Эта пытка была широко распространена в Средневековье, в Англии и ее колониях она оставалась вплоть до XVIII века. Она заключалась в том, что обвиняемого связанным укладывали на пол, либо распинали его на специальном пыточном столе, на грудь ему укладывали широкую доску или деревянный щит, на который помещали груз (камни, гири и т.п.), постепенно увеличивая его, пока человек не признавался. Нередко, однако, случалось, что так и не признавшийся арестованный умирал, задавленный насмерть. Заключение обвинителя, приказывавшего подвергнуть узника такой пытке, великолепно передано у В.Гюго в его "Человек, который смеется" - "обвиняемого уложили на столе и поместили на него груз, столько, сколько он мог выдержать и даже больше, потому что так велит закон". В Ньюгейтской тюрьме в Лондоне была даже специальная "давильная комната", где производилась подобная пытка. Один из самых известных судебных процессов, где фигурировала такая пытка, было дело "Салемских ведьм". Одного из обвиняемых, Джайлса Кори задавили до смерти 19 сентября 1692 года за то, что он отказался признать правомочность суда. Богатый землевладелец Кори знал, что, если суд признает его виновность, его имущество отойдет короне. Он решил, что, если не признает права суда, его нельзя будет судить и приговорить, и он таким образом сохранит свое имущество. Рассерженный суд приговорил Кори к "строгой и мучительной пытке". Его привезли на салемские поля, распластали на земле и положили сверху большую деревянную доску. На доску стали по одному класть камни. Через некоторое время вес стал столь велик, что у Джайлса вывалился язык изо рта. Шериф Джордж Корвин тростью запихал его обратно. На все вопросы Кори отвечал требованием увеличить груз. На него навалили еще камней, пока его совсем не раздавило. Обвинители сочли такое наказание справедливым. По их утверждению, Джайлс согласился подписать договор с дьяволом после того, как дьявол пообещал ему, что он никогда не попадет на виселицу. Так, что вот один из примеров, как судьи "выдавливали" признание у обреченных. Стоит ли после этого удивляться, что раскрываемость преступлений в Средние Века была близка к 100%?
