добавив несколькодополнительных показателей как для сознательности, так и длядружелюбия, Мишел и Пик (Mischel & Peake, 1982a) вычислилисредние корреляции между отдельными парами поведенческихпроявлений: они оказались равны 0,13 для сознательности и 0,05для дружелюбия. Аналогичным образом Чаплин и Гольдберг(Chaplin & Goldberg, 1985) концептуально воспроизвели исследо-вание Бема и Аллена и обнаружили корреляцию, равную 0,01 дляповедения, отражающего сознательность, и равную 0,00 для пове-дения, отражающего дружелюбие. Еще более знаменательно, чтоникто 1тз упомянутых исследователей, какой бы из предложенныхБемом и Алленом критериев разбиения на подгруппы они ни ис-пользовали, не обнаружил никаких свидетельств существованиязаметно более высокой корреляции у испытуемых с предположи-тельно более согласованным поведением, чем у испытуемых с якобыменее согласованным поведением.

Суммируя вышеизложенное, можно сказать, что, несмотря накрасноречивость основного аргумента Бема и Аллена, их первые


186 Глава 4

шаги в направлении большей идиографичности подхода к личности не разрешили дилеммы отсутствия согласованности поведенияИх результаты, равно как и результаты, полученные в ходе последу-ющих, вдохновленных ими исследований, принесли лишь дополни-тельные данные о поведении еще по двум личностным характерис-тикам — данные, дающие такие же или даже еще меньшие корреля-ции, чем те, которые были обнаружены Мишелем в 1968 г.

MemffgaJUfzvneckue Возражения и альтернативныеэмпирические подходы

За исключением призыва Бема и Аллена к большей идиогра-фичности оценок, реакция на атаку Мишела и содержащийся вней вызов представляла собой в основном сочетание ледяногомолчания, обвинений в нигилизме, призывов к здравому смыслуи возобновившихся попыток настаивать на том, что исследованияповедения, на которые тот ссылался, имеют неустранимые по-грешности. Критики Мишела утверждали, что в этих исследовани-ях были использованы не те ситуации и не те показатели либообследовались не те выборки испытуемых (например, Alker, 1972;

Block, 1977; Olweus, 1977; Wachtel, 1973). Иногда в качестве защи-ты обращались даже к научно-дисциплинарным темам. Утвержда-лось, что социальные психологи и другие ученые, приверженныедоктрине бихевиоризма, не в состоянии обнаружить случаи со-гласованности поведения, которые отражали бы имманентно при-сущие людям различия, поскольку они слишком полагаются нанезамысловатые объективные показатели. Психологи личностинастаивали на том, что, обратившись вместо этого к более интег-ральным и субъективным методам личностной психодиагностикии к оценкам поведения, даваемым самими испытуемыми или ихтоварищами, наблюдающими их в повседневных ситуациях, мож-но без труда выявить согласованность поведения, ускользнувшуюкаким-то образом от внимания Ньюкомба, Хартшорна, Мэя, Сир-за и всех тех, кто пошел по их «бихевиористским стопам». Инымисловами, психологи-персонологи продолжали настаивать на том,что простые и объективные поведенческие показатели в некото-ром смысле скорее затеняют, нежели проясняют ту важную роль.которую различия в чертах личности играют в повседневной со-циальной жизни.

Легко проникнуться сочувствием к состоянию фрустраци"-которое испытали психологи личности. На самом деле, как будт


 

Поиск личностной согласованности 187

волнительно пояснено в главе 6, мы полагаем, что они былиправы в своей убежденности, что устойчивые индивидуальныеразличия, проявляющиеся в социальном поведении, представля-ют собой нечто большее, чем просто когнитивную иллюзию. Мыразделяем также их стремление настаивать на том, что люди, встре-чающиеся нам в потоке повседневности, проявляют в своем пове-дении (равно как и в том, что отличает его от поведения окружа-ющих) значительную согласованность и предсказуемость.

Однако мы полагаем также, что отметание ими с порога име-ющихся данных о реальном поведении отбило у этих исследовате-лей охоту заниматься тщательным анализом истоков согласован-ности и несогласованности поведения в реальном мире. В частно-сти, психологи личности очень мало сделали для того, чтобыпомочь нам понять, почему свидетельства обыденной интуиции вотношении личностных черт и данные исследований, получен-ные при помощи обобщенных вербальных показателей, находятстоль мало подтверждений в ситуациях, когда исследователи бе-рут на себя труд собрать объективную информацию о поведении.Если конкретные личностные характеристики — такие, как раз-говорчивость, или такие, как экстраверсия, честность или зави-симость, были выбраны для оценки ошибочно, то какие характе-ристики следовало бы тогда выбрать? Если разговорчивость неследует оценивать посредством объективного показателя доли об-щего времени, проведенного людьми за разговорами во времяобеда, то как же ее тогда оценивать? Если о честности нельзясудить по готовности жульничать во время контрольной работыили прохождения теста или красть то, что плохо лежит, то как жетогда о ней судить? Если ни «проблемные» мальчики в летнемлагере, ни представленная выборка из учеников начальной и сред-ней школы, ни различные выборки студентов колледжей не былиподходящими для оценки согласованности поведения, то какиевыборки являются в таком случае подходящими? Иначе говоря,если причины «провалов» прежних поведенчески нацеленных ра-бот могут быть усмотрены в несовершенстве их методологии, анадежность и устойчивость более общих и более субъективных оце-нок в гораздо большей степени отражают действительное поло-жение с согласованностью поведения, то почему тогда не былоЯредпринято убедительных эмпирических попыток, используяболее совершенные поведенческие показатели, более адекватныеМетоды и более подходящие выборки, опровергнуть выводы работ


188 Глава 4

Мишела и его последователей и продемонстрировать им всю нео-боснованность их претензий?

При отсутствии сведений о подобных эмпирических «историяхуспеха» потребовалось опровержение, более концептуальное посвоей сути, — такое, которое объяснило бы кажущиеся неудачиНьюкомба и его коллег, равно как и кажущиеся успехи тех, ктопредпочел методики «карандаша и бумаги» объективным исследованиям поведения. Одно подобное опровержение было предложено Сеймуром Эпштейном десятилетие спустя после того, как былброшен первый вызов.

Возражение Э-пштейна, основанное на. эффективностиJwmoga агрегирования

Эпштейн (Epstein, 1979, 1983) в своем ответе на критику Ми-шела апеллировал в основном к психологам личности. В сущности,он утверждал, что, уделяя слишком много внимания низким кор-реляциям между отдельными поведенческими проявлениямиили их результатами, можно упустить из виду теоретическую зна-чимость и потенциальную практическую выгоду агрегирования по-добных показателей. Он отмечал, что отдельные реакции, равнокак и отдельные пункты любого теста, в высшей степени нена-дежны и будут, скорее всего, отражать влияние многих системати-ческих и случайных факторов, не имеющих отношения к оценива-емым личностным диспозициям. С тем чтобы получить надежные иточные показатели диспозиций субъекта, необходимо рассматри-вать среднее значение нескольких отдельных индивидуальных по-казателей или «пунктов», таким образом, чтобы случайные иливнешние факторы, влияющие на отдельные реакции, или пунк-ты, взаимно погашали друг друга, делая «сигнал» более сильнымпо сравнению с окружающими его «помехами». Иными словами,для того чтобы отыскать ускользнувшую от внимания бихевиорис-тов согласованность поведения, необходимо убедиться, что пока-затели, между которыми вычисляется корреляция, отражают вбольшей мере лежащие в их основе личностные диспозиции инди-вида (или, так сказать, «истинные показатели») и в меньшей ме-ре — «ошибки». Воздаянием за это будут, как утверждал Эпштейн,относительно высокие корреляции, отражающие, в свою очередь.истинные и устойчивые личностные диспозиции.

В определенном смысле аргументы Эпштейна имели чисто ста-тистический характер и были бесспорны. Нельзя не согласиться с


 

Поиск личностной согласованности 189

утверждением, что множественные наблюдения дают более надеж-ные показатели и более точно отражают «истину», чем одиночные.(По сути, Мишел отмечал то же самое в своей книге 1968 г.) Бо-лее того, во многих знакомых всем жизненных ситуациях важностьпринципа агрегирования с готовностью признается.

Например, в школе даже наиболее успевающие ученики раноили поздно не справляются с каким-нибудь экзаменационнымвопросом. Время от времени, показав сравнительно слабые резуль-таты во время конкретной контрольной работы, они могут дажепрогулять занятия. Но тот факт, что их четвертные оценки по от-дельным предметам (каждая из которых отражает результат агре-гирования оценок за множество отдельных контрольных работ) итем более их средний балл (представляющий собой результат агре-гирования множества четвертных оценок по отдельным предме-там) будут выше, чем у всех остальных, является вполне предска-зуемым. На самом деле именно это мы и имеем в виду под «высо-кой академической одаренностью», и ни один здравомыслящийчеловек не станет оспаривать существование индивидуальных раз-личий в академической одаренности или приходить в отчаяние поповоду невозможности количественного измерения подобных раз-личий только потому, что корреляции между отдельными компо-нентами этой одаренности или между ее отдельными компонента-ми и общим показателем сравнительно невелики.

Исходя из аналогичных посылок, Эпштейн заявлял, что былобы глупо давать ответ на вопрос об индивидуальных различиях вотношении честности или дружелюбия на основании наблюденияповедения людей в единичных ситуациях и последующего расчетакорреляций между характеристиками поведения в этих ситуациях.

Эпштейн напомнил своим коллегам, что существуют простыеи знакомые всем статистические формулы, позволяющие пред-сказать, насколько больший рост в надежности измерений можетбыть получен, а следовательно, и насколько больший рост корре-ляции, отражающий индивидуальные различия между личностя-ми, можно ожидать по мере повышения уровня агрегированияподобных показателей.

Чтобы проиллюстрировать уместность применения этих фор-мул, а заодно и величину подобных «эффектов агрегирования»,рассмотрим конкретный пример. Что произойдет, если отобратьДовольно большое число вариантов поведения (которые, предпо-ложительно, должны служить выявлению одной и той же личност-ной характеристики), а затем усреднить корреляции, полученные


190 Глава 4

между всеми парами показателей. Говоря более конкретно, рас-смотрим совокупность данных, в которой средняя корреляциямежду парами показателей составляет 0,16 — значение, котороенесколько ближе к верхнему краю диапазона корреляций, полу-ченных в ходе эмпирических исследований, которыми мы занима-емся в этой главе.

В настоящее время корреляция, равная 0,16, вовсе не выглядитвпечатляющей. В самом деле, как показали Дженнингс, Амабайли Росс (Jennings, Amabile & Ross, 1982), большинство наблюдате-лей, прослушивая множество пар звуков разной продолжитель-ности или глядя на множество пар линий разной протяженности,корреляция между которыми составляет 0,16, с трудом могут оп-ределить, имеют ли они дело с положительной или с отрицатель-ной корреляцией. А вот используя так называемую «формулу про-рочества» Спирмена—Брауна, в защиту которой выступал Эпш-тейн, можно предсказать, что если мы возьмем 25 независимыхпоказателей поведения испытуемого, характеризующих его экст-равертированность (или честность, или зависимость, или созна-тельность, т.е. показатели, которые мы упоминали ранее при об-суждении вызова, брошенного Мишелем психологам личности),и рассчитаем затем корреляцию между средним баллом каждогосубъекта по этим 25 независимым показателям и его же среднимбаллом по другим 25 показателям, характеризующим ту же чертуличности, то полученная корреляция достигнет 0,83 — уровня,который никто не рискнул бы назвать недостаточно впечатляю-щим, и уж вряд ли такую корреляцию невозможно было бы обна-ружить. Если усреднить всего лишь девять независимых показате-лей для каждого испытуемого и посмотреть на их соотношение сосредним значением для других девяти показателей, то и тогдаполучится ясная и тоже легко обнаруживаемая корреляция, рав-ная 0,63.

Эпштейн (Epstein, 1983) не удовольствовался тем, что выдви-нул свой аргумент в чисто теоретических терминах. Он взял насебя труд продемонстрировать, что по крайней мере для некото-рых предпочтений и поведенческих проявлений использованиемножественных показателей действительно может увеличить ко-эффициенты корреляции до уровня «пророческих». (Оказалось, чтотребование независимости показателей может быть удовлетворенолибо, что более вероятно, нарушено без серьезных последствиидля роста корреляции, проистекающего из агрегирования показа-телей.) Традиционная теория личности получила, таким образом.


Поиск личностной согласованности 191

мошную поддержку. Было показано (или по крайней мере так ка-залось), что индивидуальные различия в традиционных чертах лич-ности действительно существуют, а отражающие их корреляцииможно сделать очень высокими, если принять некоторые, вполнеразумные психометрические меры предосторожности.

С особым энтузиазмом аргументы Эпштейна были встреченыисследователями личностных тестов, поскольку им казалось, чтоэти аргументы объясняют, почему стандартные вербальные мето-дики демонстрируют в целом высокую устойчивость во времени, аиногда даже и хотя бы умеренный уровень согласия между разны-ми оценщиками. Можно предположить, что вербальные оценкиподобного рода могут быть продуктом множества наблюдений, сде-ланных в разное время и в разных ситуациях. Соответственно это-му можно утверждать, что причиной сравнительно высоких кор-реляций, которых психологи личности добились, используя по-добные методы оценки, является агрегирование показателей, а некакое-либо влияние общих стереотипов или других тенденциозно-стей, имеющих место в процессе переработки информации.

Хотя эпштейновское опровержение и освободило психологовличности от узды, наброшенной на них Мишелем, предоставивим возможность спокойно вернуться к разработке техник измере-ния индивидуальных различий, однако мы полагаем, что оно вве-ло в заблуждение некоторых недостаточно критичных читателейпсихологической литературы относительно как практических, таки теоретических преимуществ, достижимых посредством агреги-рования. Далее в этой главе мы выясним, какова природа подоб-ных преимуществ и где находятся их пределы.

V:' Г


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-08-12; просмотров: 232. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.106 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7