Софистика как философское явление эпохи зрелых рабовладельческих демократий

(V–IV вв. до н. э.)

В V в. до н. э. во многих городах Греции на смену политической власти старинной аристократии и тирании пришла власть рабовладельческой демократии. Развитие созданных ею новых выборных учреждений — народного

собрания и суда, игравших большую роль в борьбе клас­сов и партий свободного населения, — породило потреб­ность в обучении людей, владеющих искусством судеб­ного и политического красноречия, умеющих убеждать силой слова. Некоторые из наиболее выдвинувшихся в этой области людей — мастера красноречия, знатоки пра­ва и т. д. — становились учителями политических знаний и риторики. Однако нерасчлененность тогдашнего знания на философскую и специально научные области, а так­же значение, какое в глазах образованных людей при­обрела в V в. до н. э. философия, привели к тому, что эти новые мыслители обычно не только учили полити­ческим знаниям и праву, но и связывали их с общими вопросами философии и мировоззрения. Их стали назы­вать софистами, т. е. мудрецами, учителями мудрости. Впоследствии писатели, отрицавшие демократический строй и его учреждения, перенесли свою вражду и на новых учителей, подготовлявших молодых людей к по­литической и судебной деятельности. Софистами они стали называть тех, кто в своих речах стремился не к выяснению истины, а к доказательству предвзятой, иной раз заведомо ложной точки зрения.

Такая характеристика имела основание в том, что новые учители философии стали доводить до крайности мысль об относительности всякого знания. Говоря слова­ми Ленина, они субъективно применяли всестороннюю, универсальную гибкость понятий, гибкость, доходящую до тождества противоположностей (См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 99). Плохое впечатление на противников демократических новшеств производил также обычай новых учителей брать со своих учеников плату за обучение, в иных случаях очень высокую.

Философское течение софистов неоднородно. Наибо­лее характерен для всех представителей этого течения тезис об относительности всех человеческих понятий, этических норм и оценок. Крупнейший представитель софистики Протагор выразил его следующими словами: «Человек есть мера всех вещей: существующих — в том, что они существуют, и несуществующих — в том, что они не существуют».

Среди софистов различают старшую и младшую группы. К старшей относятся Протагор (481—411 до н. э.), Горгий, Гиппий и Продик. Учение Протагора сло­жилось на основе переработанных в духе релятивизма учений Демокрита, Гераклита, Парменида и Эмпедокла, Протагор был материалистом и признавал текучесть материи и относительность всех восприятий. Он доказывал, что каждому утверждению может быть с равным основанием противопоставлено противоречащее ему ут­верждение.

Пользовалось известностью рассуждение Горгия, ко­торый доказывал, что: 1) ничто не существует; 2) если и есть нечто существующее, то оно непознаваемо; 3) если даже оно познаваемо, то оно невыразимо и неизъяснимо. Софисты старшей группы были знатоками права, Протагор написал законы, определявшие демократиче­ский образ правления в афинской колонии Фурии в Южной Италии, и обосновал идею равенства свободный людей. Гиппий указал в своем определении закона на насильственное принуждение как на условие возможности законодательства. Софисты старшей группы пыта­лись критически исследовать религиозные верования. Сочинение Протагора о богах было публично сожжено и стало поводом к изгнанию философа из Афин. Продик, развивая взгляды Анаксагора и Демокрита, стал толко­вать персонажи религиозных мифов как олицетворение сил природы.

Софисты младшей группы в учениях младших софистов (IV в. до н.э.), о которых сохранились скудные данные, особенно выделяются их этические и социальные идеи. Так, Ликофрон и Алкидам отрицали необходимость классов: Ликофрон доказывал, что знатность — вымысел, а Ал­кидам — что природа никого не создала рабами и что люди рождаются свободными. Фрасимах распространил учение об относительности знаний на социально-этиче­ские нормы и утверждал, что справедливо то, что полез­но сильному, что каждая власть устанавливает законы, полезные для нее самой: демократия — демократиче­ские, аристократия — аристократические и т. д.

Хотя некоторые софисты были крупные мыслители, их релятивизм часто вел к отрицанию познаваемости ве­щей и к субъективизму. В. И. Ленин отмечает, что, на­пример, учение Горгия есть не только релятивизм, но и скептицизм. Поэтому софисты подготавливали не только диалектику, но и беспринципные, порой совершенно нигилистические учения, которые теперь называются со­фистикой.