Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Познавательные возможности анкетного вопроса




Вопросы, которые мы задаем себе, другим людям, обществу, пожалуй, нельзя уложить в какие-либо рамки классификации, типологии, систематического ряда. Они настолько разнообразны, умны и противоречивы, риторичны и глубоки, что в одном случае даже не требуют никакого ответа, в другом ставят в тупик опрашиваемого, в третьем вызывают шок и удивление своей па­радоксальностью. Вопросы бывают вечными и философскими, детскими и журналистскими, научными и наивными, программ­ными и анкетными. Да каких только нет! И далеко не все они вызваны нашим любопытством, стремлением узнать новое. Иног­да они вызывают растерянность, желание поставить оппонента в тупик, расставить ловушки, вызвать смущение.

Очень важно проанализировать это разнообразие и определить, что же можно спрашивать в социологическом исследовании, а чего нельзя ни при каких условиях. Это сложное дело — искусство за­давать вопросы. Надо знать, какие именно, кому именно, в ка­ком месте и в какое время. Казалось бы, что может быть проще, чем задать вопрос? Мы задаем их окружающим по нескольку де­сятков в день. Но всегда ли мы получаем правильный ответ? А это уже зависит от того, умеем ли мы правильно задавать вопросы. В повседневной жизни всегда есть возможность переспросить, уточнить, вступить в диалог. Другое дело — опросы населения/ Вопросы уже есть в анкете, и интервьюер обязан прочитать их так, как они записаны, ничего не добавляя и не убавляя. И именно от того, как составлена анкета, как сформулированы в ней вопросы, и даже от того, в каком порядке они заданы, зависит вероятность получить достоверную информацию от опрашиваемых людей2.

Если вас разбирает любопытство, куда движется Россия или почему она не может догнать развитые страны, то задавать подоб­ные вопросы пешеходам на улице либо экспертам, затокам свое­го дела, бессмысленно. На них нет прямого ответа, и никогда не будет: сколько людей, столько и точек зрения. Хотя, несомнен­но, это один из самых социологических вопросов.

Он не по зубам не только эмпирическим методам, но и обще­социологической теории. И подобных вопросов великое множе­ство. Они очень интересны, может быть, интереснее большинства других, но социологу-эмпирику придется от них отказаться.

Даже более конкретные вопросы придется вывести за рамки опросного метода. Если вы решили узнать, какие причины вызы­вают пьянство (коррупцию, проституцию, преступность и т.п.) в современном обществе, то в одном исследовании ответа не полу­чить. Вопрос слишком сложный, а ответ на него давно известен, надо только почитать литературу, обобщить точки зрения и уста­новить список факторов. Сотни, если не тысячи эмпирических исследований проведено в нашей стране за последние 25 лет. Описали, выяснили и установили, кажется, все причины пьянства. Но оно как существовало, так и существует ныне. Спрашивается, за­чем тратить дополнительные средства на исследование, если его практический эффект равен нулю?

Знать, чем завершится исследование, что именно оно поможет выяснить, можно ли применить полученные знания — проблемы не менее важные, чем правильная операционализация понятий, составление инструментария и выборки, в которых видят наиболь­шие трудности большинство начинающих социологов.

При составлении анкет главное внимание обычно уделяют со­держательным аспектам — переводу программных вопросов в тех­нические (анкетные). Не начинать проведение эмпирического исследования лучше с грамотно сформулированного программно­го (исследовательского) вопроса. С чем в наибольшей степени индентифицируют себя наши современники — с обществом, на­цией, семьей? Как формируются незримые колледжи и научные сети коммуникации? Как трудоустраиваются беженцы на новом месте? Подобные вопросы вполне могут стать программными и служить отправной точкой для заманчивого научного путешествия в незнакомый социальный мир.

В отличие от них анкетные вопросы более конкретны, призем­ленные, нацелены на одну черту, процесс, факт, явление. Какие газеты Вы предпочитаете читать? Сколько у Вас детей? Каков был семейный доход в прошлом месяце? Употребляете ли Вы спирт­ные напитки? Имеете ли проездной билет на автобус?

Смело включайте такие вопросы в свою анкету и получите ис­черпывающие ответы, совокупность которых позволит вам опи­сать социальное явление с разных сторон или на различных уров­нях глубины.

Первый совет: вначале четко разведите программный и анкетный вопрос, затем найдите эффективную технологию перевода первого в совокупность вторых.

Заполненные анкеты обрабатываются на компьютере, после чего социолог, применяя методы математической статистики, выявляет корреляцию между различными переменными, устанав­ливает средние, медианные и другие значения, которые свидетель­ствуют о характере тех тенденций, которые в качестве гипотезы предполагались в теоретической части программы социологичес­кого исследования.

Прежде чем перейти к формулировке анкетного вопроса, надо еще раз для себя выяснить, все ли аспекты проблемы охвачены

Или даже не требуют никакого ответа, в другом ставят в тупик опрашиваемого, в третьем вызывают шок и удивление своей па­радоксальностью. Вопросы бывают вечными и философскими, детскими и журналистскими, научными и наивными, программ­ными и анкетными. Да каких только нет! И далеко не все они вызваны нашим любопытством, стремлением узнать новое. Иног­да они вызывают растерянность, желание поставить оппонента в тупик, расставить ловушки, вызвать смущение.

Очень важно проанализировать это разнообразие и определить, что же можно спрашивать в социологическом исследовании, а чего нельзя ни при каких условиях. Это сложное дело — искусство за­давать вопросы. Надо знать, какие именно, кому именно, в ка­ком месте и в какое время. Казалось бы, что может быть проще, чем задать вопрос? Мы задаем их окружающим по нескольку де­сятков в день. Но всегда ли мы получаем правильный ответ? А это уже зависит от того, умеем ли мы правильно задавать вопросы. В повседневной жизни всегда есть возможность переспросить, уточнить, вступить в диалог. Другое дело — опросы населения/ Вопросы уже есть в анкете, и интервьюер обязан прочитать их так, как они записаны, ничего не добавляя и не убавляя. И именно от того, как составлена анкета, как сформулированы в ней вопросы, и даже от того, в каком порядке они заданы, зависит вероятность получить достоверную информацию от опрашиваемых людей2.

Если вас разбирает любопытство, куда движется Россия или почему она не может догнать развитые страны, то задавать подоб­ные вопросы пешеходам на улице либо экспертам, затокам свое­го дела, бессмысленно. На них нет прямого ответа, и никогда не будет: сколько людей, столько и точек зрения. Хотя, несомнен­но, это один из самых социологических вопросов.

Он не по зубам не только эмпирическим методам, но и обще­социологической теории. И подобных вопросов великое множе­ство. Они очень интересны, может быть, интереснее большинства других, но социологу-эмпирику придется от них отказаться.

Даже более конкретные вопросы придется вывести за рамки опросного метода. Если вы решили узнать, какие причины вызы­вают пьянство (коррупцию, проституцию, преступность и т.п.) в современном обществе, то в одном исследовании ответа не полу­чить. Вопрос слишком сложный, а ответ на него давно известен, надо только почитать литературу, обобщить точки зрения и уста­новить список факторов. Сотни, если не тысячи эмпирических исследований проведено в нашей стране за последние 25 лет. Описали, выяснили и установили, кажется, все причины пьянства. Но оно как существовало, так и существует ныне. Спрашивается, за­чем тратить дополнительные средства на исследование, если его практический эффект равен нулю?

Знать, чем завершится исследование, что именно оно поможет выяснить, можно ли применить полученные знания — проблемы не менее важные, чем правильная операционализация понятий, составление инструментария и выборки, в которых видят наиболь­шие трудности большинство начинающих социологов.

При составлении анкет главное внимание обычно уделяют со­держательным аспектам — переводу программных вопросов в тех­нические (анкетные). Не начинать проведение эмпирического исследования лучше с грамотно сформулированного программно­го (исследовательского) вопроса. С чем в наибольшей степени индентифицируют себя наши современники — с обществом, на­цией, семьей? Как формируются незримые колледжи и научные сети коммуникации? Как трудоустраиваются беженцы на новом месте? Подобные вопросы вполне могут стать программными и служить отправной точкой для заманчивого научного путешествия в незнакомый социальный мир.

В отличие от них анкетные вопросы более конкретны, призем­ленные, нацелены на одну черту, процесс, факт, явление. Какие газеты Вы предпочитаете читать? Сколько у Вас детей? Каков был семейный доход в прошлом месяце? Употребляете ли Вы спирт­ные напитки? Имеете ли проездной билет на автобус?

Смело включайте такие вопросы в свою анкету и получите ис­черпывающие ответы, совокупность которых позволит вам опи­сать социальное явление с разных сторон или на различных уров­нях глубины.

Первый совет: вначале четко разведите программный и анкетный вопрос, затем найдите эффективную технологию перевода первого в совокупность вторых.

Заполненные анкеты обрабатываются на компьютере, после чего социолог, применяя методы математической статистики, выявляет корреляцию между различными переменными, устанав­ливает средние, медианные и другие значения, которые свидетель­ствуют о характере тех тенденций, которые в качестве гипотезы предполагались в теоретической части программы социологичес­кого исследования.

Прежде чем перейти к формулировке анкетного вопроса, надо еще раз для себя выяснить, все ли аспекты проблемы охвачены и в то же время нет ли лишних вопросов, кому конкретно адресо­вана анкета. Составьте небольшую таблицу по своему усмотрению и выбору. Она прояснит вам суть дела и поможет в дальнейшем. Это своего рода мини-программа.

После этого можно приступить к следующему этапу — сфор­мулировать вопросы, отшлифовать выражения, установить после­довательность вопросов в анкете. Надо помнить правило: «содер­жание вопроса интересует прежде всего исследователя, а формы, язык, стиль — респондента». Вас интересует уровень осведомлен­ности человека, а ему как раз очень неудобно признаваться в этом. Значит, замаскируйте свое намерение, сформулируйте его в об­текаемом и приемлемом для вашего собеседника виде (например, вместо открытого задайте закрытый вопрос или замените прямой на косвенный).

При конструировании вопросов часто нарушается одно из обя-зательных условий: соответствие формулировки вопроса исследо-вательской задаче. При этом происходит не всегда осознаваемая исследователем подмена информации о знаниях людей данными о том, как они сами их оценивают.

Анкетный вопрос — основной инструмент социолога для по-лучения информации. Хотя вопросно-анкетная, т.е. диалоговая, форма общения привычна и доступна многим, но понимание воп-роса как исследовательского инструмента сталкивается с серьез-ными трудностями. Например, для большинства начинающих характерно преувеличение познавательных возможностей методов опроса. Им кажется, что нет проблем, которые не могут быть ре-шены методом опроса, сюда же относится и тот энтузиазм, с ка-ким заказчики и респонденты «редактируют» социологические анкеты, руководствуясь самыми добрыми побуждениями. Требу-ется не только знание специальной литературы, но и значитель-ный опыт, чтобы понять всю сложность таких проблем.

Социологическая анкета (как и план интервью) — это не про|-сто совокупность, конгломерат вопросов, а определенным образом организованная исследовательская, познавательная ситуация.По-знавательные возможности анкетного вопроса зависят не только от контролируемых факторов, скажем, профессиональной подготов-ки социолога, которую можно повысить, или времени, затрачива-емого на тщательную разработку проекта анкеты, которое можно увеличить. Есть и неконтролируемые факторы, к которым следует отнести обыденное сознание — общая для ученого и обывателя (рес-пондента) сцена, на которой разыгрывается эмпирическое действо.

Анализируя эту проблему, один из самых авторитетных специ-алистов по методике опросов О.М. Маслова, в частности, указывает, что социолог в ряде случаев обращается к практическому обыденному сознанию в поисках таких форм знания, которые не свойственны природе последнего. «Он может пытаться обнару­жить на уровне обыденного сознания некоторые концептуальные представления по поводу предмета опроса (например, концепции жизни), сформированные по аналогии с принципами научного познания, тогда как специфика познания на уровне повседневной деятельности состоит в том, что оно неразрывно связано с огра­ниченным кругом конкретных жизненных ситуаций, а его резуль­таты оформляются не в виде концепций, а в форме «рецептов», советов, суждений, обеспечивающих принятие решений в повто­ряющихся житейских ситуациях. В данном случае познавательная задача, поставленная социологом без учета специфики обыденного сознания, приводит к получению неадекватной информации»3.

Иными словами, хотя сцена у социолога и респондента одна и та же, пьесы, в которых им приходится участвовать на протяже­нии жизни, могут оказаться разными. Одинаковые законы сцены и законы жанра, но разные — режиссеры, жизненный опыт, мес­то его приобретения (высший или низший класс, образованная среда или мир простолюдинов), содержание пьесы.

Проектируя методику опроса, социолог вспоминает все, чему его учили в вузе или чему он научился самостоятельно: требова­ния научного метода, правила составления выборочной совокуп­ности, грамотное составление анкеты и формулировка вопросов. Но всего предугадать он не в силах. Спрашивая респондента, на­пример, о величине семейного бюджета, ученый получает ответы типа «у меня семья есть, а бюджета нет», «из бюджета государство нам деньги не выделяет», «бюджет у меня и моей жены разный» и т.п. Социолог и не предполагал, что столь понятный термин может быть кому-то неизвестным, содержать трудности при его понимании или скрытые ловушки при его операционализации. Но оказывается, исследователь и респондент обитают в разных лиг-вистических вселенных, а смысл слов можно определить только относительно системы координат своей вселенной. В чужой он будет иным. Согласно гипотезе лингвистической относительнос­ти Б. Уорфа, люди, говорящие на разных языках, по-разному пред­ставляют себе объект, обозначаемый словом4.

Познавательные возможности анкетного метода ограничены рамками вселенной. Вполне вероятно, что при переходе в другую вселенную надо менять не только конструкцию инструмента, но и смысл используемых слов. Социологи, изучающие обществен­ное мнение, вообще стоят перед неразрешимой загадкой: что они изучают на самом деле — свое научное отражение в реальном мире людей или действительные напластования объективно существу­ющих стереотипов и предрассудков здравого смысла?

Если объект исследования имеет собственный язык, который организует прилегающее к этому объекту пространство, содержит собственную прагматику и, соответственно, создает собственные модели объяснения мира, то как проникнуть в этот мир ученому, во-первых, не нарушив целостности и самобытности этого мира, во-вторых, сохранив особенности и разрешительную силу научного инструмента, представляющего совсем иной мир, другую вселенную?

Изучая общественное мнение, социолог так до конца никогда и не узнает, направлены ли проводимые исследования на пони­мание феномена, каковым является общественное мнение, или они лишь воспроизводят это мнение? Если под мощным элект­ронным микроскопом, имеющем сорокатысячную разрешающую способность, гибнут данные о координате элементарной частицы, хотя появляется возможность за счет подобной жертвы точно оп­ределить ее импульс, то какова цена научного подвига? Изучая или измеряя чужеродную органику, не разрушаем ли мы ее структуру необратимым образом?

Вполне может оказаться, что исследователь никогда не воспри­нимает изучаемый объект непосредственно, а лишь создает его приблизительную копию, весьма понятную ему, но весьма дале­кую от реального мира и непонятную этому миру. Научная мо­дель в таком случае будет истинной относительно научного мира и научного языка, но ложной относительно другой вселенной — жизни респондентов. Узнает ли себя респондент, взглянув на свое научное, усредненное в процентных долях отображение? Или для понимания самого себя ему вновь, как и при создании портрета, понадобится ученый-толмач?

В учебной и специальной литературе, посвященной методике составления социологических анкет, обобщены, кажется, все све­дения о реакции респондентов на отдельные разновидности фор­мулировок вопросов, суммировано все, что знает мировая наука о методической культуре. Тем не менее всего предусмотреть нельзя.

Большинство методических требований относится к смысло­вым, стилистическим, лексическим характеристикам вопросов, которые обусловлены различиями между языком научного и обы­денного знания. Одно из них касается необходимости учитывать компетентность и информированность респондентов о предмете

опроса. А познавательный потенциал конкретного вида анкетных вопросов? В какой мере он учитывается при разработке инстру­ментария?

Чем руководствуется социолог, выбирая форму вопроса: его эко­номичностью, познавательными возможностями или просто его популярностью? Хотя обычно рекомендуется в ходе пилотажа ста­вить сначала открытые вопросы, а затем на основе полученных от­ветов формулировать альтернативы закрытых вопросов, в жизни социологи ведут себя совсем иначе5. Начать с того, что пилотаж проводится редко. Кроме того, массовый, в большинстве своем неакадемический социолог предпочитает не сочинять, а брать у кого-то готовые вопросы, а они обычно имеют закрытую форму. Социологи гораздо чаще, чем нужно, предпочитают закрытые воп­росы: они экономичнее, легче при обработке, надежнее при интер­претации. По мнению О.М. Масловой, за высокой популярностью закрытых вопросов чаще всего скрыты критерии экономичности и организационной простоты, формулируемые на уровне здравого смысла. Критерии, связанные с качеством информации, учитыва­ются лишь в виде экспертных мнений, основанных на предшеству­ющем опыте и творческой интуиции исследователя6.

В пособиях по методике и технике социологических исследо­ваний приводится множество критериев, помогающих начинаю­щему социологу лучше оценить достоинства и недостатки, напри­мер, закрытых и открытых вопросов. Можно прочитать об орга­низационных, экономических или технических критериях, по которым преимущества закрытых вопросов кажутся очевидными на уровне здравого смысла, не требующими ни эксперименталь­ной проверки, ни особых доказательств. Действительно, кодировка вопросов в процессе опроса, быстрота их машинной обработки, снижение доли неответивших, более простая техника заполнения весьма значимы для социолога, ограниченного плановыми срока­ми, кадровыми и финансовыми ресурсами и т.д. Не случайно ав­торы большинства методических пособий единодушно высказы­ваются в пользу закрытых формулировок7.

Сложнее обстоит дело с оценкой влияния формы вопроса на качество получаемой информации. Здесь нужны методические эксперименты, а они в нашей стране проводятся крайне редко. Методисту необходимо на одной и той же выборке провести два опроса — с открытыми и закрытыми вопросами, сравнить их меж­ду собой, сделать корректные выводы. А чтобы не ошибиться, провести еще несколько экспериментов на других выборках и с другими по содержанию (но не форме) анкетными вопросами и в конечном счете убедиться, что именно форма вопроса, а не воз­раст, пол или образование, равно как и не содержание вопросов, влияют на итоговые результаты. Например, чтобы получить ин­формацию по таким критериям, как соответствие формулировки вопроса и вариантов ответов тезаурусу и структуре сознания оп­рашиваемых, нужно провести пробное исследование. Вопросы, которые предстоит «закрыть», следует давать в открытой форме-это минимальное требование для решения подобной методичес-кой задачи. Для более глубокого обоснования вопроса по этим критериям необходимы специальные социолингвистические и психологические эксперименты. Аналогично проверяется качество вопросов по таким критериям, как соответствие вопроса компе-тентности опрашиваемых, возможностям их запоминания, пред-ставлениям о престиже и т.д.8 Только по соответствию вопроса социально-психологическим и языковым возможностям опраши- ваемых списки критериев качества включают 12—14 позиций.

Выходит дело, социолог, столкнувшийся с расхождениями на- учного и здравого смысла на уровне языка респондента и попытав- шийся преодолеть его при грамотной формулировке анкетных воп-росов, часто становится заложником второго лишь потому, что ему лень, нет времени или возможности провести пилотаж либо мето-дический эксперимент о преимуществах разных форм вопроса. Они выбирает самый легкий и не всегда самый продуктивный путь.

 







Дата добавления: 2015-06-16; просмотров: 277. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2021 год . (0.005 сек.) русская версия | украинская версия