Задания на упреждающий синтез текста

При выполнении заданий на упреждающий синтез текста большинство нормально развивающихся детей (80 %) вычле­няли «пресуппозиции текста» и ориентировались на них. Это касалось не только восстановления смыслового куска из тек­ста цепной структуры, но и определения смысла пропущен­ной фразы в диалоге: «Оля и Ваня разговаривают. Ваня гово­рит: "Я люблю ходить с мамой в магазин!" Оля ему тихо-тихо что-то сказала. Ваня ответил: "Потому что она мне игрушки покупает!" Что ему прошептала Оля сначала?» — «Почему ты любишь ходить в магазин?» (Глеб Л., 5 л. 6 мес, норм. разв.).

Дошкольники понимали, с одной стороны, что люди вос­принимают и выражают в речи ситуацию по-разному; с дру­гой стороны, что их усилия направлены на достижение обще­го смысла. Следовательно, у детей с нормальным развитием речи к концу дошкольного возраста было сформировано вос­приятие себя и партнера как языковой личности.

Воспитанники с общим недоразвитием речи часто догады­вались о смысле недостающего «куска», но затруднялись по­строить фразу от лица партнера в диалоге. В этом случае они фиксировали только его намерение («он хотел достать варе­нье», «надо поделиться» и т. д.). Иногда дети могли приду­мать окончание событий, последнюю фразу в диалоге, но за­труднялись восстановить пропущенную часть в середине тек­ста: «Оля и Ваня разговаривают. Ваня говорит: "Я люблю ходить с мамой в магазин!" Оля ему тихо-тихо что-то ска­зала. Ваня ответил: "Потому что она мне игрушки покупа­ет!" Что ему прошептала Оля сначала?» — «У тебя хаошая мама!» (Таня Г., 6 л. 2 мес, ОНР); «У меня дома много игру­шек!» (Алеша С, 6 л. 4 мес, ОНР).

Испытуемые с задержкой психического развития цереб-ро-органического генеза и алалическим компонентом в основ­ном действовали неадекватно, потому что улавливали только тему текста: «Коля потерял машинку. Что-то случилось. Тогда он сказал Тане: "Спасибо!" Что там произошло?» —

«Он обиделся» (Таня Г., 6 л. 2 мес, ОНР). Особенные трудно­сти вызывало у них восстановление текста диалога двух пер­сонажей. При первых же неудачах в понимании его смысла дошкольники переходили к ориентировке на конкретную ком­муникативную ситуацию («У меня нет шоколадки», «А меня не водит» и др.).