Пожары в Петербурге, виновников которых так хотел найти Н. Лесков

Лескову довелось стать свидетелем того, как избивали студентов. «Подозрительных» молодых людей пытались бросить в бушующее пламя. При этом толпа громко проклинала поджигателей. Под впечатлением увиденной сцены Лесков отправился в редакцию «Северной пчелы». Здесь также говорили о связи пожаров с революционными прокламациями, но бесчинство толпы и равнодушие полицейских возмущали всех присутствующих.

Тогда Лесков вместе со своим другом Бенни решили через газету обратиться к полиции с требованием расследовать слухи и найти истинных виновников пожаров. «Среди всеобщего ужаса, который распространяют в столице почти ежедневные большие пожары, – писал Лесков, – в народе носится слух, что Петербург горит от поджогов и что поджигают его с разных концов 300 человек. В народе указывают на сорт людей, к которому будто бы принадлежат поджигатели, и общественная ненависть к людям этого сорта растет с неимоверной быстротой... Для спокойствия общества и устранения беспорядков, могущих появиться на пожарах, считаем необходимым, чтобы полиция тотчас же огласила все основательные соображения, которые она имеет насчет происхождения ужасающих столицу пожаров...». Этим обращением Лесков предполагал защитить студентов от клеветы. Но случилось обратное.

В редакцию газеты вскоре пришли два человека, которые назвали себя «депутацией от молодого поколения», и заявили протест Лескову, обвиняя его в натравливании органов власти на студентов. Журнал «Искра» поместил карикатуру, изобразив добровольную дружину «Северной пчелы», спешащую на тушение пожаров. Писатель получил два анонимных послания с угрозами. Статья Лескова, его апелляция к властям была воспринята как пособничество реакции. В июне в «Северной пчеле» вышли его оправдательные статьи. Но это ничего не изменило. Скандал и сплетни вокруг имени Лескова не прекращались. Петербургская интеллигенция отвернулась от него, и 6 сентября Лесков покинул столицу с заграничным паспортом. «Если родишься в России и сунешься на писательское поприще с честными желаниями, – проси мать слепить тебя из гранита и чугуна», – так определил драматизм судьбы писателя известный публицист и журналист Г. Благосветлов. Лесков был соткан всего лишь из нервов.