Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава 9. Впервые за все время, проведенное вместе, Урд не приготовила ему горячий завтрак




 

Впервые за все время, проведенное вместе, Урд не приготовила ему горячий завтрак. Она еще спала, и ее лицо казалось бледным от усталости. Не став будить ее, Тор осторожно вытащил руку из-под головы женщины и на цыпочках вышел из комнаты.

Наскоро перекусив, он направился в кузницу. Почему-то Тору было очень холодно, даже холоднее, чем в тот памятный день в горах, а когда он взял в руки молот, инструмент показался ему намного тяжелее, чем раньше.

Возможно, это объяснялось тем, что постепенно Тор становился обычным человеком. По крайней мере, мысль об этом не приводила его в ужас.

С другой стороны, он, вероятно, просто устал. Этим утром Тор не собирался снова ложиться спать и устроился в кровати, притворившись спящим, чтобы избежать неприятного разговора с Урд. Тем не менее он все-таки провалился в беспокойный сон, лишивший его сил.

Сейчас, раздув меха, Тор приготовил горн и взял свой боевой молот, намереваясь наконец доковать его. Опустив оружие в горн, он следил за тем, чтобы металл стал желтым и его можно было спокойно ковать, не опасаясь испортить работу. Затем он потянулся за щипцами и, стиснув ими молот, опустил его на наковальню. Каждый удар стоил все больших усилий, чем предыдущий, но Тор не останавливался. Во все стороны летели искры.

Возможно, все пойдет насмарку, но пот и боль в мышцах позволяли ему чувствовать себя живым.

Подождав, пока сталь остынет, Тор стал греть ее снова: Хенсвиг говорил, что хороший кузнец делает так два-три раза, прежде чем начать ковку. Потом металл нужно было прокалить — греть его раз шесть-семь докрасна, — а после этого выложить изделие на горячий песок.

Вот только молот не остывал, с каждым ударом он, наоборот, становился все горячее, и руны, выбитые на бойке и рукояти, вдруг вспыхнули, словно зажегшись от какого-то внутреннего пламени — не огня горна, а пыла нижних слоев царства Хель, наполненного страшными чужеродными существами…

В какой-то момент молот начал вибрировать. Казалось, что он запел странную песню; с каждым ударом ее звуки становились все громче, к ней примешивались чьи-то голоса, голоса тех, кому Мьелльнир принес смерть. И таких было много.

Песня гремела у Тора в ушах, но он знал, что он единственный, кто слышит ее.

Мьелльнир… От этого слова чужие мысли в его голове стали громче, словно кто-то поселился там и теперь пытался нашептывать ему что-то. Шепот был частью самой сущности Тора и в то же время чем-то инородным, чуждым его сознанию, и от него исходила какая-то угроза.

Мышцы болели все сильнее, но боль дарила наслаждение, и даже усилия, которые Тор затрачивал на то, чтобы поднять кузнечный молот, вызывали радость.

— Вот смотрю я на тебя и думаю, что не стоило посылать столько людей в горы, чтобы построить крепость.

В последний раз опустив молот на Мьелльнир, Тор отшатнулся от искр и, сняв свое изделие с наковальни, бросил его в горн на тлеющие угли. Это уже был не просто кусок металла, а сам Мьелльнир, настоящий молот Тора. За мгновение белый цвет стали сменился желтым, а затем ярко-красным, и только руны светились оранжевым, но потом и они померкли.

Запыхавшись, Тор повернулся к Бьерну. Видимо, ярл уже давно стоял тут, наблюдая за его работой.

— Возможно, ты бы закончил строительство за одну ночь. Если бы тебя перед этим разозлили, конечно. — Бьерн улыбнулся, но было видно, что на душе у него неспокойно.

— Все зависело бы от того, сколько эта ночь продлилась бы, — в тон ему ответил Тор. — И почему ты думаешь, что я злюсь?

— Я думаю? — Ярл покачал головой и, оттолкнувшись от стены кузницы, подошел к горну. — Вовсе нет. Впрочем, твой молот выдержал эти исполненные ярости удары. — Он протянул руку к раскаленной стали, но жар опалил ему кожу, и он тут же отдернул ее.

Тор промолчал, холодно улыбнувшись.

— Думаю, ты уже понял, что сегодня мы не поедем в горы. — Бьерн решил отказаться от напускного дружелюбия.

— Да, ведь у тебя гости… Но ты ведь пришел сюда не для того, чтобы сказать мне об этом, верно?

— Верно. Появились… кое-какие новости.

— Сигислинда привезла тебе плохую весть, — предположил Тор.

Ярл промолчал, что само по себе было ответом. Да и когда в прошлый раз новости были хорошими?

Они направились в дом. В камине горел огонь, а где-то на втором этаже убиралась Урд. Видимо, она услышала их голоса и спустилась по лестнице, когда они уселись за стол.

— Урд! — Встав, ярл обнял ее и смерил долгим взглядом с головы до ног. — Не думал, что когда-то скажу это, но ты стала еще краше. Наверное, правду говорят, что женщины расцветают, когда ждут ребенка.

Тор удивленно повернулся к нему, но Бьерн лишь виновато пожал плечами.

— Знаешь, моя жена тоже женщина. И она у меня большая сплетница. Нужно только предупредить ее, чтобы она держала язык за зубами, и уже через час о твоей тайне будет знать вся долина.

Урд с упреком посмотрела на Тора, но ярл примирительно поднял руки.

— Мы рады любой новой жизни, подаренной нам богами, в особенности если родители будущего ребенка — наши друзья. — Он подмигнул Тору, смешно наморщив лоб. — Или ты не рад?

— Ну что ты! — поспешно возразил Тор. — Я просто… — Он попытался подобрать нужные слова, но тут и сам понял, что не знает, почему так удивился. — Я просто думал, что, кроме меня, об этом никто не знает.

— Отец, как правило, узнает последним. — Во взгляде Бьерна промелькнуло злорадство. — Так часто бывает, друг мой. Если не всегда. — И он рассмеялся.

— Тор знал об этом, — отмахнулась Урд. — Правда, это не такая уж и большая тайна. Через пару недель все равно любой это увидит.

— А дети знают? — поинтересовался Тор. — Я не хотел бы, чтобы они узнали эту новость от соседей во время разговора на рынке.

— Я еще ничего им не говорила. — Она устало провела ладонью по лицу и собралась что-то сказать, но передумала.

Выйдя из комнаты, Урд вскоре вернулась с деревянным подносом с хлебом, сушеными фруктами и тремя кружками. Усевшись и предложив Бьерну еду и напиток, женщина заставила себя улыбнуться.

— Ты ведь пришел сюда не для того, чтобы поздравить нас, не так ли? — предположила она.

— Да. — Лицо ярла вновь приняло озабоченное выражение. — И, боюсь, Тор был прав. Новости не самые лучшие.

— Что произошло?

— То, чего мы и ожидали. Только все намного хуже.

— Что именно? — не поняла Урд.

— В Эзенгарде много беженцев. Зима еще не кончилась, и сейчас отправляться в путь — значит пойти на самоубийство. Но многие решились на это. — Взяв с подноса сушеное яблоко, ярл впился в него зубами. — И не всем удалось добраться.

— Что ты хочешь сказать?

— Сигислинда видела по дороге трупы, — ответил Бьерн. — Много трупов. Люди спасаются бегством, и их очень много. От чего бы они ни бежали, это, вероятно, пугает их больше буранов и волков.

— Вероятно? Разве Сигислинда не поговорила с ними?

— Женщина была одна, а новости, которые она везла мне, казались ей слишком важными, чтобы подвергать себя опасности и вступать в разговоры с незнакомыми людьми.

— Значит, никто не показал беженцам путь в Мидгард?

Бьерн грустно покачал головой.

— Мы не можем вмешиваться, пока не выясним, что там происходит. — Его голос был полон решимости. — Мне очень жаль, Урд. Я знаю, что там, за горной грядой, умирают люди. Но если сейчас мы допустим хоть одну ошибку, то погибнут и жители долины. Возможно, нам всем предстоит умереть.

— Но ведь нам вы помогли. — Урд покосилась на Тора, будто ища у него поддержки. — Если бы не вы, нас бы уже не было в живых.

— Тогда… ситуация была другой. — Бьерн смущенно закашлялся.

— Почему?

— Потому что Бьерн и его люди сначала не собирались помогать нам. Они хотели нас убить, — ответил за ярла Тор, видя, что разговор причиняет Бьерну все больше неудобств. — Они искали тех, кто убил семью Эндре.

— Но они все равно спасли нас, — настаивала Урд. — Мы же не можем просто сидеть и ничего не делать, пока там умирают люди! Что же это за женщина такая, которая бросает других в беде?! А еще говорит, что она твоя подруга!

— Сигислинда не воительница, Урд, — спокойно ответил ярл. — Именно поэтому я пришел сюда. Я знаю, ты предпочла бы, чтобы твой муж остался с тобой, но…

— Ты хочешь, чтобы Тор прошел вместе с вами по Пути Богов и посмотрел, что там творится, да? — перебила его Урд.

— Я собираю отряд, который выйдет за Путь Богов. Его возглавит Свериг, но мне будет спокойнее, если Тор тоже отправится с ними.

— Почему? — недоверчиво осведомилась она.

— Ты же знаешь, Свериг иногда выходит из себя и может наломать дров.

— И теперь ты хочешь позаботиться о том, чтобы они с Тором стали лучшими друзьями?

— Мне бы это не удалось. — Бьерн вздохнул. — Но тебе известны привычки Сверига. Я не хочу, чтобы он кому-то там объявил войну только потому, что ему не понравился чей-то цвет волос.

— Но ты просишь Тора пойти туда не только поэтому, так ведь?

Ярл промолчал.

— Все дело в Сигислинде, — мрачно протянула Урд, переглянувшись с Тором. — Что она тебе о нас рассказала?

— Ничего, — неуверенно произнес Бьерн. Он никогда не умел убедительно лгать. — Она просила передать вам ее извинения. В первую очередь тебе, Урд. Вообще-то, она очень приветливая женщина, но новость о смерти Хенсвига и Свентье поразила ее в самое сердце.

— И поэтому она настаивает на том, чтобы Тор отправился за Путь Богов вместе с вами? — вскипела Урд. — Ты же сам сказал, что там еще царит зима. Никто не отважится выйти за горную гряду и…

— Раз Сигислинда дошла сюда из Эзенгарда, все не так уж плохо, — вмешался Тор. — Конечно же, я пойду с вами.

Бьерн с благодарностью кивнул, а вот Урд совсем вышла из себя. Она хотела что-то сказать, но потом передумала и вышла из комнаты, гордо вздернув подбородок.

— Извини, — виновато протянул Тор. — Я не хотел, чтобы…

— Ничего, — перебил его ярл. — Женщины в таком положении часто бывают вспыльчивы. Тебе придется привыкнуть к этому. Боюсь, скоро ее перепады настроения станут совсем невыносимыми.

— Да, — вздохнул Тор. — Я тоже этого боюсь.

Прошло еще полдня, прежде чем они отправились в путь. В отряд вошли Свериг, Тор и еще двое мужчин. Эти воины посматривали на Тора с недоверием и невольным уважением, и он попытался завести с ними разговор, но ему удалось выяснить лишь их имена. Грендер и Тьерг явно были друзьями Сверига — если у того вообще могли быть друзья. В сущности, Тор мог себе представить, что он им наговорил.

Отряд решил остановиться на ночлег в башне у горной гряды, и Тор вызвался стоять на часах вторым. Он знал, что ему требовалось меньше сна, чем всем остальным, да и ни с кем не хотелось говорить, поэтому лучше было сразу лечь спать. К тому же, если дежурить вторым, можно не будить Сверига, отстояв на часах вместо него, и потом сразу отправиться в путь.

Впрочем, даже отведенное ему время Тору поспать не удалось. Съев отвратительный походный паек, он завернулся в накидку и подремал часа два, а потом пошел сменить Грейдера.

Седовласый воин заснул на своем посту и вскинулся, когда Тор вышел на полуразрушенную крышу и снег захрустел под его ногами. Тор сделал вид, будто ничего не заметил, и Грендер с благодарностью принял предложение сменить его на посту. Кивнув, воин ушел, а Тор, дождавшись, пока его шаги отзвучат на лестнице, подыскал себе местечко на крыше, откуда можно было видеть большую часть долины, не стоя на ветру. Возможно, в этом даже не было необходимости. Тор знал, что почувствует опасность еще до того, как что-то успеет разглядеть, будь то днем или ночью, в снежной метели или под ясным небом.

Теперь, выйдя из долины, он заметил, как обострились все его чувства и ясность восприятия окружающего мира стала возрастать с каждой минутой. На пути в башню Тор не обращал на это внимания — было не до того, но теперь ощущение уверенности крепло. Несмотря на тяготы перехода, холод, усталость и неприятные воспоминания, оставшиеся от прошлого визита сюда, Тор чувствовал себя намного лучше, чем прежде. Казалось, что он постепенно просыпается, выходит из дремы, а до этого, сам не зная того, бродил, словно лунатик, и его чувства все больше притуплялись. Сейчас они еще не такие, как прежде, но былые способности уже начали возвращаться, и Тор вдруг понял, насколько плохо ему было в последние месяцы. Там, в долине, он словно был заперт в клетке и даже дышал с трудом.

Некоторое время Тор просто сидел на месте, поигрывая молотом. Другого оружия он в дорогу не взял. Довольно тяжелый молот казался ему легким, словно пушинка. Оружие было прекрасно сбалансировано, и Тору подумалось, что этот молот существовал уже давно и принадлежал ему и раньше, а если не ему, то другому воину, такому же, как и он, исполненному сил и решимости. Молот словно жил своей жизнью, и, хотя сейчас оружие спало, еще не готовое к пробуждению, Тор уже ощущал в нем силу и слышал, как молот поет свою песню, песню о власти…

— Будь мы сейчас на войне, такое поведение стоило бы тебе жизни, Тор. По закону полагается вздернуть любого, кто заснул на посту.

Медленно повернувшись, Тор посмотрел в глаза Сверигу. Помощник ярла поигрывал своим боевым топором, растянув губы в насмешливой ухмылке.

— А если бы ты действительно был непобедимым воином, как о тебе говорят, то мне вряд ли удалось бы подкрасться к тебе. Интересно, что скажет Бьерн, когда я доложу ему об этом?

— Будь мы сейчас на войне, — ответил Тор, подбрасывая в руке молот, — то Бьерн ничего не узнал бы об этом. Враг не смог бы подобраться ко мне так близко.

Ладонь Сверига сжалась на рукояти топора.

— А откуда ты знал, что это я? Вдруг враг попытался бы подкрасться к тебе сзади и убить? — высокомерно спросил он.

— Ты споткнулся на третьей ступеньке. Прежде чем подняться на крышу, ты остановился на предпоследней ступеньке и снял с плеча топор. Ты носишь его на правом плече и потому припадаешь на правую ногу А когда ты открыл дверь на крышу, лезвие топора задело стену.

Свериг изумленно уставился на него, и на мгновение в его глазах вспыхнула ярость, а потом что-то еще, о чем Тор предпочел не думать. И, конечно же, он не стал говорить Сверигу о том, что чует врага на расстоянии выстрела.

— У тебя хороший слух, — наконец нашелся помощник ярла.

Переступив с ноги на ногу, Свериг прислонил топор к стене и, прячась от ветра, поплотнее завернулся в накидку. Затем он присел рядом с Тором.

Top подумал, не подвинуться ли ему, чтобы Сверигу было удобнее, но решил не делать этого. Воин мог воспринять это движение как попытку унизить его. Да, люди действительно сложные создания, а Свериг тем более.

— Мое время дежурства уже давно началось, — помолчав, заметил Свериг. — Почему ты меня не разбудил?

— Для этого мне пришлось бы покинуть мой пост. — Тор улыбнулся. — А за это на войне карают смертью, так ведь?

— Да, на войне.

— А мы на войне?

— Не знаю, с кем нам воевать, — ответил Свериг, смерив Тора странным взглядом. — Но, возможно, нам действительно предстоит война.

— Ага.

Свериг еще плотнее запахнул накидку. Он уже дрожал от холода, хотя пробыл на крыше всего пару минут.

— Бьерн не хочет в это верить, — продолжил он. — Но война уже идет. И началась она давно, с тех пор как я себя помню, а может быть, и раньше.

Тор не стал выспрашивать подробности. Возможно, причиной сентиментального настроения Сверига была снежная равнина. Сейчас воин вел себя иначе, чем обычно, хотя Тор и не мог объяснить, в чем это проявляется. Словно стена, которой Свериг отгораживался от мира, покрылась трещинами.

— Ты думаешь, что ты мне не нравишься, Тор, — помолчав, продолжил он. — Ты думаешь, что я не доверяю тебе и ненавижу тебя.

— А что, это не так?

— Ненавижу ли я тебя? — Свериг поднес руки ко рту, отогревая пальцы своим дыханием. — Я же, в сущности, так и не познакомился с тобой. Я ничего о тебе не знаю. За что мне тебя ненавидеть? Но я не доверяю тебе, это правда. И ты мне не нравишься.

— Почему?

— Я никому не доверяю. И мне никто не нравится. Так что не принимай это на свой счет. — Воин улыбнулся, но от холода его лицо застыло, так что улыбка превратилась в гримасу. — Может, я и сам себе не нравлюсь.

— А я уж было подумал, что у нас нет ничего общего.

В ответ Свериг снова улыбнулся, удивив Тора в очередной раз.

— Я сам себе не доверяю, — добавил он. — И это хорошо. Моя задача состоит в том, чтобы защищать долину и ее жителей. Кстати, в том числе и тебя, и твою семью.

Тор уже открыл рот, собираясь ответить, но потом передумал и только смерил Сверига долгим взглядом. «Твою семью». Эти слова прозвучали странно, тем более что их произнес Свериг, человек, с которым у Тора сложились самые плохие отношения. Конечно, Тор не назвал бы его врагом, но друзьями им никогда не стать. Он еще раз мысленно произнес эти слова, с той же интонацией, что и Свериг: «Твою семью…» Сейчас они приобрели для Тора совсем другое значение. За эту зиму он привык воспринимать Урд и ее детей как свою семью, заботился о них, нес за них ответственность, словно так было всегда. С другой стороны, он ведь помнил лишь небольшой отрезок своей жизни, и все это время Урд была рядом. Но осознал это Тор только сейчас, в этом холодном, неприветливом месте, в обществе человека, который явно не являлся его другом. Если раньше Тор вел себя так по отношению к Урд и ее детям то ли по привычке, то ли повинуясь общественным условностям, то теперь он понял, что так все и должно быть. Он делил свою жизнь с Урд, и теперь эта женщина станет матерью его ребенка. До сих пор Тор не задавался вопросом о том, готов ли он к этому, но теперь знал, что это так. Он готов к рождению сына и, как только они вернутся в долину, скажет об этом Урд. И тогда…

Что-то холодное, чужеродное шевельнулось на окраинах его сознания, как будто Тор вошел ночью в пустой дом и услышал где-то скрип половицы. Он резко выпрямился, и от этого неожиданного движения Свериг вздрогнул, опустив ладонь на рукоять оружия. Впрочем, пока что ничего необычного вокруг не происходило. Землю окутывали серые сумерки, слышалось завывание ветра. Копошение в сознании утихло. Может быть, Тору только показалось. Свериг вытащил руку из-под накидки и, расслабившись, удивленно повернулся к Тору.

— Ничего. Мне показалось, что я уловил какие-то звуки, но я, должно быть, ошибся.

Возможно, он слышал песню Мьелльнира, к которой еще не успел привыкнуть.

— Нет, ты и вправду кое-что услышал. Тишину. Ты не первый, кто реагирует на нее подобным образом. — Свериг обвел рукой равнину, залитую полумраком, и Тору подумалось, что воин дрожит вовсе не от холода. — Тут можно услышать звуки великой пустоши. Не каждый может справиться с этим. Раньше часовых оставляли в этих сторожевых башнях на месяц, а потом они сменялись, но не все это выдерживали. Некоторые сходили с ума. С тех пор мы меняем часовых каждую неделю… вернее, меняли, пока эта башня охранялась постоянно.

Тору показалось, что Свериг ожидает от него какой-то реакции на эти рассуждения, но не знал, что должен говорить. Встав, он обошел полуразрушенную площадку на крыше и внимательно всмотрелся в сумерки. Мир застыл в том мгновении, когда предутренний полумрак обманывает взор и видимость становится даже хуже, чем ночью. Вот только тут полумрак не рассеивался под яркими солнечными лучами — пройдет еще несколько дней, прежде чем станет светлее.

Что-то опять потянуло за невидимые ниточки на краю его сознания, но на сей раз Тор был готов к этому и не стал удивляться. Впрочем, он даже не был уверен в том, что эти ощущения реальны. Вероятно, все дело в этих сумерках, времени перехода от ночи ко дню, когда порождения снов пытаются прорваться в реальность.

Возможно, Тор не настолько хорошо держал себя в руках, как он рассчитывал, или же Свериг был достаточно наблюдателен, чтобы заметить, что с его спутником происходит что-то неладное. Недоверчивость в его взгляде усилилась.

— Жаль, что никто не знает, кто и зачем построил эти башни, — сказал Тор, решив перевести разговор на другую тему до того, как Свериг начнет задавать лишние вопросы. — Хотел бы я знать, кто это сделал.

— Наверное, народ, живший тут до нас. — Воин пожал плечами. — Они исчезли уже давно, и от них не осталось даже легенд. Может, они даже не были людьми.

Тор уже открыл рот, собираясь сказать, что в пустоши, где почти никто не живет, вряд ли останутся какие-то легенды, но передумал.

— Почему ты так считаешь?

— Из-за лестницы. Ты заметил, что ступеньки слишком высокие и что по ним неудобно подниматься? Зачем строить столь непрактичное сооружение?

Объяснений этому можно было придумать множество, и каждое из них казалось бы более правдоподобным, чем версия о том, что прежние жители этой долины не были людьми, но Тор не стал возражать и только пожал плечами.

— А может, тут жили великаны, — многозначительно кивнув, произнес Свериг.

— Да, конечно. Вот только чем им помог их рост? Нет больше никаких великанов…

Он мог бы рассказать Сверигу, кто и зачем построил эти сторожевые башни и куда делись их создатели. Это знание просто выплыло из глубин его памяти, но еще ускользало от восприятия, так что Тор не мог ухватиться за эту мысль, не говоря уже о том, чтобы выразить ее словами.

— Так устроено время, — продолжал разглагольствовать Свериг. — Может, перед этим народом тут проживал другой, а перед ним — еще какой-то… И после нас тут поселится кто-то… Меня, честно говоря, это утешает. Даже если нас не станет, наше место займут другие, и, возможно, им повезет больше.

— Если ты в это веришь, зачем тебе продолжать борьбу? — поинтересовался Тор.

— Такова моя задача. К тому же люди устроены так, что не станут безропотно покоряться судьбе.

— Некоторые станут.

И если подумать, то таких большинство…

— Таких и спасать не стоит, — отрезал Свериг.

Тор ничего не ответил, но теперь его отношение к Сверигу немного изменилось. Серая равнина влияла и на него самого, и Тор вовсе не был уверен, что эти перемены к лучшему.

— Я хотел бы доверять тебе, Тор, — помолчав, продолжил Свериг. — Правда, хотел бы. И я пытаюсь это делать. Но не могу.

— Тогда зачем ты говоришь мне об этом? — удивился Тор.

— Мое недоверие вовсе не означает, что я должен лгать тебе, верно? Возможно, мне хочется переубедить себя в том, что я неправ по отношению к тебе, понимаешь? До сих пор ты не сделал ничего такого, что дало бы повод подозревать тебя в сокрытии какой-то тайны. Ты многим помог в этой долине, некоторые даже обязаны тебе своей жизнью. Разум подсказывает мне, что я ошибаюсь относительно тебя. Бьерн тоже считает, что я неправ и что мы можем доверять тебе, да и все остальные в долине согласны с этим, кроме разве что моих друзей, которых я настроил против тебя. Но что-то в моей душе подсказывает, что я не ошибаюсь и ты навлечешь на нас беду.

Во взгляде Сверига читался вопрос, но что Тор мог сказать в ответ? Ему не в чем было сознаваться.

— Мне очень жаль. — Тор пожал плечами. — Я хотел бы убедить тебя в том, что мне можно верить.

— И как ты намерен это сделать?

— Возможно…

Копошение на краю его сознания стало сильнее, и в этот раз что-то изменилось. Что-то близилось, злое и агрессивное. Резко вскочив, Тор подбежал к стене и опустил ладонь на рукоять молота.

— Что случилось? — Свериг был уже рядом с ним.

— Не знаю. Там что-то есть. Вернее, кто-то.

Свериг перегнулся через край стены, окружавшей площадку на крыше, и стал вглядываться в равнину.

Тор попытался вспомнить, что он видел, когда они с Бьерном были тут в прошлый раз. В той стороне, откуда близилась опасность, Тор заметил тогда заснеженный лес, но сейчас в полумраке он ничего не мог рассмотреть.

— Кто-то идет, — повторил Тор. — Их несколько, больше одного. По-моему, пешие. И они, по-моему, боятся.

Свериг с сомнением покачал головой, и Тор обрадовался, что не успел ему ничего рассказать о своих странных ощущениях. К счастью, помощник ярла не стал спрашивать, откуда Тору известны такие подробности. Он и сам не знал этого.

— Хорошо. — Свериг мрачно кивнул. — Пойди разбуди остальных. Я поскачу вперед и посмотрю, что там.

— Может быть, лучше я… — начал Тор.

— Ты будешь делать то, что я тебе говорю. Последуете за мной, — ровным голосом произнес Свериг.

Это было довольно глупо, ведь Свериг знал, что Тор быстрее и сильнее его, да и видит лучше. Но сейчас был неподходящий момент для того, чтобы мериться силами. И раз уж Сверигу так хочется подвергать себя опасности…

Что ж, по крайней мере, в будущем ему будет легче. Почувствовав угрызения совести за эту мысль, Тор кивнул. Впрочем, Свериг ничего не заметил — он уже спускался по лестнице. Повесив Мьелльнир на пояс, Тор встал и неторопливо пошел вниз. Когда он разбудил остальных, послышался топот копыт. Они покинули башню и вышли наружу, но Свериг уже скрылся в полумраке. Хотя поднялся ветер, было нетрудно разглядеть следы копыт, и Тору даже пришлось скакать помедленнее, чтобы не догнать Сверига. Обострившиеся чувства подсказывали ему, что к ним приближаются четыре или пять человек. Они испытывали страх. А вот то, от чего действительно исходила угроза, следовало за ними.

В какой-то момент Тор и его спутники догнали Сверига, вернее, помощник ярла сам вышел им навстречу.

— Спешьтесь, — приказал он, когда лошади остановились. — И ведите себя потише. Они уже близко.

Тор молча выпрыгнул из седла, шлепнув лошадь ладонью по носу, когда та повернула голову в его сторону и попыталась укусить. Свериг недовольно покосился на него, но ничего не сказал. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая, пока все спрячут лошадей в находившихся неподалеку лесных зарослях.

То, что издалека показалось Тору лесом, вблизи выглядело скорее как маленькая рощица — длинная, но узкая. Через нее можно было пройти, не сделав и десятка шагов.

Свериг махнул рукой, велев всем остановиться, и указал вперед. Вдалеке ехала забитая доверху двухколесная телега, в которую была впряжена исхудалая лошадь. Снега тут намело больше, чем с другой стороны леса, хоть немного защищенной от ветра деревьями, так что колеса то и дело застревали в сугробах. Лошадь, копыта которой тоже проваливались в глубокий снег, шла очень тяжело, да и людям, тащившимся за повозкой, было не легче. Тор разглядел двух мужчин и женщину. Один из мужчин нес на руках ребенка, а второй на каждом шагу опирался на какую-то палку, то ли посох, то ли копье, — он был ранен, а может быть, болен и с трудом держался на ногах.

Свериг уже собирался выйти из укрытия, но Тор остановил его, покачав головой. Они увидели еще не все.

Тор поднял три пальца, показывая на путников, а потом обвел рукой серую пустошь и кивнул.

Если Свериг и разозлился, решив, что Тор ставит под сомнение его авторитет, он не стал выказывать своего недовольства. Судя по всему, помощник ярла был весьма обеспокоен. Отряд оставался в рощице, пока повозка не подъехала к ним.

Свериг выбрал это место не случайно. Тут деревья росли не так близко друг к другу, а большая часть подлеска вымерзла, так что телега вполне могла проехать.

Тор внимательно всматривался в серые сумерки. Он чувствовал, что за тележкой следуют по меньшей мере три всадника. Повозка двигалась все медленнее, но они почему-то не стремились догнать ее. Это было странно, хотя, с другой стороны, могло быть вызвано тем, что Тору весьма не нравилось…

Свериг и его спутники спрятались в глубине рощи. Тор удивился, отметив, как тихо двигались воины ярла. Если бы ему пришлось ехать мимо них, он вряд ли что-нибудь услышал бы.

Подав Тору знак оставаться здесь, Свериг подождал, пока повозка проедет, и вышел из-под покрова леса. В тот же момент дорогу путникам перегородили Грендер и Тьерг.

Телега остановилась так резко, что лошадь от неожиданности заржала. Женщина выглядела не старше Урд. Она была болезненно худой и очень грязной, а еще на ее лице читалось горе. Мужчина, несший на руках ребенка, и она отпрянули к телеге, а третий путник заслонил их своим телом, встав между ними и воинами Сверига. Тор видел, что обороняться ему особо нечем, — палка, на которую он опирался, действительно оказалась всего лишь посохом.

— Остановитесь! — рявкнул незнакомец. — Кто вы? Что вам от нас нужно?

— Не бойся. — Свериг обошел повозку, приблизился к Грендеру и Тьергу и медленно поднял ладони, чтобы все видели, что в его руках нет оружия.

Возможно, это впечатление несколько портило двойное лезвие боевого топора, торчавшее у него за спиной, словно странное металлическое украшение. Как бы то ни было, незнакомец испугался еще больше.

— Кто вы? — дрожащим голосом повторил он. — Что вам от нас нужно?

— Тот же вопрос я хотел задать и тебе, — ответил Свериг. — Кто вы и что вас сюда привело?

Незнакомец промолчал, и страх в его глазах на мгновение сменился паникой. Тор буквально ощущал ужас, охвативший мужчину, и чувствовал кисловатый запах его пота.

Не обращая внимания на раздраженный взгляд Сверига, Тор вышел из-за деревьев и тут же пожалел об этом решении — ужас в глазах незнакомца вспыхнул с новой силой. Ребенок, до этого не издававший ни звука, так что Тор уже начал думать, а жив ли он вообще, вдруг заплакал, а женщина, вскрикнув, зажала рот ладонью.

Нахмурившись, Свериг опять повернулся к мужчине с посохом.

— Меня зовут Свериг. Это Грендер, Тьерг и… Свен. Мы не причиним вам зла, не бойтесь. Как тебя зовут?

Изумленно посмотрев на Тора, незнакомец медленно повернулся к Сверигу. Он так сильно сжимал руками посох, что костяшки его покрытых мелкими шрамами пальцев побелели.

— Да, ты Свериг. Я тебя знаю. Но вот с этими двумя я не знаком. Не говоря уже о нем. — Он указал на Тора.

— Мы знакомы? — скорее недоверчиво, чем удивленно переспросил Свериг. — Но откуда ты меня знаешь?

— Меня зовут Гротгер. Это Герда и Корд, мои дочь и зять. Мы живем… жили на хуторе неподалеку от Эзенгарда. Наверное, ты меня не помнишь, но пару лет назад ты заезжал к нам и…

— Да, я останавливался у вас на ночлег, — перебил его Свериг. — Теперь я тебя вспомнил. Я заезжал к тебе с Бьерном и парой наших друзей. — Отойдя на полшага, он склонил голову к плечу. — И что ты делаешь так далеко от дома, да еще в такую непогоду, Гротгер? Что случилось?

— Мы ехали к вам, — ответил Гротгер.

— К нам?

— В Мидгард.

— На такой телеге? И в это время года? Это… очень рискованно.

Тор чувствовал, что у Сверига на языке вертелось совсем другое слово.

— Так что же произошло? — Теперь в голосе Сверига звенело беспокойство. — Почему ты оставил свой хутор? И где твоя жена?

— Она погибла. Так же, как и мой брат. Они замерзли во время бурана три или четыре дня назад. Тогда мы все чуть не умерли.

Свериг хотел продолжить разговор, но Тор, откашлявшись, указал в ту сторону, откуда приехала телега.

— Вы знаете, что вас преследуют? — Свериг решил перейти к более насущным вопросам.

Гротгер, испугавшись еще больше, в отчаянии замотал головой.

Свериг быстро подошел к Тору и наклонился к его уху.

— Ты уверен, что их кто-то преследует? — понизив голос, спросил он.

Тор едва заметно кивнул.

— Их трое, — он тоже перешел на шепот, — они еще довольно далеко и, судя по всему, особо не торопятся.

Вообще-то, у него было такое чувство, будто невидимые преследователи больше не приближались.

— Хорошо, — сказал Свериг. — Тогда мы отведем их в башню. Там они хотя бы не замерзнут. Женщина и ребенок умрут, если еще немного пробудут на этом холоде.

Кивнув, Тор отошел в тень и опять повернулся к серой равнине. Он ничего там не видел, но почему-то чувствовал, что от этого Гротгеру и его родным стало легче. Что же все это значит?

Решив пока не торопиться с выводами, Тор отошел к краю рощи и стал внимательно наблюдать за пустынными просторами. Сейчас каждый, кто посмотрел бы на него, подумал бы, что он пытается увидеть врагов. На самом деле ему не нужно было видеть, но Тор не забыл испытующий взгляд Сверига, которым тот смерил его тогда, на башне.

То, что он видел, не имело значения. Тор полностью сосредоточился на своих ощущениях, хотя он сам до сих пор не понимал, как ему удается чувствовать то, что происходит вокруг. Сейчас Тор наверняка знал, что к ним приближаются четыре, а не три всадника, как он полагал раньше. Они двигались очень медленно и в какой-то момент остановились, словно знали, что тележка, которую они преследуют, стоит на месте, и не хотели спугнуть добычу.

Тор, погрузившись в размышления, попытался узнать побольше об этих невидимых преследователях. Впрочем, он готов был в любой момент прекратить наблюдение за ними. Он чувствовал, что кроме этих всадников рядом есть кто-то еще. Кто-то — или что-то? Что-то чуждое, угрожающее, то, что он ощутил еще там, на башне. Если Тор мог чувствовать его присутствие, нельзя было исключать, что и эта странная сущность тоже могла узнать о нем.

Свериг и Гротгер о чем-то шептались, но, когда Тор подошел поближе, они замолчали. Сейчас во взгляде Гротгера читался не только страх, но и злость. Развернувшись, мужчина отошел. Его дочь и зять тоже смотрели на Тора настороженно.

«Интересно, о чем же Свериг говорил с этим крестьянином?» — подумал Тор. С другой стороны, зачем ему знать об этом?

— Ну что? — спросил Свериг.

— Они еще там. Но они не приближаются. Не знаю почему.

— Наверное, они надеются, что Гротгер приведет их к нам. — Сверига, казалось, эта мысль забавляла. — Неужели они полагают, что мы настолько глупы?

Тор удивленно повернулся к нему, но помощник ярла не стал вдаваться в объяснения.

— Нужно позаботиться о Гротгере и его семье. — Свериг нервно потер руки. — Иначе им не пережить эту ночь. Грендер и Тьерг отведут их к Пути Богов, а мы возьмем телегу и вернемся в башню. Я предпочитаю дожидаться твоих троих друзей там.

Если он хотел разозлить Тора, то ему это удалось.

— Я ошибся, — сказал Тор, с трудом сдерживая ярость. — Их четверо.

— Так даже интереснее, — спокойно ответил Свериг. — Но это трудно назвать честным боем. Может быть, мне следует принять их сторону? Ведь их всего четверо, к тому же они смертные, так что вряд ли смогут противостоять богу во плоти.

— Не стоит. — Тор едва держал себя в руках. — В конце концов, кто-то должен позаботиться о трупах, а высшее существо не станет тратить время на подобные занятия.

— Да. — Свериг вздохнул. — Пожалуй, ты прав. Мне стоит пойти с тобой. Подожди меня здесь.

Тор открыл рот, собираясь спросить, а куда, собственно, он мог отсюда отойти, но Свериг уже развернулся и направился к своим спутникам. Нужно было отдать им последние распоряжения.

Даже вдвоем протащить телегу через рощу оказалось не так-то просто. Подлесок, конечно, вымерз, но продвижению это не способствовало. Под снежным покровом скрывались колдобины и толстые корни, на которые постоянно натыкались колеса. Пару раз телега кренилась, проваливаясь в выбоины, и груз на ней начинал раскачиваться, а ось отчаянно скрипела. Несмотря на холод, и Грендер, и Тьерг обливались потом и бросали на Тора косые взгляды. Но ведь Свериг приказал ему оставаться здесь, а кто он такой, чтобы не подчиниться прямому распоряжению?

Подойдя к краю рощи, Тор прислушался. На этот раз он даже не удивился, обнаружив, что люди, преследовавшие Гротгера, по-прежнему держались на расстоянии. Это было невозможно, но другого объяснения он не находил: всадники знали, что семья Гротгера остановилась, и стояли на месте.

Вернувшись к другому краю рощи, Тор задумался о своем разговоре со Сверигом. Ему казалось, что он начал что-то понимать.

К тому времени Тьерг и Грендер уже вскочили в седла, да и Гротгер сидел на коне, которого ему отдал Свериг. Бородач как раз усаживал на другого коня дочь Гротгера, устроившуюся за спиной своего мужа. Крестьяне смущенно поглядывали на Тора. Возможно, ему стоило пока что держаться от них подальше. Почему-то вся семья Гротгера воспринимала его слишком настороженно, и, пожалуй, придется выяснить, в чем причина такого поведения. Да поскорее.

Но сейчас времени на это не было.

Грендер и Тьерг перебросились еще парой слов со своим командиром и вместе с семьей крестьянина поехали вперед, стараясь двигаться по тому же следу, который Свериг и его спутники оставили, направляясь сюда.

«Вряд ли им это поможет, — подумал Тор. — Кто бы ни преследовал крестьян, этим всадникам не нужно их видеть…»

Сверигу он решил об этом не говорить, как и обо всем остальном, что ему удалось узнать за последнюю пару часов. Тор помог Сверигу кое-как замести следы — это у них не очень получилось, но тут уж ничего не поделаешь. Возможно, ветер закончит начатое.

— Значит, мы с ними увидимся у башни? — спросил Тор, когда они двинулись в путь.

Это оказалось не так просто, как он предполагал.

Телега в очередной раз застряла в снегу, и ее пришлось толкать, чтобы хоть как-то сдвинуть с места. Да и выступы на краю оглоблей мешали.

— Нет, — ответил после паузы Свериг. — Я приказал Грейдеру отвезти их в долину. Гротгер — добрый друг Бьерна. Ярл не простит мне, если с ним или его семьей что-то случится.

— Они пройдут через Путь Богов? — удивился Тор. — Они что, знают, как открыть проход?

— Каждый в долине это знает, — ухмыльнулся помощник ярла.

— Кроме меня.

— Кроме тебя.

Тор понимал, что Свериг говорит это только для того, чтобы разозлить его, но ему все равно было обидно. Если Свериг хотел, чтобы они продолжили свой путь молча, то он этого добился.

Время от времени Тор прислушивался к своим ощущениям и вскоре понял, что всадники, преследовавшие их, тоже двинулись в путь, но по-прежнему держались на расстоянии, чтобы их не заметили.

Тор не знал, что пугает его больше — то, что эти люди точно знали обо всех их передвижениях, хотя наверняка ничего не видели, или то, что он сам это чувствует.

А самым страшным было ощущение присутствия некоей странной силы. Ему казалось, что на него все время смотрят… Он чувствовал, что в любой момент может многое узнать об этих всадниках, стоило ему только захотеть. С каждым мгновением восприятие окружающего мира становилось все точнее, словно у него вдруг появились новые органы чувств, о которых он даже не подозревал.

Или просто позабыл о них, как и обо всем остальном.

Они шли уже полчаса, но не преодолели еще и половины пути до башни. Лошадь едва тащилась, и Тор понимал, что силы ее на исходе. Животное может упасть еще до того, как они доберутся до своей цели.

— Когда ты представлял нас всех Гротгеру, почему ты сказал, что меня зовут Свен?

— Свен — хорошее имя, — ответил Свериг. — Я знаю многих Свенов, и все они уважаемые люди. Ну, кроме разве что одного. Видишь ли, он немного…

— Свериг! — Тор вздохнул.

— Или ты обиделся на меня за то, что я не сказал им, что ты у нас бог во плоти? — Конечно же, помощник ярла не удержался от очередного язвительного замечания. — Эти люди испугались, увидев тебя, Тор. И не говори мне, что ты этого не заметил.

— Ничего я не заметил. — Тор пожал плечами. — Это они тебе сказали?

— Они мне ничего не сказали, но я же сам вижу, потому и решил, что неразумно говорить им, кто ты на самом деле.

— И кто же я, по-твоему?

— Откуда мне это знать, если ты и сам не знаешь? — фыркнув, ответил Свериг.

Тор проглотил слова, вертевшиеся у него на языке. Дальше они шли молча.

Лошадь действительно очень устала. До худшего дело не дошло, но, прежде чем вдалеке показалась башня, они потратили в три раза больше времени, чем Тор рассчитывал. Телега катилась так медленно, что ее приходилось все время толкать, чтобы вообще хоть как-то продвигаться.

Увидев башню, Свериг побежал вперед. Тор оставил телегу с тыльной стороны пристройки, распряг лошадь и вошел в дом. К этому моменту Свериг даже успел развести огонь в камине.

— Они еще далеко? — спросил помощник ярла, даже не обернувшись.

Тор прислушался к своим внутренним ощущениям.

— Нет. Но они опять остановились.

Свериг вздохнул.

— Правда, ненадолго. Они увидели башню и теперь советуются, что им делать. Пока что они медлят. Но они придут.

Повернувшись к нему, Свериг склонил голову к плечу.

— Насколько я понимаю, ты не расскажешь мне, как тебе удается об этом узнавать?

— Обязательно расскажу. Как только выясню это сам. — На сей раз он все-таки разглядел выражение лица Сверига.

— Нам нужно будет поговорить, Тор, — заявил помощник ярла. — Как только…

— Они идут! Быстрее!

Свериг вскочил и, отойдя от камина, указал на открытый проход, соединявший пристройку и башню. Сняв топор с плеча, он прислонил оружие к стене у двери и обнажил меч. Тор узнал один из тех дорогих мечей, которые Бьерн забрал на сожженном хуторе Эндре. Он не понимал почему, но ему было неприятно, что Свериг взял с собой именно это оружие. У Тора же был только молот и узкий кинжал в сапоге.

Свериг подбросил в огонь хвороста, и пламя полыхнуло ярче, разбрасывая во все стороны искры. Затем, приоткрыв дверь, он выскользнул наружу.

Тору все это не нравилось. Он понимал, почему Свериг так поступает, но сомневался, что всадники, с которыми им предстояло иметь дело, попадутся на эту уловку. Впрочем, Свериг всегда предпочитал делать все, как полагается. Когда-то ему придется дорого заплатить за эту привычку, но Тор надеялся, что это будет не сегодня.

Что-то предупредило его об опасности, не вполне понятное, но щемяще острое чувство, на которое нельзя было не обратить внимания.

Поспешно отступив ко входу в башню, Тор спрятался в тени под лестницей. Тут его вряд ли могли заметить, зато сам он видел половину комнаты.

Ждать пришлось недолго. Уже через пару минут послышались чьи-то осторожные шаги, дверь распахнулась и в пристройку ворвались четверо мужчин в белых меховых накидках. Под накидками поблескивал металл, а на головах у них были шлемы с какими-то странными забралами. Незнакомцы разошлись по комнате, и Тор напрягся, увидев, что один из них направился к дверному проему, ведущему в башню.

Ладонь сама собой легла на рукоять молота, но чужак не стал особо осматриваться и вернулся к своим спутникам.

— Тут никого нет.

— Они должны быть здесь, — возразил другой. — Телега стоит за домом, и следы ведут сюда.

Прежде чем ему ответили, дверь открылась и в комнату вошел Свериг. Отбросив капюшон, он стер снег с бороды и лица. К облегчению Тора, меч Свериг все-таки убрал в ножны, но его накидка была распахнута, и ладонь лежала на рукояти меча.

— Гости, — приветливо заметил он, закрывая дверь ногой. — Это хорошо. Я люблю гостей. Знаете, тут иногда бывает довольно одиноко.

Удивление, вызванное его внезапным появлением, продолжалось совсем недолго. Чужаки отреагировали так, как Тор и ожидал, — трое их них окружили Сверига, а четвертый отошел на шаг и — на этот раз внимательнее — осмотрел комнату. Взгляд его глаз, скрытых забралом с изображением лисьей морды, скользнул по лицу Тора, и, хотя все говорило о том, что разглядеть тут ничего нельзя, Тору показалось, что незнакомец его видит. Этот чужак был ниже и худощавее остальных, но почему-то сразу стало понятно, что он ими командует.

— Кто ты такой? И где…

— Гротгер и его семья? — перебил его Свериг. — Ты имеешь в виду наших друзей, которых вы прогнали с хутора? Да, мне это тоже интересно.

«Проклятие, — подумал Тор. — Он сказал “наших”… “Наших друзей”. И при этом покосился в сторону лестницы. С тем же успехом он мог просто показать на меня пальцем». Конечно, Тор сомневался в том, что они со Сверигом проиграют этот бой, но стоило бы вести себя осторожнее и постараться выведать побольше у этих чужаков, прежде чем дело дойдет до сражения.

Ох уж этот Свериг! Но ничего, когда-нибудь…

— Кто ты такой? — повторил чужак с забралом с изображением лисы.

Голос его звучал на удивление звонко, да и что-то в его движениях казалось Тору необычным. Может быть… Хотя нет, это просто смешно.

— Меня зовут Свериг. С кем имею честь? Кстати, невежливо вот так заходить в дом к незнакомым людям и при этом не поднимать забрала. Я уже не говорю о том, что вам следует представиться.

Его ладонь скользнула на рукоять меча, и трое чужаков тут же потянулись к своему оружию, но их предводитель жестом приказал им остановиться. Должно быть, он не сомневался в победе. Или просто недооценивал Сверига. Как бы то ни было, чужаки не собирались ни поднимать забрала, ни называть своих имен.

— Свериг, — задумчиво повторил предводитель чужеземных воинов. — Мне известно это имя. Ты из Мидгарда, верно?

— А что, если и так?

— Тогда нам, пожалуй, повезло, что мы встретили тебя, а не твоих друзей.

Тихо сбросив накидку, Тор снял с пояса Мьелльнир. Он видел, как блестит металл под одеждой чужаков, но что-то в их облике было… неправильным. Правда, Тор не знал, что именно.

Вздохнув, Свериг убрал руку с эфеса и сделал вид, будто очень огорчен.

— Не уверен, что вам повезло. Вы — Несущие Свет, да?

Тор, казалось, физически почувствовал напряжение, повисшее в комнате. Интересно, чего добивается Свериг таким поведением? Ну разве что быстрой смерти? Неужели он настолько полагается на Тора и его Мьелльнир, что позабыл о всякой осторожности?

— Кто знает… — Предводитель чужаков пожал плечами. — Я хочу кое-что предложить тебе, Свериг. Ты ответишь на пару наших вопросов, и, если ответы нам понравятся, мы сохраним тебе жизнь.

Он протянул вперед руку в тяжелой латной перчатке, покрывшейся инеем от холода, и Тор приготовился к бою, собираясь в первую очередь напасть на воина, стоявшего слева от Сверига, — он чувствовал, что этот противник наиболее опасен.

Но Свериг и на сей раз удивил его. Может быть, в этот момент к нему вернулся здравый смысл и он задался вопросом, станет ли Тор рисковать ради него жизнью. К тому же Тор не был уверен в том, что ему удастся помочь Сверигу. Он не знал, сможет ли бросить молот в этой небольшой комнате так, чтобы оружие вернулось ему в руку, а Несущих Свет было слишком много, чтобы напасть на них всех одновременно. Да, Тор умел двигаться быстро, но на бой все равно уйдет какое-то время, а вот временем он как раз не располагал.

Поэтому он решил действовать немного иначе. Вероятно, его план в тех или иных аспектах отличался от решения Сверига. По крайней мере, Тор собирался оставить одного из Несущих Свет в живых.

— Твой меч.

Свериг осторожно, двумя пальцами снял меч с пояса и передал его предводителю чужаков. Взяв оружие, воин задумчиво повертел его в руках и вдруг вздрогнул, словно меч на его глазах превратился в змею.

— Откуда он у тебя?!

— Кто знает… — Свериг пожал плечами. — Возможно, я его нашел. Или снял этот меч с тела одного из ваших воинов после того, как убил его…

Медленно, стараясь действовать беззвучно, Тор вышел из-под лестницы и двинулся к двери. Он предполагал, что Несущие Свет чувствуют его присутствие, но либо они были не теми, за кого себя выдавали, либо разговор со Сверигом действительно отвлек их.

— Убил? — повторил незнакомец. — Того, кому принадлежал этот меч? Если и так, то тебе это удалось только потому, что ты подло набросился на него со спины. Но даже в этом я сомневаюсь. Так что лучше скажи нам правду!

— Он и говорит правду, — подал голос Тор. — В большей или меньшей степени.

Чужаки так резко повернулись, что Тор едва успел заметить это движение, а оружие, казалось, появилось в их руках из ниоткуда.

— Точнее, это я его убил. Надеюсь, он не был вашим другом.

На миг время будто остановилось. Четверо воинов, опешив, уставились на него. Их позолоченные забрала с изображениями лисы, волка, дракона и орла должны были вселять страх в противников, но сейчас эти воины сами были напуганы.

— Ты? — выдохнул их предводитель. Слова Тора поразили его. — Ты…

Но уже в следующее мгновение чужаки пришли в себя, и начался бой. Все происходило настолько быстро, что создавалось впечатление, будто время хотело отыграться на людях за свое промедление, дабы восстановить обычный ход вещей. Рука Сверига скользнула к перевязи, на которой уже не было меча, а Тор метнул молот, раздробивший голову стоявшего рядом со Сверигом чужака. Несчастный повалился на пол, а молот продолжал лететь, даже не замедлив движения. Еще до того, как оружие ударилось о стену, Тор дернулся вперед, уклоняясь от лезвия меча, и ударил предводителя отряда Несущих Свет локтем в лицо, а потом бросился на следующего воина. Пальцы Сверига сомкнулись на рукояти топора, прислоненного к стене у двери. Тор увернулся от колющего удара, а Свериг в этот момент взмахнул топором, разрубив накидку, латы, кольчугу и, наконец, плоть врага — от шеи до пояса. Тор же добрался до последнего Несущего Свет и одним движением сломал ему шею.

И все это произошло за несколько секунд, еще до того, как предводитель чужаков упал на пол. В комнате запахло кровью, и что-то шевельнулось в мире невидимого — удивленное, угрожающее. Но эта сущность скорее испытывала любопытство, чем ярость.

Осторожно опустив тело Несущего Свет на пол, Тор смерил Сверига одобрительным взглядом.

— А ты быстрый.

— Приходится, с такими-то союзничками. — Свериг подождал, пока Тор в ответ на его слова нахмурится. — Нужно было торопиться, чтобы ты оставил мне хотя бы одного противника.

Чувствуя, что Свериг ожидает от него именно этой реакции, Тор растянул губы в улыбке, но слова помощника ярла ему не понравились. Он второй раз наблюдал за Сверигом во время боя и теперь удостоверился в том, что этому человеку нравится убивать. А такого себе не мог позволить ни один воин. Может, убийство и было ремеслом воителей, однако возвышать его до искусства казалось Тору недопустимым.

— Не волнуйся, остался еще один. И вообще, это было совсем легко.

— Легко? — охнул Свериг. — Это же Несущие Свет!

— Но не эйнхерии.

— Эйнхерии? А это еще кто?

Тор и сам не знал, как ответить на этот вопрос, и потому просто пожал плечами. Подойдя к воину с забралом с изображением лисы, он наклонился. Только этот чужак и выжил после краткого, но жестокого боя. По крайней мере, Top надеялся на то, что он выжил. Воин лежал на полу в странной изогнутой позе, и кровь двумя алыми струйками вытекала из-под его шлема. Тор бил его не изо всех сил, но этого было достаточно, чтобы вогнуть забрало внутрь, так что морда лисы теперь напоминала гримасу какого-то сказочного чудовища, нагоняя еще больший страх на всех вокруг. «Может, этот чужак тоже погиб?» — обеспокоенно подумал Тор. С тех пор как они покинули долину, не только его чувства обострились, но и силы возросли.

Когда Тор опустился рядом с ним на колени, воин застонал. Отбросив его меч в сторону, Тор стащил с него шлем. Для этого потребовалось приложить немало усилий, так как забрало сильно погнулось. При этом незнакомец, наверное, поранился еще больше, но сейчас Тору было не до того.

Лицо чужака заливала кровь, и оно так исказилось от боли, что в первый момент Тор ничего не заподозрил. Но потом он узнал эти черты. Мысль, пришедшая ему в голову в тот момент, когда он впервые увидел этого Несущего Свет, оказалась верной. Это был не воин, а воительница. И не только. Это была… Урд.

Свериг резко втянул воздух сквозь сжатые зубы, и этот звук вернул Тора к реальности, не дав ему впасть в истерику. Он прищурился, и поразительное сходство с Урд исчезло, хотя и не полностью. Теперь перед ним лежала просто какая-то незнакомая женщина, пострадавшая в битве. Своим ударом Тор выбил ей несколько зубов и сломал челюсть, поэтому, когда она попыталась сказать что-то, с ее губ слетел всего лишь стон. Женщина была жива, но узнать у нее что-нибудь будет непросто — со сломанной челюстью особо не поговоришь.

Тор сам испугался своих мыслей. Пусть они и были правильными, но не об этом следовало думать. Сейчас для него не имел значения тот факт, что она сама без колебаний убила бы его, будь у нее такая возможность. Он тяжело ранил женщину, которая была похожа на Урд и которая могла быть ее сестрой. Он причинил ей боль.

Конечно, Тору не следовало стыдиться в этой ситуации, но он должен был испытывать хотя бы сочувствие. Однако в его душе было место лишь презрению.

От этих мыслей его отвлек Свериг.

— Что, во имя прогнившей груди Хель, это такое? Тор, кто эта женщина? Разве такое возможно?

Помощник ярла тоже опустился на колени и протянул к воительнице руку, но Тор остановил его. В этот момент женщина открыла глаза, и Тор понял по ее взгляду, что она узнала его. Не успел он задуматься над тем, хорошо это или плохо, как предводительница Несущих Свет дернулась. Вытянув вперед правую руку, она ударила Тора указательным и средним пальцами в глаза и одновременно толкнула Сверига ногами в грудь.

Охнув от боли, Тор на мгновение лишился зрения. Сейчас он видел лишь красные и желтые пятна. Рядом упал Свериг. Зазвенел металл, послышались чьи-то тяжелые шаги.

Собрав всю свою волю, Тор поднялся на колено и заставил себя открыть глаза. Правда, видеть от этого он не стал: все вокруг по-прежнему было желто-красным, только еще появились алые полосы — это стекала его кровь. Воительнице не удалось выколоть ему глаза, но повреждение было достаточно серьезным.

Как бы то ни было, в конце концов он смог разглядеть, что эта женщина все-таки поднялась на ноги и даже дошла до двери. Ударь она Сверига сильнее, и ей, вероятно, удалось бы сбежать. Но помощник ярла уже встал. И он был очень зол.

Одно из тел перекрывало подход к двери, поэтому Несущая Свет не могла двигаться достаточно быстро. Не тратя времени на бесплодные попытки, она толкнула Сверига в камин, так что подол его накидки загорелся. Затем, развернувшись, женщина бросилась к проему, ведущему в башню.

Тор попытался задержать ее, но она ускользнула. Он услышал, как она шаркает по ступеням лестницы, и потер кончиками пальцев глаза, пытаясь отогнать боль, однако у него, конечно же, ничего не получилось. Не тратя времени на поиски молота, Тор сжал зубы и бросился в погоню, держась левой рукой за стену. Глаза по-прежнему сильно болели, зрение так и не вернулось, но что-то подсказывало ему, что лучше поторапливаться, хотя он не знал, куда незнакомка могла побежать. Наверху ничего не было. Вообще ничего.

Тор был не настолько глуп, чтобы просто выскочить на крышу, — пригнувшись, он прыгнул вперед и покатился по ровной поверхности, уклоняясь от возможных ударов.

Не будь воительница тяжело ранена, эта мера предосторожности не помогла бы ему — видимо, именно на такой маневр она и рассчитывала, поскольку ее меч сразил его еще в прыжке, оставив полосу боли на груди. Второй удар выбил искры из стены рядом с его головой — Тору удалось вовремя отскочить. Зрение постепенно восстанавливалось, поэтому сейчас он хотя бы видел перед собой силуэт противницы. Женщина пошатывалась, с трудом удерживая равновесие, и от третьего, смертоносного, удара Тора спасло только то, что у нее больше не было сил поднять меч. Опираясь на меч, она ухватилась за эфес обеими руками. Ее попытка сбежать провалилась, и теперь нахлынуло отчаяние. Возможно, именно по этой причине Тор и остался жив. По груди стекала теплая кровь, и он на мгновение решился отвести взгляд от противницы и посмотреть на себя. Лезвие прорвало накидку и всю одежду, но силы удара не хватило на то, чтобы нанести Тору тяжелое ранение, и он отделался всего лишь царапиной.

— Прекрати, — устало выдохнул он. — Я не хочу тебя убивать. Отбрось оружие, и я сохраню тебе жизнь, обещаю.

Воительница отреагировала на его слова, правда, совсем не так, как ожидал Тор. Подняв меч, она вновь попыталась ударить его. Выбив оружие у нее из рук, Тор оттолкнул ее, так что незнакомка отлетела к полуразрушенной стене, ограждающей крышу.

«Поразительно, сколько сил у этой женщины», — подумал он, увидев, что она ухватилась за камни и устояла на ногах.

Словно и этого было недостаточно, Несущая Свет сунула руку под накидку и обнажила длинный кинжал, по своим размерам почти не уступавший короткому мечу.

Тор пару раз сморгнул. Взор продолжал проясняться. Все по-прежнему окрашивалось алым, но он хотя бы мог различать окружавшие его вещи, да и боль постепенно отступала.

— Проклятие, женщина, да угомонись же ты! Ты что, хочешь умереть?

В ответ она упрямо вздернула сломанный подбородок, и Тор с грустью понял, что этим, видимо, все и закончится. Несущая Свет не сдастся в плен. Только не ему.

На крышу наконец-то поднялся и Свериг. Накидка на нем дымилась, а лицо исказилось от ярости. Ему незнакомка не сдастся живой, даже если захочет.

— Подожди! — поспешно сказал Тор. Свериг, сделав еще один шаг, остановился, а он демонстративно поднял руки и продолжил: — Я говорю правду. Тебе незачем умирать. Сдайся, и я обещаю, что ты останешься жива и мы позаботимся о твоих ранах.

Женщина попыталась что-то ответить, но с ее губ слетело лишь неразборчивое бормотание. Струйки крови, стекавшие с ее подбородка, заливали белую накидку.

А потом она выпустила кинжал, повернулась и прыгнула с крыши.

Ругнувшись, Свериг бросился вперед, как и Тор, так что они оказались у стены одновременно.

Если воительница надеялась спастись этим отчаянным прыжком, то она совершила ошибку. С этой стороны башни снега намело совсем мало, а под ним были лишь твердые скалы.

Руки и ноги женщины вывернулись под неестественным углом, словно у нее появилось много новых сочленений. Даже в слабом сумеречном свете Тор видел свежую кровь, лившуюся на снег.

«А ведь это была не попытка бегства, — подумал он. — Именно этого она и хотела».

— Надо отдать тебе должное, Тор, — заметил Свериг. — Ты производишь неизгладимое впечатление на женщин.

— Думаешь, это смешно?

— Нет. Вообще-то, нет. Извини. — Прислонившись к стене, он повернулся к Тору. — Но знаешь, кое-что в этом все-таки есть. Ты понимаешь, о чем я?

— Если я скажу «нет», ты замолчишь?

— Удивительно то, — продолжил Свериг, не обращая внимания на его слова, — что Несущая Свет, видимо, знала тебя. И эта воительница предпочла покончить с собой, чем сдаться тебе в плен.

— А по-моему, она спрыгнула с крыши, когда тут появился ты, — отрезал Тор.

— О, ты умеешь обращаться со словами! Но у меня есть глаза и уши, поэтому, прежде чем вернуться в долину, придумай вразумительное объяснение тому, что здесь произошло. Полагаю, у Бьерна возникнет много вопросов. А если не у Бьерна, так у меня.

Высказав то, о чем он думал уже полгода, Свериг гордо поднял голову и направился к лестнице. Его накидка по-прежнему дымилась.

— А ты не боишься, что можешь оказаться прав, Свериг? — остановил его Тор.

— Прав?

— А вдруг я действительно предатель и желаю вам зла?

— Повторяю, именно так я и считаю. Вот только я не уверен, что ты сам об этом знаешь.

— Тогда с твоей стороны не очень разумно говорить мне об этом. Что помешало бы мне убить тебя и сказать Бьерну, что это сделали Несущие Свет?

— О нет, — уверенно произнес Свериг. — Ты не настолько глуп.

С этими словами он ушел.

Тор остановился, пытаясь вникнуть в смысл сказанных Сверигом слов, но потом решил, что раздумывать над этим не стоит.

И в этот момент что-то опять коснулось его мыслей. Это был уже не безобидный шорох, а что-то, напоминавшее резкий удар, а может быть, похлопывание по плечу. Существо, обосновавшееся в его сознании, теперь не сомневалось, что Тору известно о нем, так зачем ему прятаться?

Вместо того чтобы последовать за Сверигом, Тор повернулся и опять подошел к краю крыши. Он не знал, что ожидает там увидеть — других всадников, чью-то одинокую фигуру или даже привидение. Но человеческих фигур Тор не заметил.

Казалось, он вновь провалился во вчерашний сон. Только теперь это происходило наяву.

На снегу перед башней стоял огромный белый волк и смотрел Тору в глаза.

 


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-08-30; просмотров: 239. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.22 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7