Дай ответ, моя Муза,
Ну, какого Союза Я теперь гражданин?! Я сижу, словно пленный, Посредине вселенной, А захочется плакать – Есть большое ведро… Я читаю газетку, Я бросаю монетку, А она зависает И встаёт на ребро… Израильская зима В Тель-Авиве ленинградская погода – Дождь идёт уже, который день подряд, А на улицах полным-полно народа, И почти везде по-русски говорят. То печально, то смешно, а то игриво Мой язык звучит на все лады… Иммиграция течёт по Тель-Авиву, Поднимая общий уровень воды. В этом городе, и сытом, и богатом, Я стою один, не низок, не высок. Ощущаю я себя почти пиратом, Захватившим этот чудный островок. Туча чёрная встаёт на горизонте, Инстинктивно прижимаюсь я к земле, И скрипит, и гнётся мой дешёвый зонтик, Словно мачта на пиратском корабле. В Тель-Авиве ленинградская погода – Тот же ветер, те же лужи до колен, Словно стала эмигранткой и природа. Не дождавшись долгожданных перемен. Агрессивно, беззаботно, суетливо, Как разросшаяся донельзя семья, Эмиграция течёт по Тель-Авиву, Словно речка, под названьем «Алия».* * Алия (иврит) – подъём, восхождение. В переносном смысле – репатрианты, приезжающие в Израиль, шире - репатриация. Новогодняя (31.12.1993.)
Близится день к концу - осталось совсем немного, Близится год к концу – осталось совсем чуть-чуть… Бог с ними, с годом и с днём, прожиты – и, слава Богу… Близится век к концу – вот, что мешает уснуть. Страшно подумать даже, Что лет, эдак, через тридцать Кто-то из тех, кого нынче Даже в проекте нет, Мне с уважением скажет: «Надо же, так сохраниться!.. Вы жили в двадцатом веке, Вы прожили столько лет!..» И меня пригласят на встречу С подрастающим поколеньем, Я откажусь, конечно, Но оно настоит на своём… И будет чудесный вечер – Откровение за откровеньем, А потом принесут гитару, И они с восхищением скажут: «Как вы славно поёте!..», И снова пойдут расспросы, И мы просидим до утра, И, конечно, нальют мне водки, И спросят: «Вы разве не пьёте?», А я скажу: «К сожалению, Запрещают уже доктора!». Мне скажут: «Вы – свидетель событий, Которые учат в школе! Вы столько всего сумели, Вы столько всего прошли!»… И всё это так и будет, Лет через тридцать, не боле, Не знаю, в каком только месте, Не знаю, какой земли… Близится день к концу - осталось совсем немного, Близится год к концу – осталось всего-ничего… Бог с ними, с годом и с днём, прожиты – и, слава Богу… Близится век к концу – благословим его. Песня советского человека (Октябрь 1993 г.)
Я весь день сегодня в возбуждении, Не хочу ни с кем я говорить. У Наташки нынче день рождения, Я не знаю, что ей подарить! И нельзя сказать, что денег нету, мол – Сам могу любому одолжить!
|
