Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Определение, этнокультура, этнопсихология




Население Подонья во времени владычества половцев и монголов на Востоке Европы (1100—1380) на протяжении около 300 лет было оторвано от Руси Юго-Западной и Северо-Восточной и, естественно, эта новая народность (донские казаки) утеряла ощущение признаков родства с ними; тем сильнее выявилось родство с казахами (чигами). От них они и получили своё имя — казаки.Таким образом,далёкие предки казаков, образовавшиеся из слияния в течение многих веков двух этнических элементов – славяно-русов и тюрков — постоянно жили на своей древней земле до конце XIV в.Подвергаясь воздействию византийской культуры и постоянно общаясь с азиатскими народами, они усваивали их народный обычай, быт и как коренные и постоянные жители определённой территории, достигли значительного (для своего времени) культурного развития (об этом свидетельствует строительство городов, церквей, наличие земледелия и т.д.). Условия степной жизни, суровая жизнь на территории, веками являвшейся ареной боевых столкновений народов, необходимость постоянно защищать свою жизнь с оружием в руках, выработали в них выдающиеся боевые качества, которые сохранились и у современных казаков, и их потомков.
Так устанавливается непрерывная преемственная связь современных казаков с их древними предками — славяно-русами, с незапамятных времён являвшимися коренными обитателями современных Казачьих Земель.
Казаки — не беглецы, не преступники, не «воровская шайка», как их квалифицируютнекоторые историки, а отдельный славянский народ, имеющий свою долгую, полную трагическими событиями и величайшими подвигами, историю, перед которой должны почтительно преклониться и откуда веет той «древней казачьей стариной», на которую ссылаются многие, но котораямногим не известна.Конечно, физический и духовный облик современного казака и его древнего предка вполне тождественными быть не могут, ибо между ними лежат целые столетия, полные величайшими событиями, в течение которых сотни раз осуществлялась в различных комбинациях «чудная смесь племён и наречий», которая не могла не оставить заметного следа на физическом и духовном облике казака. Но все же основные духовные свойства, душевные качества предков сохранились у казаков и до наших дней. Это — рыцарский дух, любовь к свободе и независимости, способность к организации, равноправию, чувство собственного достоинства, храбрость, любовь к своему верному другу-коню, презрение к пешей службе, выдающиеся качества воина [10;12].

 

Вольнолюбивое казачество

Казачество – это сложившаяся в значительный период своего исторического развития общность людей, отличающаяся самобытной традиционной культурой и рядом неповторимых этнопсихологических особенностей. Существует, как известно, много определений понятия «казачество», в котором отражены этнокультурные, социально – психологические и государственно – политические аспекты этого сложного феномена. Считаем необходимым определить и артикулировать наиболее существенные, инвариантные компоненты социокультурного феномена казачества, характеризующие его как традиционно – ориентированную, социально здоровую и, соответственно, жизнеспособную категорию граждан в системе межкультурных коммуникаций народов современной России. Следуя логике историко – культурологического анализа, назовем первое из исследуемых оснований: казачество - (тюрк. казак - удалец, вольный человек) – это военное сословие, состоящее из представителей населения ряда российских местностей, пользовавшихся особыми правами и преимуществами на условиях обязательной и общей воинской повинности. Таким образом, казачество представляет собой традиционно военное полупривилегированное сословие, благодаря которому осуществлялась эффективная защита границ государства. Несмотря на сложные и противоречивые трансформации в социальной направленности и действиях казачества в ранние периоды его истории, данные аргументы позволяют охарактеризовать сложившуюся на протяжении веков воинскую культуру российского казачества как традиционную культуру воина – защитника.
Складывалось казачество как самостоятельная этнокультурная и этносоциальная общность с XIV столетия, пополняясь беглыми крестьянами и посадскими, интегрированными в традиционную культуру казачества и объединявшимися в казачьи общины. С включением в состав вооруженных сил Русского государства казаки были разделены на городовых (полковых) и станичных (сторожевых). Но, уже начиная с XVIII века, они постепенно стали покидать армейские ряды, сохраняясь лишь в качестве пограничной стражи на южных и восточных окраинах Российской империи. В контексте избранной темы считаем необходимым сделать принципиальный акцент: мы полагаем, что понятие «казачество» правомерно относить лишь ко всем казакам как единому, целостному феномену, имея в виду его традиционно сложившиеся духовно - нравственные основания, особенности бытовой культуры, специфику диалектов, обычаев и комплекса национальных свойств, исключая классовый смысл (появившийся по отношению к казачеству в ХIХ веке). В качестве второй из наиболее важных составляющих традиционной культуры российского казачества следует, безусловно, назвать его преимущественно православное вероисповедание, которое явилось той базовой духовной детерминантой, которая обусловила многовековой нравственный и этико – эстетический уклад повседневной культуры казаков, взаимоотношений в их семьях, системы православного воспитания детей, наряду с привнесением в систему христианских ценностей колоритных обрядовых черт конкретной казачьей этнокультуры. Определяющее значение Церкви во всех сферах жизни российского казачества подтверждается рядом красноречивых фактов, среди которых - обязательное наличие храма, монастыря на территории проживания казачьих поселений в качестве центрального звена жизнеобеспечения воцерковленного народа. Многие монастыри и храмы на Руси были построены, в том числе, и трудами казачества, среди которых немало выдающихся православных деятелей, прославленных в лике святых: среди наиболее известных – Патриарх Гермоген, святители Димитрий Ростовский, Иоасаф Белгородский и другие [11].По данным исследований В. Е. Шамбарова, в XVII в. храмы имелись только в центрах казачьих областей (в Сибири — в городах и крупных селах), однако, уже при Петре I активно развернулось строительство станичных храмов. Именно тогда, вместе с постройкой церквей, Петр Великий запретил казакам жениться без участия священников, на майдане, как это было прежде и не соответствовало ортодоксальным христианским канонам. Воздвигались новые монастыри: на Дону мужские — Черниев, Кременской, женские — Старочеркасский, Ефремовский. Бекреневский и Усть-Медведицкий, которые вначале были мужскими, а позже были преобразованы в женские. Однако православное вероисповедание казаков сохраняло характерную специфику, которая проявлялась в соединении христианства и чтимых воинских традиций. Основой для такого сочетания служили идеалы Евангелия: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Иоанн. 15,1З).

Казачья доблесть

Не удивительно поэтому, что в доме казака на одной стене рядом с иконами висело и оружие. Казачьи монастыри, по традиции, служили обителями, в которых находили пристанище и уход воины-инвалиды, а в женские монастыри уходили вдовы, чьи мужья не вернулись из походов. Характеризуя особенности данной монастырской культуры, следует
указать еще на одно существенное обстоятельство — в отличие от
Центральной России, казачьи монастыри строились всегда на деньги и усилиями самих казаков, при этомтруд крепостных никогда не использовался. Как известно, и сами казаки за свою тысячелетнюю историю крепостными не были, что отразилось на их психологии и свободолюбивом облике. Этот факт служит дополнительным аргументом в пользу социального здоровья российского казачества, которое относилось к свободе («воле») и достоинству человека, даже самого низшего сословия, как самоценности и свидетельству равного положения всех людей перед Богом, что, конечно, не исключало признания строгой субординации в системе церковных, общинных, воинских и внутрисемейных отношений.
Постепенно, в процессе эволюции традиционной культуры казачества, формировались качества, которые принято считать отличительными чертами казака икоторые в значительной мере сохранили свою жизнеспособность в настоящее время – это высокоразвитое чувство личного достоинства, индивидуальной свободы, глубокой ответственности за судьбу Отечества, своего войска, станицы, семьи; трудолюбие и хозяйственность, владение воинскими навыками, дисциплина, любовь к родной земле, уважение к старшим, почитание обычаев и заветов предков. Понимание «свободы», как было отмечено выше, носило глубоко христианский смысл: свобода не воспринималась как анархия или своеволие, а понималась, прежде всего, как осознанное, добровольное и, зачастую, жертвенное служение России – Престолу Пресвятой Богородицы, воинская защита ее от внешних и внутренних врагов; служение ближним защита обиженных и обездоленных. Строгой нравственной дисциплине в сфере межличностных, в частности, семейных отношений в среде казачества способствовало и то, что значительная часть казаков оставалась старообрядцами — все уральцы, гребенцы (те́рские казаки, терцы, гребенцы́ — казаки, которые живут вдоль рек Терек, Сунжа, Асса, Кура, Малка, Кума, Подкумок на Северном Кавказе), много их было среди оренбуржцев, сибирцев, на Верхнем Дону.
Прибегая к иному определению, следует иметь в виду сторонников старорусского и греко-русского обрядов. Представляется интересным тот факт, что иногда девушки из старообрядческих семей старались выйти замуж за казаков греко-русского обряда, поскольку отношения в их семьях были несколько свободнее.Иногда члены даже одной семьи относились к различным исповеданиям. В этом случае традиционные, этнокультурные и обрядовые ценности, выступающие в качестве высших для представителей казачества, - они включали мировоззренческие принципы, стиль поведения, психологическую, обрядовую общность, схожесть ментальностей - являлись в сфере межличностных взаимодействий приоритетными, что и позволяло их участникам сглаживать возможные межконфессиональные конфликты. В качестве третьего слагаемого и ценнейшего инвариантного компонента традиционной культуры казачества считаем необходимым выделить его веротерпимость, национальную и этнокультурную толерантность, которая, с учетом неукоснительного следования общим казачьим традициям, позволяет охарактеризовать казачество как психологически избирательную, сбалансированную и социально гармоничную субэтнокультурную общность. Согласно исследованиям
В.Е. Шамбарова, казаки всегда умели устанавливать доброжелательные и добрососедские отношения даже с иноверцами и инородцами. На Кавказе в самый разгар войны куначились с горцами и нередко принимали инородцев в свою среду. К примеру, на Урале в XVIII столетии, если казаками желали стать пленные, они обязаны были креститься, но если татары, башкиры, калмыки вступали в ряды казачества добровольно, они могли сохранить свою веру и никто изменить ее их не принуждал. Еще исторические примеры: в Забайкальское Войско вошли целыми полками язычники-эвенки и буддисты-буряты. Известны даже случаи, когда казаками становились ламы. По установленному порядку на время сборов их отпускали из
дацанов, а затем они вновь возвращались к монашеской жизни.
На Тереке, в Бороздинской, располагались поселения казанских татар и тавлинцев, сохранивших ислам. Мусульмане-башкиры вошли в Оренбургское и Уральское Войска, буддисты-калмыки — в Астраханское, Донское и Уральское [10]. Подчеркнем: казаки - православные христиане воспринимали представителей иных религиозных верований как своих собратьев. Но, уважая чужие традиции, они строго соблюдали свои собственные. И такое положение лишь способствовало общему психологическому настрою и благородному делу – защите Отечества как единой земли для всех, кто на ней проживал. В настоящее время, когда происходит заметное возрождение высоких духовно – нравственных ориентиров традиционной культуры российского казачества, становится желательной трансляция и, возможно, интеграция этих ценностей в сферу общественных межкультурных коммуникаций как индикаторов, отражающих оздоровление социокультурного и психологического климата в современной России.
Важно учесть, что постоянное и непосредственное общение казаков с кочевыми народами, пребывание в составе многих степных народов не могло ограничиваться только внешней формой и не могло сводиться только к простому подчинению власти завоевателей. Разумеется, казаки неизбежно должны были до известной степени воспринять и самый дух степных народов, многие черты их быта и жизни. Интересен в этом отношении взгляд казаков на земледелие. Как известно, Донские казаки до недавнего времени принципиально отказывались от земледельческого занятия, считая его несовместимым с казачьим духом. Даже Войсковой Круг в 1690 г. издал указ, запрещающий канакам пахать и сеять: «Если кто будет пахать, того бить до смерти и грабить»... Такой взгляд могли усвоить у монголов за время своего совместного с ними проживания в составе Золотой Орды. Монголы, свято выполняя завет своего владыки, Чингиз-Хана, принципиально отказались от оседлой жизни, от земледелия, считая его занятием недостойным, низким. Чингиз-Хан оставил своим потомкам завещание, чтобы они «всегда сохраняли свой кочевой быт и остерегались становиться оседлыми».
Чингиз-Хан полагал, что свободными рыцарями, смелыми воинами, неподкупными военачальниками, честными администраторами в его империи могут быть только степняки-кочевники, не привязанные к материальным благам, неподвижно сосредоточенным на одном месте. Он считал, что у горожанина или земледельца, дрожащего над накопленными материальными ценностями, алчная привязанность к этому своему материальному богатству, животный страх за судьбу своего богатства, способны убитьдух свободы, дух рыцаря, сознание долга, чувство чести и порождают самые низменные чувства: продажность, подкупность, лесть, зависть, трусость, бесчестность, мелкий расчёт.И в ранней истории, и в период монгольского владычества, и особенно после него, казачество пополнялось не только путём естественного, внутреннего органического роста (рождение), но и путём социокультурного взаимодействия с другими народностями.
Свободная, вольная жизнь в непосредственной народной республике Донских казаков привлекала многих из состава других соседних народов. Они приходили и входили в состав Казачества, при этом процедура приёма была несложная и заключалась лишь в обязательном принятии определенной формулы. Приходили к казакам турки, греки, персы, поляки, чехи, татары, грузины, а с первой половины XVII ст. и калмыки, в меньшей степени великороссами, которые не были приспособлены к ратной жизни казаков и, по многим объективным причинам, не могли приходить в казачество. Важным историческим фактом, подтвержденным рядом русскихученых-историков, является то, что Казачество не было образовано беглыми русскими людьми и что даже пополнение его беглецами из Великороссии было незначительным. Так, русский историк и учёный-археолог
Е.А.Ознобишин решительно отвергает подобную «теорию» и пишет: «Басня, переданная Броневским, о беглых москвичах, основавших донское казачество, тоже не имеет основания и не выдерживает критики. В XV веке, в момент появления казаков на Дону, в России не было ещё крепостного права, и всякий мог переходить с одного места на другое: предполагать же, что беглые были исключительно преступники, тоже нет основания. Какое число преступлений надо было совершить, чтобы образовалась целая масса, целые тучи преступников, где-то увидавших друг друга, сговорившихся бежать куда-то в неизвестные страны, к неизвестным народам и, явившись на место в низовья Дона, сейчас же сумевших проявить ум, сметливость, отвагу; успевших приобрести оружие, составивших правильное общество, беспощадное для преступлений, управляемое вечем и имеющее толковых грамотеев, умевших писать царям. Все эти предположения — одна фантазия, и можно положительно доказать, что беглые московские люди могли явиться на Дон только тогда, когда были уверены, что найдут там приют и защиту, т. е. уже долго спустя после появления донцов
на Дону, после закрепощения крестьян и после церковного раскола, а в
другое время из России на Дон являлись единицами»
[1;15].
О массовом вступлении в Казачество как интернациональную этнокультурную общность представителей иных народов свидетельствуют многочисленные казачьи фамилии: Турчаниновы, Грековы, Поляковы, Черкасовы, Татаркины, Калмыковы, Грузиновы, Персидсковы и т. д. и фамилии, явно происходящие от слов не славянского корня. Например, фамилия Харламов очевидно происходит от калмыцкого слова: хар - чёрный, лам - священник. Харлам - по-калмыцки значит — человек, отрекшийся от духовного сана. Боков — тоже от калмыцкого слова. Бок - буквально пыль, сор. По смыслу — человек не знатного происхождения, находящийся на низшей сословной ступени. Темирев - от калмыцкого слова Темир - буквально железо, значит — железной силы (воли) человек. Таких примеров можно привести множество. Конечно, важным фактором является общность русского языка, однако существуют интересные мнения историков из казачества, которые отмечают, что в исторически отдалённое время, когда возникло, развивалось и укреплялось Донское Казачество, единого русского языка не существовало, а были только отдельные славянские наречия, в том числе и Донское. Генуэзец Варбаро, долго живший в Азове, в 1436 году писал, что «в Приазовье живёт народ, называемый азак-казак, говорящий славяно-татарским языком». Это свидетельство о том, что казаки говорили на славяно-татарском языке, т. е. на своём Донском, казачьем наречии.
Следует помнить, что существующий единый русский литературный язык сформировался и укрепил свои позиции в истории и культуре Нового времени. По словам И.С. Тургенева, только А.С. Пушкин
(а до него – М.В. Ломоносов) «создал русский язык и установил литературу». Русская аристократия, по крайней мере, до Отечественной войны 1812 года считала великорусское наречие языком дикарей и стыдилась говорить на этом наречии. Объективным фактом является то, что – как ни парадоксально – именно трагические события войны с войсками Наполеона Бонапарта побудило русскую знать осваивать русский
язык, чтобы уметь общаться с собственным народом: родной русский
язык послужил мощнейшим консолидирующим фактором.
На основании анализа некоторых концепций и исторических данных правомерно дать следующее определение: казаки - особый народ, с сильной примесью тюркской крови; являются коренными обитателями исторической Казакии (современных Казачьих Земель); со времён Хазарской империи (вторая половина VII ст.) и вплоть до самого конца XIV ст. (распад Золотой Орды), т. е. на протяжении почти 600 лет, беспрерывно жили на своей древней земле, сохраняя своё национальное лицо, народный быт, хозяйственную структуру, свою христианскую религию и самобытную казачью культуру. Казаки, несмотря на полуторавековое владычество татаро-монголов, сохранились как особый народ, сохранили свою самобытность, свою историко-культурную и духовно-психологическую уникальность, волю к свободе, и, самое главное - сохранили своё право и возможность свободно выбирать себе военных и политических союзников. К такому шагу толкнула казаков ещё и религиозная нетерпимость татар к христианам, когда прежняя монгольская широкая веротерпимость была заменена мусульманским фанатизмом.В течение этого периода времени (конец XIV и начало XV века) территория Казакии последовательно подверглась нашествию новых и грозных завоевателей — Тохтамыша и Тамерлана. Достоверно, известно, что, значительная часть Донских казаков в самом конце XIV ст. переселилась на север, в пределы лесной полосы, в непосредственное соседство с Московским и Рязанским княжествами, на их окраины и пределы. Часть же казаков сохранилась в низовьях Дона, поступив на службу возобновлённого в 1400 году генуэзцами городаАзова (а после захвата его в 1471 году турками и к этим последним), получив название азовских казаков; часть же казаков поступила на службу генуэзских городов в Крыму; но часть казаков все же осталась на своих старых местах, на родной земле, отойдя в глухие, малодоступные места. Именно с этого времени становятся широко известными «азовские», «генуэзские», «рязанские», «московские» и т. д. казаки, поступающие на службу, ищущие работу, «батраки», как их называют некоторые историки, как и сейчас у нас имеются «парижские», «болгарские», «сербские» и т. д. казаки. Это были первые казачьи эмигранты конца XIV и начала XV ст., - далёкие казачьи предки, вынужденные эмигрировать, искали службу, работу, «батрачествовали» и при первой возможности возвращались в свою родную страну. Несмотря на запретительные меры московских князей, возвращение казачьей эмиграции на Родину продолжалось в XV и в начале XVI века.
Однако не все казачьи эмигранты вернулись из пределов Московского царства на свою Родину. Часть казаков осталась и послужила основой так называемого служилого, «городового», «сторожевого», «поместного» казачества, которое уже имело мало общего с Вольным Казачеством, превратившись с течением времени в служилое сословие.
В первой половине XVI ст. оставшиеся на Дону и вернувшиеся из пределов Московского царства Донские казаки, объединившись, на древних казачьих началах, по казачьему древнему обыкновению, создают, укрепляют и развивают тот общественно-государственный организм, который позже будет называться республикой Вольного Казачества, существование которой – объективная данность.Итак,казаки — особый народ, происшедший из смешения и долгого совместного сожительства на определённой территории славяно-русов с тюрко-казахами.«Смешение казахов (черкасов) с Кавказа и вообще тюркских народностей (печенегов, торков, половцев) с русами в Поднепровье привело к образованию особой народности — поднепровских черкасов, из которых, главным образом, и образовалось Запорожское Войско, этнически слившееся большей своей частью с украинским народом, передавшим своё название и особый характер и бытовые особенности поднепровской части населения Украины. «Смешение казахов с славяно-русами Подонскими и Приазовскими (Казакии) привело к образованию особой бродницкой народности, которая получила в системе Золотой Орды государственное, военно-служилое положение и значение Казачества.
Эта народность усвоила название казаков, как этнической общности.
«Смешение казахов (черкасов) кавказских с киргизами повело к образованию особой киргиз-казацкой народности, особого народного организма», — отмечает казачий историк И.Ф. Быкадоров в своём труде «История Казачества»[3]. О том, что из себя представляло Донское Казачество начиная с первой половины XVI ст., какою общественно-государственною жизнью оно жило до начала XVIII ст. т. е. до момента жестокой, расправы с Донским Казачеством, учинённой Петром I, достаточно известно. С этого момента казачья история довольно хорошо освещена учеными-историками. «Войско Донское не было результатом царского повеления или правительственной деятельности, оно не было провинцией или колонией царства. Войско Донское было народной колонией, вольной и независимой. Оно было государством, а не провинцией... Государственная власть на Дону имела своим источником народную волю, и донская колония представляла из себя республику. Суверенная верховная власть в Донской республике принадлежала общему народному собранию, носившему название Круга или Войскового Круга». Даже в царских грамотахнарод Дона упоминается всегда прежде его выборного Атамана. Круг был верховным органом народной воли. Ни один из органов исполнительной власти не имел права действовать в каком-либо важном деле без «войскового совету и приказу», т. е. без приговора Круга. Итак, в период 1540-1721 г. Донской Войсковой Круг был народным собранием единой Демократической Республики. Донское Войско представляло из себя в ХVІ-ХVІІ ст. военно-демократическую республику. Эта республика была особым, отдельным от Московского царства, государством, имела свою территорию, свой народ и свою власть. Народ Дона составляли Донские казаки, свободныеграждане Донской республики в период с 1546 и вплоть до 1671 года. Донское Войско являлось независимым государством.
Независимость Донского Войска, согласно историческим данным, выражалась не только в наличии своей территории, власти и народа, но и в независимости власти, в независимости дипломатических сношений с соседними народами и государствами, в полной независимости начала, ведения войны и заключения мира, в наличии и реализации своих интересов [3;4].Одним словом, казачество, в соответствии с доводами
И.Ф. Быкадорова, следует считать особым народом, который ведёт своё начало ещё с VII ст. Формировался, развивался и укреплялся в течение многих веков, входя в состав различных степных государств. Это развитие и укрепление особенно сильным было в период монгольского владычества. В конце XIV и в начале XV ст. (после распада Золотой Орды) Казачество пережило самые большие национальные бедствия, но к XVI веку снова оправилось и с тех пор до начала ХVII ст., когда Пётр I разгромил его, жило особой самостоятельной государственной жизнью, форма которой подходила под современный республиканский строй, от начала и до самых верхов государственной лестницы проникнутый выборными началами. Некоторые казачьи историки в наличии такой государственной системы в Казачестве видят лишнее доказательство несостоятельности теории происхождения казаков от беглых московских крестьян.Вот чем было, чем являлось Казачество до начала XVIII ст., т. е. до 1721 года (формально), когда естественное его дальнейшее развитие было прекращено грубой физической силой, когда Казачество пережило страшную национальную трагедию, когда десятки тысяч казаков по жестокому повелению Петра I были уничтожены. С этого периода казачья жизнь качественно трансформировалась: Казачество стало пребывать в атмосфере несвободы, деспотии; постепенно, под давлением физической силыи насилия, казачьяментальность подвергалась деформации, сила его автономности и сопротивляемости стала уменьшаться.
Некогда романтический, рыцарский образ свободолюбивого и вольного казака постепенно стал терять былую яркость и принимать иные очертания, однако в сложных исторических обстоятельствах своего развития казачество сохранило свой духовно-нравственный потенциал, способный к новому этапу возрождения.Если исходить из современных научно обоснованных сущностных характеристик казачества,в прошлом оно представляло собой сложное саморазвивающееся этно-социальное явление, к началу XX в. вобравшее в себя все основные элементы социально-этнической и социально-классовой структуры общества и, как следствие, являвшееся одновременно и субэтносом великорусского этноса, и особым военно-служивым сословием. На различных этапах существования казачества в его состав входили русские, украинцы, представители некоторых степных кочевников, народов Северного Кавказа, Сибири, Средней Азии, Дальнего Востока. К началу XX в. у казачества полностью доминировала восточно-славянская этническая основа.

Казак. 1914 г.

Казаки проживали на Дону, Северном Кавказе, Урале, Дальнем Востоке, в Сибири. Те или иные казачьи общины входили в состав конкретного казачьего войска. Язык казаков — русский. В казачьей среде отмечается ряд диалектов: донской, кубанский, уральский, оренбургский и другие. Казаки пользовались русской письменностью. К 1917 году насчитывалось 4 миллиона 434 тысяч казаков обоего пола.В настоящее время нет точных данных о численности казаков и их потомков. По различным примерным подсчетам, в 73 субъектах РФ проживает более 5 миллионов казаков. Количество казаков, находящихся в местах компактного проживания в Казахстане и на Украине, а также число их потомков в дальнем зарубежье точно неизвестно.







Дата добавления: 2015-09-18; просмотров: 612. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.003 сек.) русская версия | украинская версия