У каждой системы своя совесть

Мы установили, что мерилом для совести является то, что ценится в той группе, к которой мы принадлежим. Но каждый человек входит в несколько систем и состоит в разных отношениях, интересы которых часто противоречат друг другу. Поэтому у людей, принадлежащих к разным группам, совесть тоже разная, а у тех, кто входит сразу в несколько групп, для каждой из них своя совесть. Законы связи, баланса и порядка в каждой системе тоже свои.

В группе воров, чтобы иметь право остаться, человек должен воровать, а в какой-нибудь другой группе именно этого делать нельзя. Но члены и той, и другой группы подчиняются их правилам одинаково старательно и добросовестно. Таким образом, содержание совести не имеет отношения к добру и злу, оно связано с тем, что считается ценностью в данной группе.

Человек, появившийся на свет в еврейской семье, чувствует себя хорошо и уверенно, если принимает ее веру, если же он от нее отрекается, то чувствует себя плохим и ощущает над собой угрозу. То же чувство вины и невиновности испытывают христиане и мусульмане, когда следуют своей вере или от нее отрекаются.

Совесть удерживает нас в группе, как собака удерживает овец в отаре. Но когда наше окружение меняется, защищая нас, она, как хамелеон, меняет окраску. Поэтому с матерью у нас одна совесть, с отцом — другая, в семье — третья, на работе — четвертая, в церкви — пятая, а за столиком в баре — шестая. То, что хорошо для одной системы, может быть вредно для другой; то, что приносит нам невиновность в одной, делает нас виновными в другой. Так за один поступок мы предстаем перед многими судьями, и в то время как один зачитывает нам приговор, другой нас оправдывает.

Так что рассчитывать на невиновность безнадежно. Если знать, что чувства вины и невиновности — это средства, помогающие нам ориентироваться, чтобы мы могли существовать в определенных отношениях, тогда важно не то, виновны мы или невиновны, а важно, чтобы мы могли вести себя в соответствии со своим окружением. Эту дилемму я обобщил в одной маленькой истории. Когда я ее рассказываю, большинство слушателей «застревают» на ее переднем плане. Но у этой истории есть еще и средний и задний планы.

Игроки

Противниками представляясь друг другу,

они

сидят напротив и

на одной и той же доске

различными фигурами

по сложным правилам

за ходом ход

ведут одну

и туже королевскую игру.

И оба жертвуют игре

фигуры разные,

и не дают друг другу передышки,

покуда

не кончается движенье.

Коль дальше хода нет,

то партии конец.

Тогда один на сторону другого переходит,

меняя цвет,

и снова та же начинается игра,

лишь партия другая.

Но кто играет долго,

выигрывая

и проигрывая часто,

тот мастером становится

с обеих сторон.