Симонид
Что ж! Все разошлись. Прочтем письмо Таисы: «Женой желаю чужеземцу быть. Таиса пишет, — или мне не жить!» Что ж, дочь моя, твой выбор совпадает С моим. Но все ж какое своеволье! Ей все равно, согласен я иль нет! Да, этот выбор мне вполне по сердцу. Откладывать решенье не хочу. Тсс! Он идет! Пусть он пока не знает!
Входит Перикл.
Перикл Удачи и успеха, добрый царь!
Симонид Взаимное желанье, славный рыцарь. Благодарю за музыку, которой Ты развлекал нас ночью. Я давно Уже не тешил слух мой столь прекрасной, Столь сладостной гармонией.
Перикл Меня По доброте ты хвалишь, государь.
Симонид О нет, ты мастер в музыке отличный.
Перикл Я — худший из ее учеников.
Симонид Позволь тебя спросить, какое мненье Составил ты о дочери моей?
Перикл Принцесса добродетелями блещет…
Симонид Притом она собою хороша, Не правда ли?
Перикл Как летний день прекрасна.
Симонид А знаешь ли, что дочери моей Ты по сердцу пришелся, и желает Она учиться у тебя. Смотри! Наставником она тебя избрала.
Перикл Увы, я этой чести недостоин.
Симонид Она другого мненья. Вот, читай!
Перикл (в сторону) Да что же это? Судя по письму, Принцесса любит рыцаря из Тира. Нет, царь меня задумал погубить. (Громко.) О государь, я весь в твоих руках, Я чужеземец, я злосчастный рыцарь. Я никогда не мог и помышлять О том, чтоб дочь твоя меня любила. Я ей служить и чтить ее готов.
Симонид Ты дочь мою приворожил, несчастный! Ты негодяй.
Перикл О нет, клянусь богами, Я помысла такого не имел И вызывать, конечно, не дерзал бы Ее любовь и гнев твой справедливый.
Симонид Ты лжешь, предатель!
Перикл Кто предатель?
Симонид Ты!
Перикл Я не предатель. Гнусной клеветы От самого царя не потерплю я!
Симонид (в сторону) Я смелой гордостью его любуюсь!
Перикл Дела мои и мысли благородны, Я низких побуждений не имею! К тебе сюда пришел я с честным сердцем, И честь мою никто не посрамит. А кто меня бесчестным почитает, Того мой меч в бесчестье уличает.
Симонид Ну что ж! Вот дочь моя. Пускай решает!
Входит Таиса.
Перикл Скажи, о красота и добродетель, Родителю разгневанному, точно ль Сказать иль написать тебе дерзнул я Хотя бы слово о моей любви?
Таиса Но я совсем тебя не упрекаю; Приятна мне была бы речь такая.
Симонид Однако ты решительна, мой друг! (В сторону.) Ах, как я рад решительности этой. (Громко.) Тебя я укрощу и усмирю! Как смела ты без моего согласья Свою любовь и нежность подарить Какому-то пришельцу? (В сторону.) Он, пожалуй, По крови столь же знатен, как и я. (Громко.) Итак, принцесса, либо ты смиришься Передо мной, а ты, бесстрашный рыцарь, Мою признаешь волю, либо я Вас повенчаю. Ну, подайте руки друг другу. Пусть уста скрепят союз. И пусть взамен печали и тревоги Лишь радости вам посылают боги. Довольна ль ты?
Таиса Да, если я любима.
Перикл Любима больше жизни!
Симонид Хорошо. Так вы согласны?
Таиса и Перикл Если есть на это Твое соизволенье, государь.
Симонид Мое соизволенье — вас поздравить. Вас обвенчать и в спальню вас отправить!
Уходят.
АКТ III
Входит Гауэр.
Гауэр Сонм пировавших сном объят: Наелись гости и храпят; Тем громче храп, чем крепче сон, Желудок их обременен. Зеленоглазый хищный кот У норки мышку стережет, Сверчки за печкою поют: Им хорошо, им сладко тут. Возвел невесту Гименей На ложе. С девственностью ей Пришлось расстаться, и растет Ее дитя — зачатый плод. Все, что пришлось мне пропустить, Я вас прошу вообразить. Вот пантомима перед вами; Я поясню ее словами.
Пантомима Входят с одной стороны Перикл и Симонид со свитой. Навстречу Им — гонец; он склоняет колени перед Периклом и подает ему письмо. Перикл показывает письмо Симониду. Вельможи преклоняют колонн перед Периклом. Затем входит Таиса, беременная, и кормилица Лихорида. Симонид показывает дочери письмо; она выражает радость. Таиса и Перикл прощаются с Симонидом и уходят с Лихоридой и свитой. Затем уходят Симонид и другие.
Великим рвением горя, Перикла, своего царя, По всем путям, во все концы Искать отправились гонцы. Иной — на быстром корабле, Иной — пешком, иной — в седле. Молва в Пентаполис ведет Отважных путников. И вот Теперь читает Симонид Письмо, которое гласит, Что Антиох-прелюбодей, С преступной дочерью своей Погибли. Тирский же народ Царя Перикла тщетно ждет. И Геликану царский трон Предложен; но не хочет он Принять венец; народ в смятенье. Но Геликан умов броженье Весьма искусно усмирил. Он всенародно объявил: «Пускай двенадцать лун сменится; Коль царь Перикл не возвратится, Он, Геликан, принять венец Согласен будет наконец». Когда про это все узнал Пентаполис, возликовал Его народ; рукоплеща, Шумели граждане, крича: «Ну кто бы мог предугадать, Что Симонида славный зять И сам окажется царем?» Но вот покинуть царский дом Спешит Перикл, а с ним жена, Хоть и беременна она. Как ей перечить в час такой? Берет кормилицу с собой Царица. Слезы расставанья Не поддаются описанью, А потому пропустим их. Уже Нептун средь волн морских Качает путников. Почти Свершил корабль их полпути. Но рок изменчив: норд завыл И злую бурю породил. Корабль, как утка, на волнах Ныряет. Всех объемлет страх. Царица бедная кричала Так, что рожать с испугу стала. Рассказ не стану продолжать: На сцене можно увидать Все, что последует. Итак, Вообразить сумеет всяк, Что это палуба, и вот Перикл к богам взывать начнет. (Уходит.)
|
