Генеральное интервью

Без такового настоящее журналистское расследование нельзя считать завершенным. Генеральное интервью необходимо не только для соблюдения этических норм – возможно, вам придется совершенно иначе расставить акценты в материале, потому что выяснятся нюансы, о которых вы даже не догадывались. Совершенно необязательно и даже излишне предлагать фигуранту вашего расследования ознакомиться с материалом в целом – лучше показать только то, что касается непосредственно его участия в данном деле, дабы не посвящать его до выхода статьи во все детали вашей работы. Если же фигурант не пожелал с вами разговаривать – а это его право, – то в завершение статьи вы можете отметить, что такой-то отказался от предложения прокомментировать изложенные факты. Поверьте, это только усилит доверие читателей к публикации.

Некоторые зарубежные коллеги рекомендуют встречаться с фигурантом на первых этапах работы. По их мнению, объект расследования все равно проведает о вашей работе, как бы тщательно вы ни соблюдали меры предосторожности. Получив фору во времени, он может предпринять контрнаступление или продумать линию поведения при встрече с вами. Если же вы заявитесь к интересующему вас персонажу, не дожидаясь, когда он узнает о проявленном к нему интересе, то застанете его врасплох и можете рассчитывать на большую искренность. Кроме того, вы сможете избавиться от лишней работы, если оказались на ложном пути. Эта аргументация не лишена логики, но она более приемлема для стран, где преобладает цивилизованное отношение к журналистам и СМИ. Нам же не раз приходилось сталкиваться с тем, что герой расследования, прослышав о готовящейся публикации, всячески старался предотвратить появление статьи.

В практике работы сотрудников Агентства применялись и особые приемы проведения генерального интервью, которые в ряде случаев, оказывались весьма эффективными. Речь идет об использовании объекта критики (отрицательного героя вашего журналистского расследования) «втемную».

От обычного генерального интервью эта технология отличается лишь тем, что объекты нашей критики до последнего момента не понимают, почему им задают те или иные вопросы.