Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Детство и юность.




2.1. Рождение

 

Родился Иван Васильевич из рода Рюриковичей 25 августа 1530 года в селе Коломенском, неподалеку от Москвы в семье царя Василия Ивановича (сына Ивана III и Софьи Палеолог) и его второй жены Елены Васильевны Глинской.

Уже своим появлением на свет будущий царь Иван Грозный был обязан… беззаконию. Василий III после долгого брака с Соломонией Сабуровой развелся, обвинив ее в бесплодии, плетьми сломив ее сопротивление, и насильно постриг в монахини. По церковным законам и тогдашним обычаям разведенному мужу полагалось тоже последовать в монастырь. Но этого не произошло.

Василий III вступил в новый брак. Его избранницей стала красавица Елена Глинская, дочь выходца из Литвы, представителя русско-литовской знати.

Вторая женитьба Василия III состоялась в 1526 году, но только через 4 года родился будущий грозный повелитель всея Руси. Согласно преданию, в этот день – 25 (12) августа 1530 года – на Руси гремели грозы, сверкали молнии, сотрясалась земля, бушевала непогода. Это дало основание одному из юродивых (которых считали наделенными даром пророчества) провозгласить, что родился великий ум, грозный человек. Это был знак судьбы…

Обрадованный отец воздвиг в честь новорожденного церковь Усечения главы Иоанна Крестителя. И это тоже стало суровым предзнаменованием. В русскую историю Иван IV вошел не только как один из крупнейших монархов, но и как невиданный до него вдохновитель «усечения» многих голов.

2.2. Становление характера под влиянием боярского воспитания

 

Василия III, сын Ивана, умер в 1533 г., оставив наследником трехлетнего сына Ивана при регентше – матери Елене. «Остались мы сиротами, – вспоминал Иван, – а мать наша, благочестивая царица Елена, – столь же несчастной вдовой, и оказались словно среди пламени: со всех сторон на нас двинулись войной иноплеменные народы – литовцы, поляки, крымские татары. Нагаи, казанцы…»

Вскоре, пять лет спустя, великий князь потерял и родительницу. Правитель – мальчик, наделенный умом смышленым, насмешливый и ловкий, с ранних лет чувствовал себя сиротой, обделенным вниманием. Окруженный пышностью и раболепием во время церемоний, в повседневной жизни во дворце он тяжело переживал пренебрежение бояр и князей, равнодушие и обиды окружающих. К этому прибавилась ожесточенная борьба за власть боярских группировок Глинских и Бельских, Шуйских и Воронцовых. Позднее, уже в зрелые годы, царь Грозный не мог забыть свои детские невзгоды: «Бывало, мы играем в детские игры, а князь Иван Васильевич Шуйский сидит на лавке, опершись локтем на постель нашего отца и, положив ногу на стул, а на нас не смотрит».

В такой обстановке рос великий князь. Уже в те годы в его характере формируются непривлекательные черты: пугливость и скрытность, мнительность и трусливость, недоверчивость и жестокость. Наблюдая сцены междоусобий и расправ, он и сам, взрослея, входит во вкус – отдает, например своим псарям приказ затравить неугодного ему князя Андрея Шуйского.

Убийства, интриги и насилия, окружавшие его, способствовали развитию в нем подозрительности, мстительности и жестокости. Иван не помнил отца, и уже в восемь лет остался без матери. Первые осознанные впечатления ребёнка, попавшего в такую среду, связаны с совершенным расстройством государства. Вот выдержка из его собственных воспоминаний: «По смерти матери нашей Елены остались мы с братом Георгием круглыми сиротами; никто нам не помогал; осталась нам надежда только на Бога, Пречистую Богородицу, на всех святых и родительское благословение. Было мне в то время восемь лет; подданные наши хотение свое улучили, нашли царство без правителя: об нас, государях своих, заботиться не стали, начали хлопотать только о приобретении богатства и славы, начали враждовать друг с другом. И сколько зла они наделали! Сколько бояр и воевод, доброхотов отца нашего умертвили! Дворы, сёла и имения дядей наших взяли себе и водворились в них! Казну матери нашей перенесли в большую казну, причём неистово пихали ногами ея вещи и спицами кололи; иное и себе побрали…». Такие впечатления развивали в ребёнке чувства одиночества, досады и беспомощности. Мстительность, и злоба как семена, попавшие на благодатную почву мягкой и впечатлительной натуры, вскоре дали всходы. Когда он начал приходить в возраст, был лет двенадцати, то стал, прежде всего, проливать кровь бессловесных, бросая их на землю с высоких теремов, а пестуны позволяли ему это и даже хвалили, уча отрока на свою беду. В результате к 17-ти годам появилась преждевременная зрелость, сопровождающаяся постоянным недовольством, мелочной, нервной раздражительностью. В нём рано развились подозрительность, привычка скрывать свои мысли, недоверие к людям, склонность к лицемерию, свидетельствовавшие об отсутствии родительской заботы и материнской ласки. Рождённый для престола, он вынес из детства жгучую задачу мести своим обидчикам.

Но когда молодой великий князь превратился из ребенка в подростка, а затем в юношу, отношение к нему бояр разительно изменилось. Они как бы осознали, что рано или поздно, но этот мальчик будет править страной и что необходимо заручиться его расположением, чем раньше, тем лучше. Поэтому на смену пренебрежению пришли лесть и потакание малейшим прихотям. Князь Курбский позднее писал, что Ивана «воспитывали великие и гордые бояре на свою и на детей своих беду, стараясь, друг перед другом угождать ему во всяком наслаждении и сладострастии».
Подобное детство могло искалечить психику любого ребенка, и Иван IV не стал исключением. По воспоминаниям современников, в детстве Иван IV был нервным и легко возбудимым, в нем очень рано проявилась жестокость. Тот же Курбский вспоминал, что когда Ивану IV было 12 лет, то он «стал, прежде всего, проливать кровь бессловесных, бросая их на землю с высоких теремов, а пестуны позволяли ему это и даже хвалили, уча отрока на свою беду. Когда начал приближаться к пятнадцатому году, то принялся и за людей: собрал около себя толпу знатной молодежи и начал с нею скакать верхом по улицам и площадям, бить грабить, встречавшихся мужчин и женщин, поистине в самых разбойничьих делах упражнялся, а ласкатели все это хвалили, говоря: «О! Храбр будет этот царь и мужественен!»

« … Он не видел добра и любви от бояр. Они только во время церемоний, на глазах народа, оказывали ему знаки внешнего почтения как великому князю. А в обычной жизни Иван и брат его росли, по словам самого Ивана, как самые убогие люди («яко убожайшая чадь»). Их, своих государей, бояре даже не кормили вовремя, много лет спустя Иван с глубокой обидой вспоминал, что в детстве его порой забывали даже накормить: «Многажды же … ядох не по своей воле», плохо одевали и всячески обижали. Государи играли в комнатах своего отца, а Шуйский, например, разваливался на лавке, положив свою ногу на постель великокняжескую. Это непочтение страшно обижало маленького Ивана, так же, как сердило его открытое хищничество Шуйских, тащивших из дворца всякую «кузнь» (серебро и золото) и «рухлядь» (меха и ткани). Мальчик озлоблялся и, не видя доброго воспитания, сам поддавался дурным чувствам. Он мечтал о мести боярам и уже тринадцати лет успел отмстить одному из Шуйских (князю Андрею Михайловичу): Иван приказал своим псарям схватить его, и псари его убили. В то же время Иван проявлял жестокость и во всех своих играх, муча и калеча животных и людей. Злоба была посеяна в Иване боярским воспитанием, а вместе с нею развилось в нем двуличие и притворство…»

Так же особо сильное негативное воздействие на психику Ивана оказал Великий пожар и Московское восстание в 1547 году.

Несмотря на перечисленные выше малопривлекательные черты характера, Иван IV отличался наблюдательностью и имел великолепную память. Много и охотно читал. Прочитав практически все, что только можно было найти в библиотеке Великого князя. Иван IV познакомился со священной историей, историей церкви, Древнего Рима, русскими летописями. Историк С.Ф. Платонов отмечал, что «во всех своих выступлениях перед духовенством и боярами молодой царь обнаруживал начитанность и умственную развитость: для своего времени это образованнейший человек»

 

2.3. Венчание на царство

 

С молодых лет мечтал Иван Васильевич о неограниченной самодержавной власти.

В 1547 году, когда Ивану IV исполнилось шестнадцать лет, он выразил желание принять царский венец и всю полноту власти. 16 января 1547 года Великий князь Московский Иван IV Васильевич венчался на царство в Успенском соборе Московского Кремля. На него были возложены знаки царского достоинства: крест Животворящего Древа, бармы и шапка Мономаха. После приобщения Святых Тайн Иван Васильевич был помазан миром. Царский титул позволял занять существенно иную позицию в дипломатических сношениях с Западной Европой. Великокняжеский титул переводили как «принц» или даже «великий герцог». Титул же «царь» или совсем не переводили, или переводили как «император». Русский самодержец тем самым вставал вровень с единственным в Европе императором Священной Римской империи. Впервые в России был не только Великий князь, но и царь, единовластный правитель в полном смысле этого слова. С.М. Соловьев писал, что Иван IV был первым царем не только потому, что первым принял царский титул, но и потому, что первым осознал все значение царской власти.

 

 







Дата добавления: 2015-10-12; просмотров: 379. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2021 год . (0.002 сек.) русская версия | украинская версия