Слайд 2.13

Герменевтическая феноменология

Герменевтика как искусство постиже­ния смысла должна с необходимостью включать в себя научные семиотические, логические и феноменологические методы, т.е. ме­тоды объективного постижения изучаемого явления.

Понимание текста должно опираться на принципиальный анализ языкового сознания в широком культурном контексте, в котором оно формируется и функционирует (Г.Г. Шпет).

________________________________________________

Шпет полагал, что в современной философии проблемы пони­мания и интерпретации излишне психологизируются. По его мне­нию, смысл слова объективен и может быть познан непсихологи­ческими методами. Поэтому герменевтика как искусство постиже­ния смысла должна с необходимостью включать в себя научные семиотические, логические и феноменологические методы, т.е. ме­тоды объективного постижения изучаемого яв ления. Субъектив­ные факторы также должны включаться в исследование текстов под общим названием «условия понимания», но их постижение должно обеспечиваться историческим методом. Созданный текст «живет» самостоятельной жизнью, его смысл уже не зависит от воли автора, он объективируется как вещь в себе и для нас.

Шпет уловил, что герменевтика как самостоятельное философ­ское направление адекватна интерпретационной, диалогичной природе философии. Отвергая односторонность философского сциентизма, он соединяет объективно-рационалистическую пози­цию и интерпретационные приемы философского знания. В ре­зультате возникает синтез герменевтики и феноменологии. Герме­невтика занимается анализом понимания и должна отвечать на во­прос «Как возможно понимание?», т.е. фактически является фило­софией понимания. Феноменология анализирует смысл и методы его образования.

Феноменологическая герменевтика синтезирует оба эти направ­ления в одной философской парадигме. В результате акт понима­ния включает в себя в качестве структурных компонентов разум и объект познания (текст). Понятие текста получает предельно ши­рокую трактовку как знаково-символической информационной сис­темы, включающей обычные носители информации — устную и письменную речь (книги, газеты, письма и т.п.). При таком подходе проблематика языка смыкается с проблематикой сознания, что приводит, по мнению Шпета, к новому понятию «языковое созна­ние». Поскольку тексты суть продукты человеческой деятельности, на которых запечатлено влияние языкового сознания, постольку понимание текста должно опираться на принципиальный анализ языкового сознания в широком культурном контексте, в котором оно формируется и функционирует.