Michael Joung. The Rise of Meritocracy. London, Thames and Hudson, 1958; Penguin Books, 1961

Ft

Это сочинение, написанное в 1793 г., впервые было издано в 1795 г.

Русск. пер., 1909 г.). До Кондорсе Тюрго написал «философскую картину последовательного прогресса человеческого разума».

Отсюда Конт делает вывод о том, что, поскольку нет свободы созна­ния в астрономии, ее не должно быть и в политике.

По сути говоря, теологическая философия даже в период нашего

Первого индивидуального или общественного детства никогда не мог­ла быть безусловно универсальной, то есть самые простые и самые общие факты во всех классах явлений считались, по существу, под­чиняющимися естественным законам, а не приписывались произво­лу сверхъестественных сил. Именитый Адам Смит, например, в своих философских эссе очень удачно заметил, что никогда ни в какой стране не находилось бога силы тяжести. Вообще точно так же обсто­ит дело и с самыми сложными предметами, и со всеми довольно про­стыми и известными явлениями, как бы ни должна была непосредст­венно поражать наименее подготовленного наблюдателя совершенная неизменность их фактических отношений» (Cours de philosophie positive, IV, p. 365).

9 1

Несмотря на неизбежную и постоянную взаимозависимость разных составляющих эволюции нашего общества, согласно уже выявлен­ным принципам, надлежит также, чтобы в их обоюдных постоянных реакциях стихийно преобладал один из всеобщих порядков, так чтобы по обыкновению этот порядок сообщал всем другим необходимый первоначальный импульс, хотя и сам он в свою очередь должен в дальнейшем в результате их эволюции получать новое развитие. До­статочно здесь непосредственно распознать преобладающую состав­ляющую — и размышление над ней должно будет направлять наше динамичное изложение — и не заниматься специальной субордина­цией других составляющих по отношению к ней или между собой — субординацией, которая четко проявится позднее в ходе спонтанного выполнения нашей работы. Итак, сведенная к этой задаче, детерми­нация не будет представлять никакой серьезной трудности, так как достаточно вычленить социальный элемент, развитие которого можно лучше всего представить, абстрагируясь от развития всех других эле­ментов, несмотря на их обязательную всеобщую связь; а такая связь будет неизбежно воспроизводиться в ходе непосредственного рас­смотрения развития этих элементов. Этот вдвойне решающий при­знак без колебаний сделают основным направлением интеллектуаль­ной эволюции как непременно пребладающий принцип эволюции человечества. Если интеллектуальная точка зрения, как я ее изложил

В предшествующей главе, должна преобладать в простом статическом исследовании общественного организма в узком смысле, то тем более она должна господствовать при непосредственном изучении развития обществ в целом. Хотя нашему слабому разуму, конечно, нужны пер­вичные побуждения и непрерывное стимулирование, сообщаемые ему аппетитом, страстями и ощущениями, все же прогресс человече­ства не мог не осуществляться под непосредственным руководством разума... Поэтому во все времена, начиная с первого взлета фило­софского гения, более или менее отчетливо, но всегда неопровержи­мо признавалось, что история общества определяется главным обра­зом историей человеческого разума» (Cours de philosophie positive, IV, p. 340 ~ 342).

Так, в «Слове о позитивном духе» Конт пишет: «Политеизм приспо­сабливался главным образом к системе завоеваний периода антично­сти, а монотеизм — к оборонительной организации Средних веков. Все более и более способствуя превалированию индустриальной жиз­ни, современное общество должно, таким образом, весьма содейство­вать великой.ментальной революции, которая сегодня решительно поднимает наш разум и перемещает его из теологического в позитив­ное состояние. Эта активная, повседневная тенденция, направленная на практическое улучшение условий жизни людей, неизбежно мало совместима с религиозными заботами, всегда связанными с совсем иной целью, особенно в условиях монотеизма. А кроме того, такая ак­тивность должна естественно вызывать в конце концов сопротивле­ние, не только радикальное, но и спонтанное со стороны всякой тео­логической философии» (Éd. 10/18. Paris, Union Générale d'Éditions, 1963, p. 62-63).