Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ЕВРОПЫ В XI—XV ВВ.




 

Правительственные документы, так же как и еврейские источники, свидетельствуют об относительном благополучии евреев в странах Северной и Центральной Европы XI—XIII вв., несмотря на то, что со стороны церкви усиливается антиеврейская агитация и влияние ее растет в народных массах.

В примитивных условиях общественного уклада Северной и Центральной Европы того времени с ее почти натуральным замкнутым хозяйством и редкими городами евреи были важным экономическим фактором. В основном они занимались торговлей, зачастую в широком масштабе. Евреи считались незаменимым элементом в процессе заселения земель и развития городов. Так, например, всего за двенадцать лет до начала первого крестового похода, в 1084 г., несколько еврейских семейств решили покинуть город Майнц в Прирейнской области в поисках новых мест. Епископ города Шпейер пригласил их осесть в одном из пригородов, который он собирался заселить. В выданной им привилегии было сказано: «Я тысячекратно увеличу славу города, если приведу и евреев в его пределы».

Он обещал евреям, намеревавшимся поселиться в Шпейере, самые широкие права, отвел им особый укрепленный квартал и поручил им самим защищать его. Епископ гарантировал им полную свободу торговли, в особенности право заниматься разменом денег, имевшим в тот период важное экономическое значение из-за недостатка монет, с одной стороны, и их разнообразия, с другой.

Шпейерский правитель постановил, что «еврейский епископ» — под этим термином подразумевался глава общины или ее раввин — будет иметь право чинить суд в спорных делах, «между ними или против них», т. е. даже {314} тогда, когда христианин жалуется на еврея. Однако важные дела были подсудны самому правителю.

В шпейерской привилегии имеются параграфы, явно противоречившие церковным постановлениям, как, например, разрешение нанимать христианских кормилиц и рабочих, несмотря на запрет целого ряда церковных соборов.

Шесть лет спустя, в 1090 г., германский император Генрих IV дал евреям городов Шпейер и Вормс охранные грамоты. Эти грамоты являлись по существу императорским утверждением привилегии, выданной шпейерским епископом. Все три сохранившиеся грамоты служат доказательством того, что вплоть до первого крестового похода евреи были в глазах властителей городов и в глазах самого германского императора желательным элементом для заселения городов и что им предоставлялись права, которые включали свободу торговли и передвижения, защиту и укрепление их кварталов, а также обширное самоуправление с независимым судопроизводством.

В конце XI в., вскоре после нормандского завоевания (1066 г.), евреи Северной Франции начали селиться в Англии (на «морских островах», как называлась Англия в еврейских средневековых источниках). Однако в основном еврейская иммиграция шла не из юго-западной Европы на северо-запад, а из Центральной Европы, с берегов Рейна, на восток и на юг Германии, а впоследствии и в славянские страны: в Богемию, Моравию, Польшу и Литву. Евреи этого района назывались «ашкеназскими» (Ашкеназ на иврите — Германия), в отличие от «сефардских» евреев, проживавших в Испании и в Средиземноморье (Сефарад на иврите — Испания). Ашкеназские общины не были многочисленными. Община в 100—200 семей считалась большой.

Первыми в новые страны прибывали еврейские купцы, которые покупали у рыцарей военную добычу, а иногда ссужали их деньгами под проценты. По мере того как евреи стали принимать активное участие не только в международной, но и в местной торговле, укреплялась их связь с этими странами. До конца XI в. экономическая деятельность еврейских купцов была, очевидно, весьма {315} успешной, а их правовое положение было вполне удовлетворительным. Притеснения евреев со стороны городской и королевской властей были исключительным явлением. Так, например, в начале XI в. (1007г.) евреи подверглись некоторым преследованиям во Франции, а в 1012 г. император Генрих II приказал изгнать евреев из города Майнца.

Однако, судя по привилегиям конца XI века, преследования эти вскоре прекратились, но монахи и низшее духовенство продолжали натравливать массы на народ, исповедующий чуждую религию. В простонародье росла и усиливалась ненависть к евреям. Эта затаенная вражда прорвалась в 1096 г., когда толпы рыцарей, горожан и крестьян направились в первый крестовый поход. По Европе прокатилась волна погромов. Их зачинщики заявляли: «Мы выступаем в дальний поход, чтобы освободить гроб Господен от бусурманской власти, а среди нас самих проживают евреи-христоубийцы. Пусть они либо крестятся, либо погибнут» — таков был лозунг крестоносцев.

Еврейские общины не были подготовлены к такому ходу событий. Погромы начались, по-видимому, на юге Франции, но там они не приняли широкие размеры.

Весной 1096 г., в апреле, мае и июне, разразились погромы в Прирейнской области. Несмотря на то, что рейнские евреи были заранее предупреждены о надвигающейся опасности, они лишь в самый последний момент обратились к императору с просьбой дать им защиту, обещанную в привилегиях. Они платили огромные суммы епископам и начальникам городских гарнизонов за то, чтобы им были предоставлены форты и вспомогательные отряды для обороны. Но посланные на помощь солдаты отказывались защищать «нехристей» от христианских воинов, отправляющихся в крестовый поход, и покидали евреев на произвол судьбы.

Города стали открывать свои ворота. Некоторые настойчивые и энергичные епископы противились погромам и подавляли их всеми мерами: громилы карались смертной казнью или отсечением рук. Так вел себя, например, епископ Кельна. Но были и такие, как епископ {316} города Майнца, который, опасаясь за свою жизнь, бежал перед приходом крестоносцев.

Евреи прибегали к всевозможным способам самозащиты. В Майнце они, под руководством главы общины Калонимоса, дважды вступали в бой, вооруженные мечами и покрытые броней. Сначала они пытались задержать врагов у ворот города, но были вынуждены отступить, продолжая бой у ворот своего укрепленного квартала. Но и здесь они потерпели поражение, т. к. никакие горожане не могли в те времена противостоять искусным в военном деле рыцарям, в особенности, когда они превосходили их численно.

Безудержный разгул крестоносцев привел к беспримерной до того волне погромов, насилий, убийств и грабежей, прокатившейся по Западной Европе. Бывали случаи, когда охваченные ужасом евреи переходили в христианство. Иногда крестились даже целые общины.

 

Но и в эти времена, так же как в предыдущие трагические периоды еврейской истории, — гонения Антиоха Эпифана или императора Адриана — характерной чертой огромного большинства евреев была готовность умереть, «освящая имя Его» («ал киддуш га-шем»), т. е. жертвовать жизнью во имя своей непоколебимой веры. Во многих общинах, как, например, в Майнце, Ксантене и других городах, евреи сражались до последнего издыхания и лишь тогда, когда их силы уже были совершенно истощены или когда они убеждались в том, что нет больше никакой надежды противостоять врагам, они лишали жизни себя, своих жен и детей. Тысячи евреев совершили этот мученический подвиг. Летописец-современник оплакивает судьбу «ста тысяч евреев, принесших себя в жертву во имя веры» только в одном Майнце. Даже принимая во внимание, что цифра во много раз преувеличена, нет сомнения, что в Майнце погибло большое число евреев, некоторые из них после длительных и жестоких мучений, которым подвергли их крестоносцы, пытаясь заставить их принять христианство.

Когда крестоносцы летом 1096 г. двинулись дальше на юго-восток, они оставили за собой на берегах Рейна {317} кровавый след вырезанных и уничтоженных еврейских общин и горсточки отчаявшихся неофитов, насильно обращенных в христианство. Продолжая свой путь в Палестину, крестоносцы не прекращали свой разгул. Овладев в 1099 году Иерусалимом, они загнали еврейских жителей города в синагогу и дожгли их живьем.

Суммируя результаты первого крестового похода, можно с уверенностью прийти к выводу, что, несмотря на зверства, злодеяния, погромы и убийства, цели инициаторов похода и агитаторов, натравливавших народные массы на евреев, не были достигнуты. В своей основной задаче — обратить евреев в христианство — возбудители этого массового пароксизма средневекового фанатизма потерпели неудачу.

 

Насильно крещенные почти тотчас же вернулись в лоно еврейства, получив на это согласие императора Генриха IV, вопреки протесту римского папы. Огнем и мечом не только не удалось сломить дух еврейского народа, а напротив, гонения и муки вновь выявили его характерную черту: беспредельную готовность к самопожертвованию во имя идеи и веры.

Во второй половине средних веков подвиг «киддуш га-шем» стал знамением времени в жизни европейского еврейства. Гонения 1096 г. являются во многих отношениях поворотным пунктом в истории всех западноевропейских евреев — за исключением испанских. В глазах доведенной до изуверского фанатизма толпы евреи были фактически объявлены вне закона. Они утратили чувство безопасности даже в укрепленных городах. Стало очевидным, что в разгар религиозного фанатизма ни император, ни церковные власти не были в состоянии обеспечить безопасность, обещанную евреям в охранных грамотах. Наказания за бесчинства были весьма редки и не могли предотвратить погромы. Хотя в последовавший затем период резни повторялись значительно реже, все же в продолжение всего XII в. евреи жили в постоянном страхе, и их безопасность почти всецело зависела от покровительства властей.

Во время второго крестового похода, в сороковых годах XII в., настоятель монастыря Клерво, Бернард, {318} выступил в своем послании против подстрекательства к погромам и успешно защищал евреев. Во время третьего крестового похода, происшедшего во второй половине того же века, защита, предоставленная евреям в Германии и Франции, была сравнительно эффективной. Однако в конце XII в. гонения, резни и кровавые наветы возобновились с новой силой.

В 1171 г. во французском городе Блуа на евреев возвели обвинение в ритуальном убийстве. Тридцать четыре еврея были сожжены на костре, категорически отказавшись отступить от своей веры. Известие об этом событии глубоко потрясло все еврейство Европы.

В 1189 году, накануне третьего крестового похода, к которому готовились английские рыцари, во время коронационных торжеств, разразились погромы и в Англии. Евреи города Йорка засели в крепости и отказались впускать в нее даже королевских чиновников. Чернь осадила крепость, и, когда, после геройского сопротивления, у евреев не было больше никакой возможности защищаться, они умертвили свои семьи и самих себя (1190 г.).

 

В начале XIII в. участились обвинения евреев в ритуальных убийствах. В 1235 г. возвели кровавый навет на евреев города Фульды. Тела якобы убитых ими христианских детей были показаны императору Фридриху II как доказательство вины всех евреев Германии. Однако этот император, покровитель наук и противник папства, был убежден в невиновности евреев.

Он созвал ученых из среды крещеных евреев всей Западной Европы, и они подтвердили, что заветы еврейской религии категорически запрещают какое-либо убийство и что даже употребление крови животного противно еврейским законам и обрядам. Обсуждения и решения съезда были опубликованы Фридрихом II в особом послании. Но даже этот оправдательный вердикт не приостановил волны кровавых наветов, прокатившейся по всей Германии в XIII и XIV вв. Да и не только кровавых наветов...

В 1298—99 гг., во время гражданской войны на юго-западе государства, на евреев было возведено обвинение в осквернении просфоры; лютый юдофоб, изувер Риндфлейш, очевидно, {319} мясник по профессии, собрал вокруг себя толпы черни и разгромил свыше 140 еврейских общин.

Во Франции в 1320—21 гг. евреи были обвинены в отравлении колодцев с помощью нанятых ими для этой цели прокаженных. Результатом этого чудовищного обвинения была новая волна гонений во Франции и в соседних странах.

Шестнадцать лет спустя, в 1336—37 гг., в Германии буйствовали и громили евреев крестьянские шайки, под командой двух дворян, прозванных «Армледер»; они уничтожили около 110 общин.

Антиеврейский террор достиг крайнего предела в 1348—49 гг., в дни эпидемии чумы, прозванной «черной смертью». Подавляющее большинство еврейских общин в Германии, Франции, Швейцарии, Богемии и в Польше было зверски истреблено.

Число евреев в Германии резко уменьшилось. Многие германские города приняли решение не впускать больше евреев в свои пределы, во всяком случае не раньше, чем по истечении двухсот лет. Однако экономическое значение евреев было столь велико, что всего несколько лет после своей торжественной клятвы эти же города вновь открывают евреям доступ. Вновь появляются хорошо организованные еврейские общины, и возобновляется их духовная деятельность. Во Франции в течение XIII и XIV вв. евреи неоднократно изгонялись из городов и их имущество конфисковалось. Но так как и правительство и население постоянно нуждались в евреях, ссужавших их деньгами, им неоднократно разрешалось возвращаться.

 

Такое положение продолжалось вплоть до окончательного изгнания в 1394 г., после которого евреи остались во Франции лишь в нескольких городах, подвластных римскому папе. Число евреев во Франции в XV в. было очень незначительным. Да и в Германии этот век памятен своими кровавыми наветами и частыми изгнаниями евреев. Однако из-за политического расщепления Германии изгнание не было повсеместным. Изгнанные из городов евреи селились обычно в маленьких местечках или деревнях, расположенных вблизи их бывшего местожительства.

 

{320} Одним из важнейших последствий преследований XI— XIV вв. был упадок еврейской торговли как раз в то время, когда значение городов в Европе все более и более усиливалось и христианские купцы начали преуспевать. Бездорожье и примитивные средства передвижения нередко приводили к многократному подорожанию товаров. На торговых путях купцы — как христианские, так и еврейские — часто подвергались нападениям рыцарей-грабителей.

Однако евреям и их имуществу, в особенности в периоды гонений и преследований, грозила несравненно большая опасность, да и не только на дорогах, но и в их собственных домах. В эту же эпоху, т. е. в XII—XIII вв., католическая церковь стала проводить в жизнь закон, запрещавший христианам ссужать деньги под проценты. Борьба за запрет ростовщичества была весьма упорной, т. к. денежные операции, связанные со ссудами под проценты, были широко распространены. Даже монастыри занимались ими. Все же большинство христиан подчинилось запрету церковных властей, а другие были принуждены вести свои дела потаено и прибегать ко всевозможным уловкам, чтобы замаскировать их. До начала первого крестового похода еврейские купцы — как и все другие, принадлежавшие к этому сословию —ссужали деньги под проценты, что в ту пору было лишь одной из форм их коммерческой деятельности.

В последующий же период круг их занятий становился все уже и уже вследствие бесправия и неуверенности в завтрашнем дне. Продавая товары и не имея возможности купить или ввозить новые, они волей-неволей скопляли в своих руках значительные денежные суммы. С другой стороны, как евреи, они не были подчинены, запретам церковных властей. Все больше и больше христиан стало, обращаться к ним за займами; К их услугам прибегали главным образом нуждавшиеся в мелких суммах, из-за которых христианские заимодавцы не желали, подвергаться риску религиозной анафемы. Постепенно такого рода денежные сделки превратились в главнейший источник существования евреев, — в Англии и Франции с конца XII века, а в Германии с начала XIII века. Однако во {321} Франции, и в особенности в Германии, многие евреи продолжали заниматься торговлей, преимущественно шерстью, которую они препровождали по Рейну. Появились еврейские коммерсанты, покупавшие товары в прирейнских городах и продававшие их в Венгрии. В XII—XIII вв. упоминаются «шедшие в Россию» («голхей Русья») — еврейские купцы, доходившие даже до Киева, но они, очевидно, были немногочисленны.

 

С течением времени в воображении христианского населения Англии, Франции, Германии, Австрии и Италии ростовщичество тесно связалось с образом еврея. Такое представление в сознании христианских масс оказалось для евреев чреватым опасными последствиями. Денежные ссуды являлись, однако, необходимостью в экономике той эпохи; сам по себе факт, что евреям вновь было дано право селиться в городах, откуда их столь недавно изгнали «навсегда», доказывает, насколько экономика нуждалась в услугах еврейских заимодавцев.

Ссудные операции были, таким образом, неотъемлемой частью средневековой экономики Европы. В условиях средневекового общества и при том положении, которое занимали в нем евреи, эти операции были сосредоточены, главным образом, в их руках и, хотя они были сопряжены с немалым риском, в общем приносили большие прибыли. Вполне естественно, это приводило к антагонизму между евреями и окружающей их средой и усиливало озлобленность и чувство вражды, раздуваемые религиозным фанатизмом и передававшиеся из поколения в поколение.

Наряду с религиозной нетерпимостью и этот антагонизм в немалой степени содействовал разгулу погромов в XIII — XIV вв., а образ еврея-ростовщика, неумолимо требующего уплаты долга; еще много лет спустя продолжал волновать воображение людей в христианских странах. Этот образ с необычайным художественным мастерством был запечатлен Шекспиром в лице одного из героев его драмы «Венецианский купец». Знаменателен, однако, тот факт, что образ Шейлока впервые появился на сцене тогда, когда в Англии уже несколько сот лет не было ни одного еврея.

{322} Короли, епископы и феодальные князья охотно пользовались услугами евреев в качестве заимодавцев. Евреи платили королевской казне тяжелые подати, которые намного превышали налоги, вносившиеся другими горожанами. Когда казна сильно нуждалась в деньгах, она тотчас же облагала евреев добавочными поборами или же попросту грабила их и расхищала их имущество. Предоставленный евреям торг деньгами стал таким образом удобным средством пополнения казны христианских феодальных владык.

Папа Иннокентий III утверждал в одном из своих посланий, что некоторые князья сами стыдятся давать деньги в рост, вместо этого они привлекают евреев в свои города и деревни и назначают их агентами по взиманию лихвы. О том, насколько еврейские заимодавцы были важны для королевских властей даже во враждебных евреям условиях, созданных католической церковью в западноевропейских странах, свидетельствует их положение в Англии.

Английское королевство было — по понятиям того времени — с административной точки зрения гораздо более передовым, чем другие страны Западной Европы, но в нем эксплуатация евреев королевской казной была доведена до крайности. Короли находили, что следуемые евреям долги причитаются, по существу, им самим.

Когда в 1190 г. начались нападения на евреев, английские королевские власти пришли к убеждению, что они приносят вред казне. Если убивали еврея и грабили его дом, то долговые расписки, находившиеся в его сундуках, терялись, как и все его добро, и «законный» наследник убитого, его повелитель — король — не знал, с кого взимать долг. Поэтому в 6—7 центральных городах были установлены специальные «сейфы», к которым были приставлены «хранители» — двое почетных евреев и двое почетных христиан. Каждое долговое обязательство выдавалось еврею в двух экземплярах. Евреев заставляли приносить присягу, что они будут передавать все имеющиеся в их руках векселя в эти хранилища. Один экземпляр сдавался в королевское хранилище, а второй оставался у еврея. Для того, чтобы достать копию такого {323} долгового обязательства из хранилища, требовалось специальное разрешение кредитора. Таким образом, король имел отныне возможность следить за финансовыми операциями, и во время погромов ему не грозили денежные потери: он взыскивал долги на основании находившихся в хранилище копий.

В XIII в. непомерное вымогательство королей довелоевреев Англии до полного обнищания. Христианские хронисты отмечают настоятельные просьбы руководителей еврейских общин о разрешении покинуть Англию.

В конце XII в. в Англии появились итальянцы, занимавшиеся ростовщичеством. Очевидно, в связи с этим король постановил в 1275 г. в «уставе о евреях» начать проведение в жизнь старых церковных правил и запретить им ссужение денег под проценты. Им было разрешено, однако, арендовать сроком на 15 лет земельные участки для обработки, а также заниматься торговлей и ремеслами. Целью этого закона было реабилитировать королевскую власть в глазах церкви.

Евреи, однако, не были в состоянии извлечь из него какую-либо пользу: переселение из города в христианскую деревню в условиях того времени было возможно лишь с переходом в христианство. Ремесленники не принимали их в свои цехи, а для занятия торговлей не были приняты меры обеспечения еврейским купцам минимальной защиты от постоянно угрожавших им опасностей. Когда выяснилась несостоятельность предложенной королем реформы, многих евреев стали обвинять в «обрезывании монет», т. е. в уменьшении количества содержащегося в них драгоценного металла, и предавать их за это смертной казни. Положение евреев в Англии стало совершенно невыносимым. В 1290 г. король предпринял последний шаг и издал приказ изгнать всех евреев из страны. Согласно имеющимся данным, около 16 тысяч евреев покинуло Англию и направилось во Францию и Германию. С той поры и вплоть до 1655 г. на Британских островах не находилось ни одного еврея.

Давление церкви и фиктивные реформы, вроде «устава о евреях» в Англии, не могли изменить их положения в {324} Северной и Центральной Европе. Однако экономическое развитие стран Центральной Европы открыло новые горизонты для коммерческой деятельности. В XV в. в Южной Германии, в Богемии и Моравии, евреи стали заниматься виноторговлей в сельских областях. Таким образом, часть изгнанных из западных стран евреев рассеялась по небольшим немецким городкам и селам. Они стали заниматься посредничеством, главным образом, в оптовой торговле, принимавшей все большие размеры. Немецкие города росли и развивались. Крупные купцы перестали лично заниматься поиском товаров, а важнейшие производители сельскохозяйственных продуктов, как, например, монастыри, ждали подходящих покупателей. Поселившиеся в сельских областях евреи получили возможность завязать сношения с обладателями сельскохозяйственных излишков — монастырями, помещиками и крестьянами — используя свое знание городских рынков. Евреи скупали лен, шерсть и другое сырье и перепродавали их городским оптовикам.

Так начался новый этап экономической деятельности евреев в Германии, формы которой стали впоследствии наиболее характерными для экономики евреев Польши и Литвы, куда с XV века устремились немецкие евреи.

 

 







Дата добавления: 2015-08-12; просмотров: 111. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.006 сек.) русская версия | украинская версия