Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Как по сексуальным ассоциациям предсказать будущее; как незаметно ввести пациента в гипнотический транс, обращая его внимание на расположение предметов; ассоциативный слэнг




Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Эриксон: Покажите мне, пожалуйста, то, что безусловно написано левой рукой.

Клиентка: Думаю, что это, но не могу поклясться. Я не ошиблась?

Эриксон: Укажите мне, пожалуйста, на это слово – только мне бы хотелось, чтобы Вы были абсолютно уверены в своей правоте. А когда Вы это сделаете – Вы внезапно обнаружите что-то еще.

Клиентка: (Держит в левой руке сигарету) Опять что-то под знаком Х?

Эриксон: Х всегда обозначает неизвестное.

Клиентка: Я добилась его.

Эриксон: Кого – его?

Клиентка: Незнакомца.

Эриксон: Вам нравится мой карандаш?

Клиентка: (Обменивается с Эриксоном карандашами) Очень приличный карандаш. Я буду его втыкать во все подряд.

 

Эриксон: (Держит в левой руке сигарету) "Опять что-то под знаком Х?"

Росси: И сигарета, и Х вызывают определенные сексуальные ассоциации?

Эриксон: Х вызывает мысли о поцелуе[14].

Росси: Следовательно, все сексуальные ассоциации возникли чисто подсознательно? Вы проверяли это как-нибудь?

Эриксон: Вот теперь я точно знаю, что у нашей клиентки была амурная история. "Опять что-то под знаком Х. – X обозначает неизвестное. – Я добилась его. Кого – его? – Незнакомца." Потом я спрашиваю: "Вам нравится мой карандаш?", обмениваюсь с ней карандашами, и она отвечает: "Это очень приличный карандаш".

Росси: Ваш вопрос о карандаше нужен для того, чтобы расставить сексуальные акценты?

Эриксон: Мне это нужно для того, чтобы продолжить гипноз клиентки – и чтобы она этого не поняла...

Росси: [В 1987] Здесь Эриксон объясняет нам, как он использует сексуальный слэнг, относящийся к определенному расположению предметов (сигареты, карандаша); как он с помощью этого слэнга вызывает у клиентки определенные цепочки ассоциаций и погружает ее в транс.

 

 

Клиентка пишет слова справа налево и вверх ногами: исследование работы левого и правого полушарий мозга с помощью словесных ассоциаций; формирование установки на обучение как сущность метода Эриксона

 

Эриксон: Почему Вы взяли только один карандаш?

Клиентка: С двумя у меня будет уж слишком глупый вид. Я буду походить на фокусника. (Держит два карандаша) Мне кажется, что я писала ими двумя одновременно.

Эриксон: А откуда у Вас такая уверенность?

Клиентка: Сама не знаю. Ведь это невозможно!

Финк: Невероятно!

Клиентка: Я просто ошеломлена!

Эриксон: А какие именно слова Вы написали одновременно?

Клиентка: Что Вы пытаетесь меня запутать? (Показывает два слова)

Эриксон: Вы и правы, и неправы.

Клиентка: Совершенно убийственное высказывание.

Эриксон: Вы правы. Ну, а если бы мне нужно было выяснить эти слова и у меня в каждой руке было по карандашу, что бы Вы мне посоветовали?

Клиентка: Попробовать написать что-нибудь? Вы что, издеваетесь надо мной? Вы когда-нибудь видели, чтобы я писала двумя руками?

Финк: Да!

Эриксон: Давайте же попробуем шутки ради: кладите эту руку сюда, а эту – туда – и попытайтесь повторить то, что здесь написано.

Клиентка: Нет, честное слово, Вы шутите. Не будете же Вы заставлять меня это сделать во второй раз.

Эриксон: Буду-буду. Я думаю, Вам понравится. Вперед. Другую руку тоже кладите на бумагу.

Клиентка: Вы что, в самом деле? Вторая рука даже не шевелится. Я такого еще не видела. Я даже забыла, как писать[15].

Эриксон: Так, конечно, у Вас тут черт ногу сломит.

Клиентка: Я должна в этом разобраться. Что же это такое получается?

Эриксон: Теперь остановитесь и посмотрите на то, что Вы написали.

Клиентка: Я пишу слова справа налево.

Эриксон: Совершенно верно. Вы одновременно пишете двумя руками – правой слева направо, а левой – справа налево. Что Вы об этом думаете?

Клиентка: Это выше моего понимания!

Эриксон: Смотрите – сейчас буквы написаны нормально. А можно их написать вверх ногами – если перевернуть лист бумаги и посмотреть его на просвет, Вы увидите именно такие буквы. Это слово написано и справа налево, и вверх ногами.

Клиентка: Кажется, я закончила!

Эриксон: Несомненно. Теперь Вы умеете писать по-всякому: и справа налево, и вверх ногами, и, кстати, Вы сразу определите, что это писали именно Вы!

Клиентка: Конечно! У кого еще получится такая путаница!

Эриксон: Если приглядеться, то можно прочитать слово "январь".

Клиентка: Боже ты мой!

Эриксон: Ну, теперь это совершенно очевидно, правда?

Клиентка: Поразительно!

 

Эриксон: Клиентка действительно писала обеими руками одновременно.

Росси: Мне кажется, что Вы заставляете ее писать всеми этими необычными способами для того, чтобы она сделала нечто необыкновенное, то, что она никогда не делала прежде. При этом формулируется установка на новое обучение. Это так? Неужели она смогла выполнить Ваше задание и писала слова справа налево и вверх ногами?

Эриксон: Попробуйте сами!

Росси: Невероятно! У меня не получается. (Он пытается написать буквы – A, X, R – справа налево и вверх ногами.) Потрясающе! Кстати, а само "произведение" клиентки сохранилось?

Эриксон: Нет.

Росси: Очень жаль. (Росси делает очередную попытку написать буквы новым способом и потешается над своей неловкостью.)

Эриксон: По-моему, Вы переоцениваете мою наивность. (Наверное, Эриксон имеет в виду то, что сейчас он намеренно формирует у Росси установку на новое обучение, а тот этого даже не осознает.)

Росси: Это я-то считаю Вас наивным? Обо мне так тоже говорят. Печатными буквами у меня получается лучше.

Эриксон: А как Вы учились писать – сначала печатными буквами?

Росси: По-моему, да. Итак – главной задачей всех этих экзерсисов с написанием слов является формирование установки на новое обучение. При этом у пациента возникают совершенно новые цепочки ассоциаций, которые помогают ему в этом.

Эриксон: Но сами-то ассоциации уже существуют!...

Росси: Вы используете уже имеющиеся паттерны обучения. Но для того, чтобы их активизировать, Вы даете клиентке такие задания, которые заставляют ее отказаться от привычного способа письма и овладеть новыми, совершенно необычными навыками. И это становится своеобразной метафорой для того, чтобы указать клиентке какие-то новые пути для решения ее собственных проблем. Вы со мной согласны?

Эриксон: Гм.

Росси: Обычно во время сеанса гипнотерапии врач старается усилить любое внутреннее изменение пациента. Вы добиваетесь этого тем, что озадачиваете пациента головоломками и ему в голову приходят всякие неординарные мысли – пациент начинает видеть свои проблемы под другим углом зрения! Это так?

Эриксон: (Кивает утвердительно.) Вы знакомы с ассоциативным тестом Кента-Розанова? (И Эриксон начинает рассказывать, как его пациенты записывали свои ассоциации одновременно обеими руками, как они потом в устной беседе сообщали ему свои ассоциации – и эти ассоциации явно разделялись на "правополушарные" и "левополушарные". Эти исследования Эриксон проводил задолго до Спэрри. Существовала стандартная методика использования теста Кента-Розанова, и все были просто шокированы, когда Эриксон ввел свое "двустороннее" ассоциативное письмо.) У меня были сплошные неприятности в Вочестере (где Эриксон прошел путь от младшего врача до главного психиатра в период между 1930 и 1934 годами), потому что я все делал не так, как другие, и шел своим – единственно правильным путем! Росси: Шок был совершенно напрасен, потому что Ваши исследования "лево-" и "правополушарных" ассоциаций были предтечей классического труда Спэрри, посвященного работе полушарий головного мозга.

Эриксон: Конечно. Я учу клиентку таким вещам, которые бы она смогла сделать, вовсе не задумываясь над тем, сможет ли она с этим справиться. Именно это так ее и поражает ("Это выше моего понимания!" и "Поразительно!"); именно это помогает ей ассимилировать "трансовый" опыт.

Росси: И хотя клиентка ничего не помнит, именно он "трансовый" опыт – помог ей ослабить ее страхи. Но прежде чем окончить сеанс, Вы хотели бы удостовериться, что у клиентки полностью сформировалась установка на восприятие новой "трансовой" информации.

Эриксон: Да, на тотальное обучение.

Росси: И опять же – Вы не проводите постгипнотическое внушение и не призываете ее прямо к обучению и развитию; Вы вызываете установку на новое обучение, опираясь на скрытые способности самой клиентки. И Вы тем самым доказываете ей, что она может научиться многому, даже не зная, есть ли у нее к тому способности.

Вот то новое, что содержится в Вашем способе гипнотерапии: Вы вызываете определенную ментальную установку (по-другому, Вы активизируете процессы обучения), не сообщая пациенту о своих истинных намерениях. И в самом деле, сущностью Вашего метода является формирование таких ментальных установок, которые проводят соответствующую внутреннюю работу в соответствующее время. Вы стараетесь распространить принцип обучения на все: поскольку люди часто боятся новых ситуаций, Вы помогаете им использовать успешные результаты предшествующего обучения применительно к новым обстоятельствам.

Эриксон: (Эриксон приводит очередной колоритный пример обучающей ситуации: на этот раз он вспоминает, как жил на ферме и там объезжал лошадей. Так вот, оказывается, когда их объезжают, то необученную лошадь привязывают с двух сторон к обученным; а так как последние уже знают, как надо идти, то необученная лошадь учится всему просто автоматически!)

Росси: Послушайте, довольно говорить о лошадях. Неужели Вам не хватает людей? Хотя, конечно, Вас оправдывает то обстоятельство, что Вы и в самом деле изучали свой метод не в современной лаборатории, а на ферме.

 

 

Восьмой "визит" Февральского человека: как использовать отвлекающие маневры для того, чтобы ослабить сопротивление пациента и вновь погрузить его в транс; спонтанная возрастная регрессия к настоящему моменту времени; сомнамбулическое "трансовое" обучение

 

Эриксон: Как Вы считаете, можно Вас загипнотизировать?

Клиентка: Только не сейчас. Я совсем проснулась.

Эриксон: Вам бы хотелось всегда так делать (Показывает клиентке ее записи)?

Клиентка: Нет, не сказала бы. Сейчас точно не хочу. Это так необычно.

Эриксон: А как Вы обычно находите пульс? (Эриксон тянется к ее руке, как будто собирается найти пульс.)

Клиентка: Вы нашли его. Теперь считайте.

Эриксон: (Здоровается с клиенткой за руку) Привет.

Клиентка: Привет.

Эриксон: Какой сейчас месяц?

Клиентка: Февраль.

Эриксон: А какой год?

Клиентка: 1943-й.

Эриксон: А кто я?

Клиентка: Февральский человек.

Эриксон: Все очень просто, правда? Мы с вами всегда так здороваемся, верно? Это может произойти в любой момент, в любом месте – но только со мной Вы здороваетесь таким образом. И для этого есть вполне законное объяснение. А когда-нибудь мы опять пожмем друг другу руки – ну, скажем, 30 марта 1945 года. Вы не против?

Клиентка: Нет, конечно.

Эриксон: Решено. И я очень хочу, чтобы 30 марта 1945 года Вы во всем бы остались такой же, как сейчас. Я могу теперь попрощаться?

 

Эриксон: "А как Вы обычно находите пульс?"

Росси: Для чего Вы задаете свой вопрос именно теперь, когда клиентка начисто исключает возможность гипноза, так как "совсем проснулась"?

Эриксон: Мой вопрос: "А Вам бы хотелось всегда так делать?" – имеет смысл: "А Вам бы не хотелось всегда уметь делать то, что Вы делаете в состоянии транса?" Клиентка отвечает: "Это так необычно". Что ж, пусть будет необычно. А потом я пытаюсь нащупать у нее пульс.

Росси: Это я вижу. Когда Вы про него спрашиваете, Вы на полном основании можете прикоснуться к руке клиентки и сделать вид, что пытаетесь сосчитать пульс. И вполне естественно, что она удивляется, когда вместо этого Вы пожимаете ей руку, вслед за этим погружаете ее в транс и начинаете очередной – восьмой – "визит" Февральского человека. Все происходит так быстро, что она не успевает оказать Вам никакого сопротивления.

[В 1987] Вполне вероятно, что Эриксон расценил заявление клиентки о том, что она "совсем проснулась" как ее протест против его воли. Именно поэтому он и использовал отвлекающий маневр с пульсом – для того, чтобы пожать клиентке руку и как можно скорее начать наведение нового транса. Необходимо было продемонстрировать подсознанию, что гипнотическое состояние непосредственно вытекает из этого ключевого рукопожатия. Для того, чтобы подкрепить этот последний транс и повысить значимость факта рукопожатия, Эриксон обращается к прямому постгипнотическому внушению: "Мы с вами всегда так здороваемся, верно? Это может произойти в любой момент, в любом месте – но только со мной Вы здороваетесь таким образом. И для этого есть вполне законное объяснение." Эриксон придает слову "законность" определенный этический смысл, и тем самым успокаивает подсознание клиентки насчет того, что оно останется "в целости и сохранности".

Бросается в глаза то, что на этот раз Эриксон очень неожиданно прерывает свой "визит". Он нигде не просит клиентку проснуться. Одну из его последних фраз "Когда-нибудь мы опять пожмем друг другу руки ну, скажем 30 марта 1945 года" – можно с полным основанием отнести к постгипнотическому внушению. К нему же относятся и заключительные слова Эриксона: "И я очень хочу, чтобы 30 марта 1945 года Вы во всем остались такой же, как сейчас".

Совершенно очевидно, что эти постгипнотические внушения должны завершить гипнотерапевтический сеанс, хотя в явном виде клиентке нигде не предлагается проснуться. С другой стороны, именно по этой причине она продолжит находиться в трансе вплоть до следующего рукопожатия Эриксона, только ориентирована она теперь на "нормальную" календарную дату – 30 марта 1945 года. К этому времени она все еще останется "такой же, как и сейчас". Транс, в котором пациент переориентирован на истинное время, называется сомнамбулическим трансом: хотя клиентка вовсе не спит и ведет себя совершенно нормально, ее тесная "трансовая" связь с Эриксоном сохраняется. Поэтому те гипнотерапевтические процессы, которые первоначально активизировал Эриксон, продолжают свое дальнейшее развитие на многих уровнях, но теперь уже автономно. Так пациенты учатся приобретать опыт сомнамбулического транса. И заканчивает Эриксон свой восьмой "визит" вопросом, который фактически является прямым внушением: "Я могу теперь попрощаться".

 

 







Дата добавления: 2015-08-10; просмотров: 228. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.043 сек.) русская версия | украинская версия