Человек
Человек может работать потрясающе и бесконечно. От рассвета и до заката. Становясь все красивее. Человек в одиночку может строить дом, возделывать сад, цветы, овощи, добывать материалы, перевозить их на себе. О! Как он может работать, строя себе дом, баню, огород! Весь день будут слышны визг его тележки, врез топора, скрежет труб. Один в бесконечном труде. От вырастания дома, от вырастания сада, от вырастания животных, от бесконечного труда он становится все лучше, все нечувствительней к усталости, все интеллигентней. И тут его начинает желать земля. Цветы отдаются только ему. У плохого человека они не цветут. Деревья признают его руку, животные идут на его голос. А он уже не боится металла, не боится машины. Кран, труба, поршень – становятся родными. Руки начинают чувствовать металл, гайку, сгиб и могут повторить как было и повернуть по-новому, сделать воде удобно, и сделать крыше удобно, и фундаменту сухо, и дереву влажно. Руки становятся очень твердыми и очень чувствующими. Тело не так сильным, как приспособленным. Когда можешь поднять то, что захочешь, и верно оцениваешь вес. Руку точно продолжает топор, ключ, мастерок. Все отполировано. Рукоятка входит в пальцы без зазора. Сильны те мышцы, что нужны для работы. Может даже выпирать живот от обильной рабочей еды. Он не мешает. У хорошего хозяина он есть всегда. Вначале пропадает брезгливость, потом уходит усталость, потом раздражение и появляется техника. Кельма, полутерка, сокол приросли к рукам, голова освобождается от того, что делаешь, место тактики занимает стратегия. Ты уже можешь осуществлять идеи. Сначала чужие, потом свои. Новая работа начинается с расспросов. Всегда найдется человек, который что-то подобное делал. Человек человеку – совет, способ и инструмент, и все становится понятным, все возможным. Все распадается на простое. Кто делал – не соврет. А то, что ты делаешь для себя, будет стоять, пока ты жив. С твоей смертью начнет умирать все, что ты поднял. И никакие дети его не спасут. Оно может умирать медленно, но умирать будет, пока кто-то не расспросит людей и не начнет сначала. И снова пройдет все пути развития: незнание, знание, брезгливость, усталость, раздражение, умение, техника и красота. Твои животные родят ему детенышей, твой дом покажет ему себя, вода потечет снова, его оставят усталость и сон. Он будет строить для себя, чтоб отдохнуть, чтоб поспать, чтоб подумать на старости лет, но ни спать, ни размышлять в покое уже никогда не будет. Все, как и дети, уходит вперед, ничто к тебе не вернется в старости. Лишь люди будут у тебя учиться и запомнят тебя. И странно. Всем, что ты создал, ты не воспользуешься никогда.
Она
Она крадется и подкрадывается со всех сторон. Она так может подкрадываться не сразу, а постепенно. Окружить и ждать. И мы чувствуем, что окружены. Мы пьем, едим и поем в ее окружении. Играем под ее надзором. Свое присутствие она выдает ойканьем кого-нибудь из нас. Это на слух. Для глаз – седым волоском. Вопросительностью старости перед восклицательной молодостью. Ну, что вы? Разве не заметно? Она заметна здесь… А седой волос? А молодая душа, обнаруженная вдруг в старом теле? А дети наши? Она в наших детях. Она постоянна. Мы вертимся. Мы лежим, спим, встаем, работаем… Мы ищем удовольствия. Она с нами. Улыбается и желает успеха. Она, если захочет, может это удовольствие обострить до наслаждения, до экстаза. – Такое бывает только раз, – хрипим мы… Это она. Когда мы говорим «никогда» и «всегда» – она в этих трех буквах «гда»… ГДА! – И она проступит в близком лице, которому всего… ГДА! – И она обостряет твои черты внезапно ночью. ГДА! – Пощипывает твою косточку. Твою железку щекочет. Требует острить быстро, здорово, как никоГДА. ГДА! – Юмор, освещенный ею, навсеГДА. ГДА! – Она не любит печали. Печаль, рожденная ею, банальна и она ее быстро прогоняет. Смех ее вечен, морщины боли она покрывает и разглаживает своей рукой… Великая. С ней пишется навсеГДА. ГДА! – Стоит в отдалении и улыбается, а потом подходит ближе… А потом идет рядом… А потом положит руку на плечо, подымет высоко, до себя – и даст взглянуть… И ты бросишь стол, дела, людей… – Иду к тебе… И улыбнешься неугасимо!
|
