Слово на Крещение Господне 99

Процветет и возвеселится пустыня Иорданова, и слава Ливанова дадеся ей, и честь Кармилова, и узрят людие мои славу Господню и Высоту Божию (Ис. 35, 2).

В наше время, когда борьба неверия с Церковью христианскою становится все более и более дерзкою, когда все сверхъестественные явления и откровения смешиваются с обычными мечтаниями человеческими,. и приведенное нами пророчество, без сомнения, показалось бы странным и несбыточным вымыслом. Привыкши все видеть и осязать, современные люди и от этого пророчества потребовали бы какого-нибудь видимого осязательного подтверждения его на опыте. Где, спросили бы они, эта слава Ливанова Церкви, которая у людей мыслящих и образованных не возбуждает даже никакой охоты узнать ее учение, где ее честь Кармилова, когда представители так называемой трезвой, серьезной науки не находят даже слов, чтобы втоптать в грязь служителей Церкви, как поборников тьмы и врагов всяких усовершенствований? Не остается ли и теперь глас ее «гласом вопиющаго в пустыне», неслышным для большинства человечества и принимаемым охотно лишь немногими людьми, которые отказались от общей борьбы за усовершенствование жизни? Мы, говорят они, потому и не следуем вам, что не видим на опыте осуществления никаких обетований и заповедей, о которых вы говорите.

Не будем пока приводить доказательств этим людям, которые, «имея очи видеть, не видят», и спросим их самих, какие они имеют опытные доказательства в пользу благотворного влияния своих мнимонаучных убеждений, полагаемых в основание жизни? На какой великий подвиг склонили они своих последователей? Какие времена счастия возвестили они человечеству или даже хотя бы незначительной группе людей, с ними единомысленных? Прислушаемся к голосам этих порицателей всего сверхъестественного в христианстве и не видящих в нем ничего будто бы такого, что было бы ново для современных людей, ничего истинно полезного, чем они не воспользовались бы для устройства своей жизни. Какое странное разочарование слышится часто в голосах этих людей, презирающих свет, воссиявший чрез явившегося на земле Бога, и столь возвеличивающих естественный свет разума, который упорядочивает все движения природы человеческой по открытым им будто бы несомненным и всеобщим законам! «Ничего не понимаю», «зачем я живу?», «как узнать правильно, чего хочет душа?». вот что говорят иные из героев, выводимых современными нашими писателями (например, М. Горьким, А. Чеховым). «Живи, и больше ничего!», «живи, не подвергая себя никаким думам!», «живи, не противясь движениям природы, чтобы не разрушила тебя сила жизни, действующая по неизменным законам!». вот что говорят другие. Люди нынешнего времени как будто все более хотят бессмертную душу свою и всю жизнь ее свести к движениям и потребностям одного тела, не веря ни совести, ни каким бы то ни было возвышенным движениям в душе, пока не дано будет возможности как бы видеть и ощущать в теле эти невидимые и скрытые движения души. Но ведь не исчезает ли все более и более вместе с этим сомнением в истинности возвышенных движений души всякая радость с земли и не истощается ли на ней все более и более запас жизни?

Мы же, презираемые современными истолкователями смысла и цели жизни на основании мнимоточных данных науки последователи учения Христова, всегда имели и имеем доказательство исполнения пророчеств, представить которое от нас требуют. Ибо, например, страна египтян, поклонявшихся идолам и опиравшихся на мудрых советников и гадателей своих, не превратилась ли потом в цветущий сад духовного подвижничества с бесчисленным сонмом духовных Отцов, каковы Антоний, Пахомий, Макарий Египетский, святой Исидор Пелусиот и др.? И «пустыня Иорданова», впервые услышавшая глас, на призыв которого стеклась вся Иудея и Иерусалим, не «возрадовалась» ли впоследствии, когда в обителях Палестины и Сирии воспитались столь славные и доблестные мужи, как святые Савва Освященный, Иоанн Лествичник, Иоанн Дамаскин и др.? Смотрите и ныне, разве не идут к пустынникам множество людей, исповедуя им, как в пустыне Иоанну, грехи свои? Разве и ныне не стекаются к пастырям Церкви столь многие люди, чтобы узнать от них то, чего не могла уяснить им наука? Разве и все мы ныне не озаряемся светом благодати и не исполняемся духовной радости, слыша Божественные песнопения канонов и других молитв настоящих праздников церковных? Остается ли все это без плода, хотя бы и нечто подобное пустыне, поросшей тернием и крапивой, представляло ранее сердце, наполненное произрастаниями страстей?

Посему и ныне, хотя усилилась борьба дракона, то есть дьявола и ангелов его, с женою, под образом которой изображается в Откровении святого апостола Иоанна Богослова Церковь Христова (Откр. 12), однако «укрепим,. по слову пророка,. руце ослабленныя и колена разслабленныя!» (Ис. 35, 3). Ибо и ныне, хотя уже в столь многих местах воздвигнут «престол сатаны» (Откр. 2, 13), всякий желающий достойно носить имя христианина может сохранить его незапятнанным от скверн мира. Потщимся для сего бодрствовать и чрез покаяние утверждать в себе все «близкое к смерти» (Откр. 3, 2.3), омывая лукавство с душ наших «водою чистительною», дабы путь жизни нашей сделать «путем чистым и святым» (Ис. 35, 8) и дабы не было на нем «стропотнаго» своеволия и «острий» гордости (Ис. 40, 4)! Тогда-то мы исполнимся той духовной радости, о которой говорит пророк, и узрим и в мире, и в жизни человеческой сокрытую для многих славу Господню и величие Бога нашего. Аминь.

99 УЕВ. 1902.