Использования в психолингвистических исследованиях

Вопрос о необходимости экспериментальных исследований в лингвистике впервые по­ставил в 30-х гг. прошедшего столетия Л.В. Щерба*. Им же были разработаны теоретические основы теории лингвистического эксперимента.

Согласно концепции Л.С. Щербы, эксперимент может иметь как положитель­ный, так и отрицательный результат. Отрицательные результаты ука­зывают или на неверность постулированного языкового правила, или на необхо­димость каких-то его ограничений. Приводя в качестве образца примеры правильно и неправильно построенных предложений (Никакой торговли не было в городе. Никакой торговли в городе не было. В городе не было никакой торговли. Никакой торговли не в городе не было.), Л.В. Щерба утверждал, что иссле­дователь должен обращаться с вопросом о правильности или неправильности языкового материала прежде всего к самому носителю языка, не полагаясь только на свою интуицию. Такой естественный экспе­римент спонтанно осуществляется в языковой среде, например, когда ребёнок учится говорить или когда взрослый человек изучает иностранный язык, а также в случаях патологии, когда происходит распад речи (1965).

Л.В. Щербой была предложена структурная схема лингвистического эксперимента: (1) интроспекция, самонаблюдение и (2) постановка собствен­но эксперимента. Он писал о «принципе эксперимента» как о важном моменте, который позволяет глубже проникнуть в понимание речевой деятельности человека. Автор выделял два вида лингвистического эксперимента:

1) положительный, при котором, сделав предположение о смысле то­го или иного слова или о правиле словообразования, следует попро­бовать, можно ли составить ряд фраз, применяя это правило: положительный результат в этом случае подтвердит правильность выдвинутого предположения (так, сделав какое-либо предположение о смысле того или иного слова, той или иной его формы, о том или ином правиле словообра­зования или формообразования, следует попробовать, можно ли связать ряд разнообразных форм, применяя это правило);

2) отрицательный эксперимент, в ходе которого исследователем «создается» заведомо неправильное (с позиции языковой нормы) речевое высказывание, а испытуемый должен найти ошибку и внести соответствующие коррективы.

Выделенный впоследствии Л.С. Щербой третий вид лингвистического эксперимента – альтернативный эксперимент – заключается в том, что испытуемый определяет то­ждество или нетождество предлагаемых ему двух или нескольких фрагментов речевых высказываний (отрезков текста).

Таким образом, лингвистический эксперимент – это эксперимент, исследующий и «раскрывающий» языковое чутье испытуемого путем проверки истинности («верификации) языковых или функционально-речевых моделей. При верификации моделей языковой способности или модели рече­вой деятельности следует говорить о психолингвистическом экспе­рименте. В ряде случаев исследователь оказывается одновремен­но и испытуемым. Такой вариант получил название «мысленный лингвистический эксперимент»*.

Сто­ронники традиционных методов лингвистического анализа выдвинули ряд возражений в отношении использования лингвистического эксперимента, указывая на ограниченные возможности экспериментальных методик (Сахарный Л.В., 1983; Фрумкина Р.М., 1981). Это связано с тем, что в эксперименте создаются заведомо искусственные ситуации, что не характерно для естественного функционирования языка и речи. В спонтанной речи иногда проявляются такие особенности, которые не удается выявить в условиях эксперимента.

В то же время, по мнению известного отечественного психолингвиста Л.В. Сахарного, прин­ципиальные особенности речевой деятельности, выявляемые в экспе­рименте, характерны для нее и в других, не экспе­риментальных ситуациях. Провести четкую грань между типичными и нетипичными, естественными и искусственными ситуациями исследования речевой (языковой) деятельности практически невозможно (Сахарный Л.В., 1983, 1989).