Фигура Геркулеса
В полемике с английским философом-эмпириком Джоном Локком, возродившим концепцию tabula rasa, немецкий философ Готфрид Лейбниц (1646-1716) отстаивает концепцию врожденных идей: «Я предпочел бы поэтому сравнение с глыбой мрамора с прожилками сравнению с гладким куском мрамора или с чистой доской – тем, что философы называют tabula rasa. В самом деле, если бы душа походила на такую чистую доску, то и истины заключались бы в нас так, как фигура Геркулеса заключается в глыбе мрамора, когда она абсолютно безразлична к тому, чтобы принять форму данной фигуры или какой-нибудь иной. Но если бы в этой глыбе имелись прожилки, которые намечали бы фигуру Геркулеса предпочтительно перед другими фигурами, то она была бы более предопределена к этому и Геркулес был бы некоторым образом как бы врожден ей, хотя потребовался бы труд, чтобы открыть эти прожилки и отполировать их, удалив все то, что мешает им выступить наружу. Таким же образом идеи и истины врождены нам подобно склонностям, предрасположениям, привычкам или естественным потенциям, а не подобно действиям, хотя эти потенции всегда сопровождаются соответствующими, часто незаметными действиями». Theatrum mundi Популярная в эпоху барокко метафора «Весь мир – театр» восходит к, приписываемому Пифагору (втор. пол. VI в. до н. э.) афоризму: «Зрелище мира похоже на зрелище Олимпийских игр: одни приходят туда поторговать, другие – проявить себя, третьи – посмотреть на все это». Стоик Эпиктет (ок. 50 – ок. 138) усиливает личностный императив метафоры: «Помни: ты – актер в спектакле и должен играть роль, назначенную тебе распорядителем, будь эта роль велика или мала. Если он назначил тебе роль нищего, постарайся и ее сыграть как следует, да и любую другую роль: калеки, государя или обыкновенного гражданина. Твое дело – хорошо исполнить свою роль; выбор роли – дело другого». В философии Готфрида Лейбница (1646-1716) мир предстает в качестве театральной картины, мирового театра, точка зрения возможна только в монаде – телесной, живой, действующей, активной пластической силе. Любое тело естъ некая, возможно, еще не проявленная точка зрения на мир. Каждый мир определяется из определенного точечного угла зрения. Точка зрения предсуществует, следовательно, весь мир – это лишь совокупностъ точек зрения.
|
