Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ЧАСТЬ I. Экспериментальная психология 20 страница




Другое дело, что само понятие активности нуждается либо в определении с ис­пользованием некоторого метаязыка, либо в индуктивной трактовке (через опреде­ление класса объектов, обладающих этим свойством, или иным образом).

Попытку дать иное, отличное от сформулированного в модели фон Врихта, опи­сание поведения, точнее взаимодействия системы с миром (средой), есть в одной из работ автора этой книги [Дружинин В. Н., 1985], но в отличие от предыдущей моде­ли в ней не предусмотрено спонтанное изменение состояний системы и среды. То есть логика построена без использования понятия «состояние».

Еще одно существенное ограничение модели фон Врихта состоит в том, что его логика описывает теоретический план исследования и не связана с уровнем непо­средственной данности. Поясним это замечание. Когда мы наблюдаем действия аген­та в мире, у нас есть возможность зарегистрировать тем или иным способом началь­ное состояние мира, конечное состояние мира, время действия, но мы не можем на­блюдать состояние мира, которое возникло бы при отсутствии действия.

Конечно, можно наблюдать мир в другой момент времени, когда агент отсутству­ет или не действует (например, состояние в квартире, когда детей нет дома), но это будет уже иной период времени. В нашем примере: пожар в квартире может возник­нуть не только из-за шалостей детей со спичками, но и спонтанно — из-за неисправ­ности электропроводки.

Эта проблема является камнем преткновения для историков: изменился бы ход истории, если бы нос Клеопатры был короче?

Тем самым рассуждения фон Врихта относятся к сфере возможного, а не к сфере действительного.

Психологи в своих эмпирических исследованиях вынуждены для преодоления этой трудности либо сравнивать наблюдения разных агентов, полагая среду стабиль­ной и абстрагируясь от неодновременности наблюдения, или же сравнивать дей­ствие агента в разных средах, также абстрагируясь от неодновременности наблюде­ний.

Положение усложняется еще и тем, что сам агент изменяется спонтанно по внут­ренним законам развития.

Для преодоления этих трудностей и создаются психологические эксперимен­тальные планы.

Подводя итоги, отметим, что логика действия фон Врихта нуждается в модифи­кации применительно к задачам естественнонаучного эмпирического исследования в психологии.

Аналоги формального логического языка описания поведения можно встретить в различных психологических работах, и в первую очередь — в исследованиях по психологии мотивации, проводимых на основе теории К. Левина. К их числу отно­сится теория Ж. Ньюттена [Ньюттен Ж., 1975]. Он выделяет систему S, ее окруже­ние (Е или М — множество объектов). В окружении выделяются отдельные объек­ты — т. Все множество объектов делится на 3 подмножества: предпочитаемые, от­вергаемые (здесь же — препятствия) и нейтральные. При этом разделение осуществляется на основе типа отношения системы и объекта R (S, т). Объект никогда непосредственно не дан субъекту (отсюда возникает компенсация объекта в форме продуктов воображения). Поведение же продолжается до тех пор, пока объект не будет достигнут либо отвергнут и не будет восстановлено равновесие субъекта и среды. Тем самым мотивированное поведение рассматривается как на­стойчивый поиск объекта (изменение своего положения среди объектов в мире). При этом такое поведение характеризуется: 1) активной, длительной, избиратель­ной направленностью ? некоторым вектором, направленным от системы к объек­там среды; 2) скаляром, характеризующим уровень активности системы, действую­щей в течение определенного времени.

Для нас важно, что здесь введена неоднородность мира и предусмотрена возмож­ность поведения (в этой концепции — единственная возможность), которое не свя­зано с преобразованием мира, а связано только с изменением своего места в нем (изменением наблюдаемого состояния системы = положению в пространстве и вре­мени). Это поведение можно определить как поисковую активность. Исполнитель­скую часть действия — преобразование мира — модель не рассматривает.

В итоге модель мотивированного поведения считает человека (или особь) изна­чально активной системой.

Итак, можно сделать некоторые выводы. Основными понятиями, которыми опе­рируют создатели различных версий логического описания поведения, являются:

система (агент, субъект и т.д.), среда (мир, окружение, множество объектов и т.д.), действие (операция, поведение, акт и пр.), взаимодействие.

Система признается изначально активной. Базовым понятием являются поня­тия «состояние» и «время».

При разработке новой версии модели для логического описания наблюдаемого поведения человека в среде необходимо:

1. Руководствоваться принципом действительности, т.е. различать наблюдаемые и ненаблюдаемые переменные и их отношения. Строить логику исходя из пер­вичности принципа наблюдаемости.

 

2. Учитывать как изменение состояний мира, так и изменчивость состояний субъек­та (человека, системы и т.д.). Предусматривать описания взаимодействия сис­темы и среды, а не только действия системы на среду.

3. Выделить 2 формы поведения: направленное на среду (исполнительское дей­ствие, преобразование и т.д.) и характеризующееся только сменой простран­ственно-временных состояний системы (локомоции, поисковая активность).

4. Предусмотреть возможность двух вариантов описания поведения: активное це­лесообразное поведение и реактивное поведение. В соответствии с этим опреде­лить два типа объяснения поведения: телеологическое и каузальное. Разумеется, существуют и другие, не рассмотренные здесь описания поведения. Полный обзор существующих моделей не входит в задачу этого исследования.

Мне казалось, что важнее на примерах некоторых моделей показать ограничен­ность существующих подходов, а с другой стороны — их эвристичность. Перевод интуитивных представлений на формальный логический язык позволяет по-новому взглянуть на реальность. Содержательная прибавка в этом случае гораздо больше, чем при переводе научной статьи с английского языка на русский.

1.2. Умозрительные психологические предпосылки

По укоренившейся традиции психологи связывают попытки логи­ческого анализа действия с традицией бихевиоризма и необихевиоризма. Схема «стимул—реакция» ни в коей мере не может претендовать на идентичность с моде­лями взаимодействия системы и среды. Среда в необихевиористской схеме выно­сится за скобки (стимул можно трактовать и как воздействие, и как элемент среды), а система, обладающая психикой, представлена своим внутренним состоянием (или же — психическим состоянием) и внешним проявлением — реакцией, которое само нуждается в расшифровке.

Необихевиористская модель является моделью «каузальной», предусматриваю­щей один вид детерминации событий: прошедшее — настоящее.

Еще Н. А. Бернштейн [Бернштейн Н. А., 1966] отмечал, что в психике формиру­ется две модели мира: первая — «прошедшее—настоящее», вторая — «будущее». В результате поведенческой активности вторая модель преобразуется в первую. Тем самым каузальные и телеологические а) модели психической реальности, б) психи­ческие образы мира и в) модели объяснения поведения — не являются паритетны­ми и просто взаимодополнительными. Телеологическая модель имеет приоритет, яв­ляется первичной.

Центральным для естественнонаучной психологии стал постулат о непосред­ственной ненаблюдаемости психики, поскольку психика всегда понимается как пси­хика, принадлежащая другому, как психика объекта.

Отсюда закономерен вывод: если психика как явление ненаблюдаема прямо, если мы отказываемся от интроспективного метода познания психических явлений и не признаем его объективность, то мы должны найти ему какую-то замену. И мы нахо­дим эту замену в том, что начинаем изучать объективную наблюдаемую реальность:

«...если широко понимать этот принцип — движение, поведение всех обладающих психикой организмов» [Забродин Ю. М., 1982].

Отсюда вся совокупность принципов «советской психологии»: единство созна­ния и деятельности, единство психики и поведения и т.д.

В естественнонаучной психологии психика является объяснительным принци­пом, т.е. психология изучает взаимодействие со средой таких систем, для объясне­ния поведения которых необходимо понятие «психика». Продолжим цитирование рассуждений Ю. М. Забродина: «За всей феноменальной реальностью психологии как опытной экспериментальной науки лежит фундаментальный постулат: если организм действует, т.е. как-то иначе ведет себя, нежели обычное физическое тело, то существует "нечто", что заставляет его действовать иначе — вот это "нечто", что заставляет его действовать иначе, и есть психическая реальность» [Забро­дин Ю. М., 1982, с. 8].

В этом рассуждении поставлена исследовательская проблема и дано ее функци­ональное решение: действие, чем-то отличное от движения косного тела, определя­ет нечто — психика. Попытка ответа на вопрос об отличии движения живого тела (системы, обладающей психикой) от движения косного тела содержится в работе В. В. Давыдова и В. П. Зинченко: «Движение — это свойство мыслящего тела. Значит, наша задача состоит в том, чтобы тщательно исследовать способ действия тако­го тела в отличие от немыслящего. Кардинальное отличие заключено в способности мыслящего тела активно строить траекторию своего движения в пространстве сооб­разно с формой траектории любого другого тела» [Давыдов В. В., Зинченко В. П., 1982, с. 93]. И авторы видят специфику в том, что «для существа, имеющего психи­ку, характерен именно поиск, обладающий внутренней противоречивостью» [Давы­дов В. В., Зинченко В. П., 1982, с. 91]. Человек предвидит будущее, строит образ будущего, который детерминирует настоящее, определяет собой реальное поведе­ние. Специфика человеческого действия в том, что активное движение имеет не только исполнительскую, но также исследовательскую функцию. Более того, отра­жение реальности человеком не пассивно, а активно в том смысле, что человек (и вообще — любая система, обладающая психикой) ведет поиск — совершает дей­ствия, направленные на сбор сведений об окружающей среде. Тем самым активные действия человека — спонтанные изменения его положения в пространстве и вре­мени — не определяются наличием цели (модели будущего) и никак не обусловли­ваются воздействием среды, однако детерминированы психикой. Следовательно, можно выделить как минимум 4 класса поведения:

1) активное исполнительское — определяемое образом будущего;

2) реактивное исполнительское — определяемое воздействием среды (стимулом);

3) спонтанное движение, не обусловленное ни целью, ни средой и являющееся при­знаком имманентным, присущим системам, обладающим психикой;

4) активный поиск объекта, предшествующий исполнительской фазе действия и обусловленный наличием цели.

Разумеется, возможно выделение иных видов поведения, например выделение игрового поведения в самостоятельный класс, поскольку оно не целенаправленно и не определено средой, спонтанно и не направлено на поиск информации. Есть воз­можность редукции одних видов поведения к другим, поэтому часть исследователей рассматривает 2 вида действий — ориентировочные и исполнительские. Именно с ориентировочным действием (или движением) связывают психическую детермина­цию. В начале обучения человеческое движение несет исследовательскую функцию, а не исполнительскую. Исследовательская функция человеческого движения пер­вична (с точки зрения психической детерминации).

Если же исходить из результатов предшествующего анализа логических предпо­сылок естественнонаучного психологического исследования, то можно считать ре­активность или активность поведения не описательными, а объяснительными ха­рактеристиками. Поисковую и исполнительскую активность следует все же рас­сматривать как описательные характеристики поведения: первая не связана с непосредственным взаимодействием со средой, вторая есть одна из сторон этого вза­имодействия.

Определение «психики» в качестве объяснительного принципа, используемого психологом-естественником, позволяет раскрыть причины множественности типов объяснения, на которую указывал еще Ж. Пиаже [Пиаже Ж., I960]. Он видит глав­ную причину множественности форм объяснения в разнообразии «моделей». Но само разнообразие моделей является следствием того, что исследователь имеет воз­можность выбрать любой вариант описания психической реальности и произвол его объективно ничем не ограничен: ведь психика другого — неизвестная величина, не­посредственно или опосредованно (с помощью приборов) состояние психической реальности нельзя зарегистрировать. Любая модель, взятая из объективной реаль­ности: механизм (Ж. Ламетри), телефонная станция (И. Павлов), физическое поле (К. Левин), компьютер (Д. Норманн, Д. Розенблют и др.), априори подходит иссле­дователю в качестве психической реальности. Другое дело, что эффективность объяснения и предсказательская мощность модели определяются объективным сходством предмета моделирования и модели.

Модели психической реальности, применяемые в психологическом исследова­нии, могут быть сколь угодно сложны, но всегда объяснение «есть экстраполяция на сам процесс исследования внутренней логической структуры предмета психологии» [Роговин М С., Залевский Г. В.,1988. С. 43].

Психика как элемент системы, поведение которой регистрируется, всегда берет­ся в некоторых отношениях к системе и среде. В принципе это два основных отно­шения, которые выделил еще И. М. Сеченов [Сеченов И. М., 1952]. Он показал, что психика отражает окружающие организм условия, а поэтому является регулятором движений и действий. Отражательная и регулирующая функции психики являются основными. «Если бы психика не осуществляла функций отражения окружающей среды и регуляции поведения, то она была бы просто ненужной, если бы поведение не включало необходимым образом эти функции, то оно не могло бы быть адекват­ным окружающей среде. Отсюда вытекает необходимость рассмотрения поведен­ческого акта и включенных в него психических процессов как единой системы» [Ло­мов Б. Ф., 1984. С.118].

Выделение особой коммуникативной функции основано на роли общения как формы поведенческой активности людей. Однако эта функция реализуется, как от­метил Б. Ф. Ломов, в ходе обмена знаниями при взаимной регуляции поведения людей [Ломов Б. Ф., 1984, с. 187]. Тем самым она может быть «разделена» на когни­тивную и регулятивную функции психики человека при взаимодействии с другим человеком, хотя при этом разделении теряется специфика общения как процесса взаимодействия двух (минимум) людей.

Итак, психика в естественнонаучном психологическом исследовании является объяснительным принципом, используемым для объяснения особенностей движе­ния (поведения, действия, активности и т.д.) некоторых живых систем, отличаю­щихся от движения систем физических (или же — низших органических).

Психика является неизвестным, и для ее описания применяются модели, взятые из любых других (помимо психологии) областей человеческого знания.

Психолог-естественник изучает психику в ее отношениях с природной средой (отражение), в отношениях с системой (регуляция поведения) и в отношениях с социальной средой — с другим человеком (коммуникация).

Совершенно очевидно, что эвристичность моделей психики определяется инди­видуальной эрудированностью каждого исследователя-психолога в других областях человеческого знания и включением в исследовательскую психологическую дея­тельность специалистов-непсихологов. Адекватность же моделей психики опреде­ляется собственно психологической интуицией авторов модели и их проникновени­ем в специфику психологического метода.

1.3. Структура естественнонаучного психологического исследования

Психолог, исследующий психическую реальность естественнонауч­ным методом, т.е. рассматривающий психику как составную часть объективной ре­альности, вынужден выделять в последней носителя психики. Таким носителем мо­жет быть особь, индивид, контактная группа, социальная общность. Последующее членение объективной реальности осуществляется на основе критерия взаимодей­ствия. Та часть объективной реальности, которая непосредственно взаимодейству­ет с выделенной системой (будем таким образом называть объект, обладающий пси­хикой), определяется как среда, а остальная часть, взаимодействующая с системой опосредованно через среду, обычно не рассматривается. Тем самым исследователь первоначально работает с двумя компонентами: системой и ее средой и отношением между ними. Отношение это определяется как взаимодействие и включает в себя отношения системы к среде и среды к системе. Отношения взаимодействия являют­ся основным материалом для любого психологического анализа [Пономарев Я. А., 1976,1983].

Отношение системы к среде определяется как воздействие, действие, акт, осо­бенности которого детерминируются психической реальностью; воздействия среды на систему имеют внепсихическую детерминацию, исключая случай, когда природа среды тождественна природе системы («субъект—субъектное» взаимодействие — общение).

Своими воздействиями система (будем подразумевать человека) производит из­менения в среде, а среда в системе. Поэтому, во-первых, удобно рассматривать вза­имодействие системы и среды во времени. Как уже отмечено, взаимодействие сво­дится к обмену воздействиями, условно не разделенными во времени. Во-вторых, удобно ввести понятия «состояние системы» и «состояние среды» и рассматривать процесс взаимодействия как последовательное изменение состояний системы и среды.

Тем самым имеем: систему S, среду Е, состояния системы (St1, St2,..., Sin) и состо­яния среды (Еt1, Еt2,..., Еtn). Время условно считается дискретным. Переходы состоя­ний будем обозначать пунктиром, воздействие — стрелками.

Результаты воздействия человека на окружающую среду фиксируются исследо­вателем. Это могут быть продукты деятельности человека, впечатления о нем дру­гих людей, самого исследователя и т.д.

Для удобства рассмотрения процесса обмена воздействиями рассмотрим следу­ющую схему (см. рис. 1.1).

Поскольку мы фиксируем тем или иным способом изменения в среде и в системе, переход системы от состояния в момент t1 к состоянию в момент t3, а среды от состо­яния t1, к состоянию t2 происходит из-за воздействия системы на среду или среды на систему, а не по какой-либо третьей причине. Если эта третья причина существует, то мы должны включить ее источник или в систему, или в среду.

Например, зафиксировав изменение эмоционального состояния человека, мы могли ошибочно приписать его влиянию выполняемого задания. Между тем причи­ной изменения состояния могло быть негативное отношение к экспериментатору. И следовательно, экспериментатор должен быть включен в качестве составного эле­мента в описание экспериментальной среды. Переход системы из состояния St1 в состояние St2 — так же, как и переход Еt1 - - - Еt2 — определяется внутренним са­модвижением системы и среды.

Нетрудно заметить, что рассматривать процесс взаимодействия можно и иначе, а именно взяв за отправную точку состояние системы. Вид графа в этом случае по­казан на рис. 1.2.

Если в первом случае начальная активность приписывается среде, то во втором случае — системе. Заменив стрелку в отношении St3 => Еt3: на символ R, а стрелку в отношении Et2 => St2 на символ S, мы получим классическую бихевиористскую схе­му стимул—реакция: S—R, а включив в схему S—R в качестве составляющей St2, и обозначив ее О, мы получим схему необихевиоризма: S—О—R (стимул—орга­низм—реакция).

Во всех случаях мы останемся в рамках позитивистского описания реальности, поскольку основная догма психологии состоит в том, что воздействие среды на си­стему опосредовано психикой ?, или, по крайней мере, рассматриваются только та­кие воздействия, которые приводят к психическим изменениям. С другой стороны, в изменениях состояния системы, а следовательно и в воздействиях на среду, психо­лога интересует только то, в какой мере эти воздействия детерминированы пси­хикой.

Не будем здесь вдаваться в дискуссию по поводу того, какие существуют отно­шения между средой, системой и психикой, т. е. обсуждать психофизическую и пси­хофизиологическую проблемы в их классических постановках. Ранее было уже ска­зано, что только выделение психики как независимой реальности позволяет гово­рить о психологии как о самостоятельной науке. Поскольку самостоятельная онтология психической реальности — это постулат, на котором основываются все последующие рассуждения о методах ее исследования, постольку в дальнейшем из­ложении этот постулат обсуждаться не будет.

Однако классическая постановка психофизической проблемы может быть пере­формулирована в наших терминах как отношение «среда—психика» (Е —> ?) или иначе — как отношение отражения. Отношение ? —> S (психика—система или пси­хика—организм), рассматриваемое в рамках психофизиологической проблемы, оп­ределим как психорегулятивное.

Такое определение требует особого пояснения. Отношение S —> ? (система— психика) более отвечает классической постановке психофизиологической проблемы, ибо в ее рамках всегда исследовалось (особенно советскими психофизиолога­ми), какие физиологические механизмы ответственны за детерминацию психиче­ской деятельности. Очевидно, такая постановка проблемы является физиологиче­ской, и решать ее должны физиологи (разумеется, с помощью психологов). О чем и писал еще И. М. Сеченов [Сеченов И. М., 1952].

Другая постановка проблемы, фиксированная отношением ? —> S, предполагает, что состояния психики могут «регулировать» — детерминировать состояния систе­мы (организма, человека и т.д.). В этой постановке решение проблемы отводится психологу (при помощи физиолога), ибо психика определяется в качестве главной детерминанты изменения состояний организма.

Отсюда следует интересный вывод, что основными проблемами психологии яв­ляются проблемы психофизическая и психорегулятивная, но никак не психофизио­логическая в ее классической постановке.

Введем еще два типа отношений на выделенных нами компонентах, которые не­обходимы для дальнейшего анализа.

Отношение ? —> E может показаться парадоксальным, если его рассматривать как прямое воздействие психики на состояние среды. Такая точка зрения не удиви­ла бы парапсихолога. В качестве примера подобных воздействий он бы привел ряд явлений от телекинеза до реинкарнации. Но, ограничивая себя классической обще­психологической тематикой, надо признать это отношение нереализуемым. Целе­сообразно зафиксировать его пунктиром, то есть не как воздействие, а как соотно­симое во времени изменение состояний психики и среды ?t2 - - - Еt2.

Если рассмотреть это соотношение в контексте общепсихологических представ­лений, то его наиболее подходящей интерпретацией будет следующая Отношение ?t2 - - - Еt2 выражает соответствие предшествующего состояния психики будуще­му состоянию среды. Это соответствие рассматривается как «опережение отраже­ния» (П. К. Анохин), «цель» (А. Н. Леонтьев), прогноз, антиципация (Б. Ф. Ломов) и т.д. В этом отношении отражается телеологический подход к детерминации: де­терминация активности системы ее целью (образом будущего результата).

На первый взгляд тривиально другое отношение, а именно: отношение (которое сразу обозначим пунктиром, как «мнимое») последовательных состояний психики ?t1 - - - -?t2 оно было бы действительно тривиальным, если бы причины измене­ний состояний психики сводились только к воздействиям среды. Но стоит нам при­знать за психической реальностью свою собственную онтологию и как следствие способность к самодвижению, как сразу возникает проблема, в какой мере измене­ния состояния психики обусловлены ее самодвижением, саморазвитием, а в какой мере — воздействием среды. Тем самым отношение психики ?t1 - - - -Et2 отношение «опе­режающего отражения», имеет иной смысл, так как образ цели определяется (со­гласно приведенной выше точке зрения на природу психического) не только пре­жними воздействиями среды, но и внутренним изменением психики.

И наконец. Справедливости ради следует разделить среду на две составляющие' «внешнюю» среду и «внутреннюю» среду. Для психики «внутренняя» среда — это среда организма, состояние которого отражается в состояниях психики. Обозначим «внутреннюю» среду через е, принадлежащее S (е О S), и рассмотрим отношение е ? ?. Это отношение выражает мотивирующее влияние внутренних состояний организма (голод, жажда, боль, физическое неудобство или комфорт и т.д.) Таким образом, мы постулируем, что среда изменяет состояние системы только опосредованно, а именно через воздействие на психику, которой обладают системы.

В итоге совокупность всех выделенных нами отношений и их реализацию в ходе взаимодействия системы (S), психики (У), среды (Е} можно проиллюстрировать следующим пространственным графом: (рис. 1.3).

Теперь у нас есть основа для анализа и выводов.

Нетрудно заметить (я попытался показать это на рисунке), что изменения пси­хики (?), а, с другой стороны, среды (внешней и внутренней) и системы происходят как бы в разных плоскостях. Плоскость основания нашего многогранника опреде­лим как плоскость наблюдаемых изменений реальности. Изменения, происходящие в плоскости наблюдаемой и непосредственно регистрируемой реальности, дают нам материал для вывода о роли психики в этих изменениях (С. Л. Рубинштейн). Верх­нее ребро нашего многогранника (будем считать, что оно расположено в плоскости, параллельной основанию) конструируется психологом-исследователем, поскольку психическая реальность другого человека ему непосредственно не дана. Более того, в субъективной реальности исследователя его собственная психическая реальность полностью не представлена (феномен бессознательного). Следовательно, отноше­ния и домысливает, конструирует для объяснения дан­ных наблюдения. Вместе с тем, поскольку какая-то часть личной психической ре­альности представлена в его актуальном переживании, он может его выразить в дей­ствии, изменив внешнюю среду (зарисовать, дать словесное описание и т. д.).

Тем самым отношение не менее реально, чем отношения, существу­ющие в «плоскости наблюдаемого». Более того, оно само есть наблюдаемое, если рассматривать его как субъективную реальность исследователя, как содержание ин­троспекции.

Но в ходе эмпирического, «объективистского» исследования выделенные отно­шения необходимо разделить на наблюдаемые и конструируемые. Соответственно к наблюдаемым относятся следующие отношения (для удобства опустим элемент е):

1) 4)

2) 5)

3) 6) и

Таблица 1.2

Виды отношений

Наблюдаемость

Детерминация

А

В

С

D

К ненаблюдаемым, конструируемым, следует отнести качественно различные от­ношения:

1) 4)

2) 5)

3) 6)

Выделенные отношения можно разбить на классы и по другому существенному для нас основанию, точнее по двум основаниям.

Все перечисленные отношения могут принадлежать к отношениям «детермина­ции» и «недетерминационным» отношениям. Примером отношений первого вида является отношение . действие человека изменяет среду — он прибил картину на стене. Отношением второго вида является , или отношение .

При этом отнюдь не отрицается детерминированность предшествующим состоя­нием системы его последующего состояния: существует саморазвитие системы. Но в контексте этих рассуждений процесс саморазвития является фоном, условием, на котором разворачиваются видоизменения: автономные изменения системы под вли­янием психических детерминант. Только в этом смысле и выделяются детерминаци-онные отношения.

Кроме того, можно выделить внешне наблюдаемые и ненаблюдаемые отношения (табл. 1.2).

Нетрудно определить, что отношения компонент, лежащих в плоскости основа­ния, являются отношениями наблюдаемыми, а отношения, соединяющие верхнюю и нижнюю плоскости, являются ненаблюдаемыми. Об отношении у- - - \jf было сказано особо.

 

К числу отношений детерминации относятся отношения:

1)

2)

3)

Два из них являются ненаблюдаемыми (1, 2), и только одно (3) — наблюдаемым. Приведенный пространственный граф можно «читать» с любой вершины: т. е. развертывать детерминированные психикой процессы взаимодействия системы и среды с любой начальной точки.

Таблица 1.3

№ отношения

Детерминация

Наблюдаемость

Интерпретация

1.

Каузальная

Отражение среды (внешней)

2. или

Каузальная

Каузальная

Обратная связь

Отражение внутренней среды

3.

В интроспекции

Изменение состояния психики под влиянием воздействия среды

4.

В интроспекции

Изменение состояния психики в результате самодвижения

5. или

Каузальная

Каузальная

Психическая регуляция поведения или состояния

6.

Телеологическая

«Опережающее отражение»

7.

Каузальная

Наблюдаемое

Воздействие среды

8.

Наблюдаемое

Результат воздействия среды в сочетании с самоизменением

9.

Каузальная

Наблюдаемое

Действие(поведение)системы

10.

Наблюдаемое

Самоизменение среды

11.

Наблюдаемое

Результат действия (поведения) системы в сочетании с самоизменением среды

12.

Наблюдаемое

Самоизменение среды

Но наиболее важными, а точнее наиболее естественно интерпретированными, являются 2 варианта репрезентации процесса взаимодействия системы и среды, которые обсуждались ранее. Речь идет о том, чему приписывать начальную актив­ность: среде, как это делают бихевиористы, или системе, как это сделали Н. А. Бернштейн и П. К. Анохин. В первом случае точкой отсчета мы должны считать состоя­ние и в качестве объяснительной модели детерминации поведения взять каузаль­ную модель вида : среда отражается психикой, а психика изменяет состо­яние организма, выражающееся во внешнем поведении. Во втором случае мы долж­ны в качестве точки отсчета взять состояние психической реальности \у и предположить, что цель и мотив детерминируют поведение, которое приводит к из­менению среды, т. е. мы используем телеологическую модель вида .







Дата добавления: 2015-09-07; просмотров: 100. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.021 сек.) русская версия | украинская версия