Первое, что приходит в голову при создании противоядия к постлиберализму, это использование преимуществ постмодерна – естественной среды обитания постлиберализма – для борьбы с ним самим, используя его сильные стороны, беря инструментарий постлиберализма в качестве технологического компонента Четвертой политической теории. Хотя это, конечно, не может быть основой новой политической теории. А что может быть?
Основной отличительной чертой постмодерна стало именно то, что он дал равные возможности и для модерна, и для традиции. В эпоху премодерна за прогрессистские мысли сжигали на костре. В модерне за возврат к традиции рубили головы. Постмодерн же дал равные возможности и тем и другим: хочешь – «золоти купола», а хочешь – сделай операцию по смене пола. И то и другое стало одинаково возможно. Это породило клонов, киборгов и мутантов, с одной стороны, но и сняло запреты со староверов, религиозных фундаменталистов и традиции в целом – с другой. Традиционализм не то чтобы восторжествовал, но он по крайней мере не запрещен, и этим необходимо непременно воспользоваться, формируя 4ПТ.
Осуществляя некий принудительный перманентизм, провозглашающий циклический подход, с очевидностью обнаруживаем, что последовательность трех парадигм – премодерн – модерн – постмодерн – неизбежно возвращает нас снова в начало, опять к премодерну, к традиции в ее изначальном виде. А раз мы говорим о рождении новой политической теории на месте отмерших вместе с эпохой модерна старых, ничто не мешает нам взять традицию и традиционные элементы в качестве базовых для использования в разработке Четвертой политической теории. Тем более постмодернистский контекст, воцарившийся сегодня, нам в этом никак не препятствует, что также необходимо учесть. А именно, при выработке Четвертой политической теории мы не можем абстрагироваться от того технологического фона, который сложился в постиндустриальную эпоху постмодерна. Без технологических достижений и прорывов новая политическая теория окажется неадекватной. В чистом виде традиция будет проигрывать технологически. Поэтому такие позиции, как научно-технический прогресс или «модернизация без вестернизации» в качестве некоего инструментария, который берется не как цель, что декларируется в постлиберализме, а как средство к достижению цели, безусловно должны быть включены в 4ПТ. Таким образом, Четвертая политическая теория – это не модерн в чистом виде, потому что мы берем традицию за основу, и не премодерн, потому что мы берем высокие технологии на вооружение. 4 ПТ – это постидеология.
Обоснование такого подхода, как ни странно, дает в своих работах известный израильский каббалист и богослов Мордехай Шрики. В своих работах он убедительно доказывает, что для гармоничного развития современному человеку необходимо уделять одинаковое-внимание как метафизике – вопросам спасения души, обращения к традиции, к корням, так и теме достижения успеха в актуальном материальном мире, «здесь и сейчас», что только усиливает, фундаментализирует полученную формулу традиция+технология, выражающую новый подход в адекватном контексте на фоне торжествующего постмодерна.
