ГЛАВА 25. Gran Maestro посадил их за столик у окна, выходившего на Большой канал

 

Gran Maestro посадил их за столик у окна, выходившего на Большой канал. В ресторане, кроме них, никого не было.

Вид у Gran Maestro с утра был здоровый и праздничный. По утрам он забывал о своей язве, да и о сердце так же. Когда у него ничего не болело, он старался не думать о боли.

– Мой товарищ рассказывает, что ваш рябой соотечественник завтракает в постели, – поведал он полковнику. – Сюда, правда, могут прийти несколько бельгийцев. «Храбрейшие из них были белги», – процитировал он. – Есть у нас тут и парочка pescecani; сами знаете, откуда их принесло. Но они переутомились и, по-видимому, будут есть, как свиньи, у себя в номере.

– Отлично доложили обстановку, – сказал полковник. – Проблема, которую нам надо решить, Gran Maestro, состоит в том, что я уже поел у себя в номере, как тот щербатый и ваши pescecani. А вот эта дама…

– Молодая девушка, – поправил его Gran Maestro, улыбаясь во весь рот. Настроение у него было хорошее, ибо день еще только начинался.

– Эта молодая девушка хочет так позавтракать, чтобы никогда уже больше к этому не возвращаться.

– Понятно, – сказал Gran Maestro; он поглядел на Ренату, и сердце у него в груди перекувырнулось, как морская черепаха в океане. Редкостное ощущение, мало кому на этом свете удается его пережить.

– Что ты будешь есть, дочка? – спросил полковник, любуясь ее утренней, ничем не прикрашенной красотой.

– Все подряд.

– Может, ты все-таки уточнишь?

– Чай вместо кофе и все, что Gran Maestro удалось для меня припасти.

– Старыми запасами, дочка, я вас кормить не буду.

– Дочкой зову ее только я.

– Я это сказал от души. Мы можем fabricar49 rognons50, зажаренные с шампиньонами. Грибы собрали люди, которых я хорошо знаю. Или вырастили у себя в сыром погребе Могу подать омлет с трюфелями – их вырыли очень благородные свиньи. И канадскую грудинку, полученную но случаю из самой Канады.

– Все равно откуда, – сказала девушка, улыбаясь и не теша себя пустыми иллюзиями.

– Все равно откуда, – серьезно повторил полковник. – Я-то уж знаю откуда. Ну ладно, пошутили, и хватит. Давайте теперь поедим.

– Если это не очень нескромно, я бы и сама была за это.

– А мне принесите флягу вальполичеллы.

– И больше ничего?

– Порцию грудинки, если она и правда из Канады. Он поглядел на девушку, потому что теперь они остались одни, и сказал:

– Ну, как ты, прелесть моя?

– Наверно, я очень хочу есть. Но спасибо тебе за то, что ты сегодня добрый так долго.

– Мне это не было трудно, – объяснил полковник по-итальянски.