Значение психоанализа

Психология бессознательного значительно отличалась от психологии сознания. В. Вундт и другие психологи сознания фокусировали свое внимание на нормальном разуме, исследуя его посредством интроспекции и пытаясь создать экспериментальную науку вне традиционных вопросов и теорий философов. Сферы ощущения/восприятия и когнитивной психологии в большой степени определяли эту область, хотя некоторое внимание уделялось и социальной психологии, и психологии развития, и психологии животных. Напротив, психология Фрейда была направлена на аномальный разум и стремилась разоблачить сознание, в том числе и нормальное, как склонную к самообману марионетку, управляемую первичными импульсами, которые она не осмеливается признать. Вместо того чтобы проводить эксперименты, Фрейд исследовал разум методом клинических испытаний, стараясь найти скрытые источники человеческого поведения в бессознательном, примитивных пережитках детства и эволюции.

Характер Фрейда также сильно отличался от характера других немецких основоположников психологии. В. Вундт, его ученики и гештальт-психологи были, при всех своих различиях, продуктом Германии «мандаринов», осторожными и осмотрительными теоретиками и учеными. Фрейд же отверг подход «мандаринов», «презрев различия культуры и цивилизации» (S. Freud, 1930/1961). Фрейд был евреем и атеистом, он гордился своим происхождением и помнил о веках притеснения со стороны «мандаринов». Фрейд создал психоанализ как часть политического вызова, брошенного правителям Австро-Венгрии (W. J. McGrath, 1986; С. Е. Schorske, 1980).

Фрейд хотел стать героем-завоевателем, подобным Моисею, который принес неприятные заповеди неверующему народу. Возможно, под влиянием кокаина, который он регулярно употреблял в конце 1880-х и в 1890-х гг. (F. Crews, 1986), Фрейд так описывал себя своей невесте, Марте Бернес (2 февраля 1886 г.):

«Брейер [возможно, друг и сотрудник] говорил мне, что обнаружил, будто за поверхностной застенчивостью во мне таится чрезвычайно дерзкая и бесстрашная личность. Я всегда так думал, но никому не осмеливался сказать об этом. Я часто чувствовал, что унаследовал все то неповиновение и страстность, с какой наши предки защищали свой храм, и мог бы с радостью пожертвовать своей жизнью за один великий момент в истории» (S. Freud, 1960, р. 202).

Первого февраля 1899 г., в ожидании того, как примут его книгу «Толкование сновидений», Фрейд писал своему близкому другу Вильгельму Флиссу.

Глава 4. Психология бессознательного -| 31

«Я отнюдь не человек науки, я не наблюдатель, не экспериментатор и не мыслитель. По характеру я не кто иной, как конкистадор — авантюрист, если тебе хочется перевести, с любопытством, дерзостью и упорством, присущим людям такого сорта. Обычно такие люди получают признание, лишь когда добиваются успеха, действительно открывают что-то; в других случаях они пропадают в неизвестности. И это, в общем, справедливо» (S. Freud, 1985, p. 398)¹.

Фрейд представил миру, который он намеревался завоевать, психоанализ как революцию. Психоанализ, как он говаривал, наносит третий крупный удар по человеческой самооценке (P. Gay, 1989). Первый удар был нанесен Н. Коперником, когда он продемонстрировал, что люди отнюдь не живут в центре Вселенной. Второй удар был сделан Дарвином, который показал, что люди являются частью природы, как и все остальные животные. Третьим ударом, по заявлению Фрейда, была проведенная им демонстрация того, что человеческое Эго отнюдь не является хозяином в своем собственном доме.