Уже неважно. Будь ты здесь храбрец
Иль жалкий трус — тебе один конец; Меж гончей и оленем нет различий, Когда судьба их сделает добычей. Ну кто бы этого подвоха ждал? Мечтать на море, чтобы дунул шквал, Не то же ль самое, что домогаться В аду жары, на полюсе прохладцы? Как человек, однако, измельчал! Он был ничем в начале всех начал, Но в нем дремали замыслы природны; А мы — ничто и ни на что не годны, В душе ни сил, ни чувств... Но что я лгу? Унынье же я чувствовать могу! ЭЛЕГИИ АРОМАТ Единожды застали нас вдвоем, А уж угроз и крику – на весь дом! Как первому попавшемуся вору Вменяют все разбои без разбору, Так твой папаша мне чинит допрос: Пристал пиявкой старый виносос! Уж как, бывало, он глазами рыскал, Как будто мнил прикончить василиска; Уж как грозился он, бродя окрест, Лишить тебя изюминки невест И топлива любви – то бишь наследства; Но скрываться находили средства. Кажись, на что уж мать твоя хитра,- На ладан дышит, не встает с одра, А в гроб, однако, все никак не ляжет: Днем спит, а по ночам на страже, Следит твой каждый выход и приход, Украдкой щупает тебе живот И, за руку беря, колечко ищет, Заводит разговор о пряной пище, Чтоб вызвать бледность или тошноту – Улику женщин, иль на чистоту Толкует о грехах и шашнях юных, Чтоб подыграть тебе на этих струнах И как бы невзначай в капкан поймать,
|
