Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Часть третья 3 страница. Нет, громила не отворачивался от жаровни




Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Нет, громила не отворачивался от жаровни. Альтаир сделал пару шагов вперед, бесшумно вытащил скрытый клинок и занес его. Пламя отражалось от стали; Бык был на волосок от гибели. Альтаир чуть присел и бросился вперед, готовый нанести смертельный удар.

Он был на середине пути, когда Молох развернулся (куда быстрее, чем можно было предположить, исходя из его размеров). Бык усмехнулся, и Альтаир понял, что всё это время враг знал о его присутствии и просто позволил ему подойти поближе. Крепкие руки обхватили Альтаира и оторвали от земли. Асассин почувствовал, как чужие пальцы стиснули его горло. Молох одной рукой поднял его в воздух, словно некий трофей. Альтаир задыхался, пытаясь вырваться. Ноги били по воздуху, а руки вцепились в пальцы Молоха в отчаянной надежде ослабить хватку. В глазах поплыл туман, начало темнеть. Альтаир ощутил, что теряет сознание. Молох отшвырнул его назад, и асассин растянулся на полу часовни. С трудом оторвав голову от пола, Альтаир удивился, почему Молох оставил его в живых.

Бык хотел поиграть с жертвой. Он схватил свой молот, раскрутил над головой и запустил в Альтаира, который едва успел откатиться. Молот с грохотом ударил по полу. В стороны полетели осколки, а в каменной плите появилась дыра.

Альтаир поднялся на ноги. Оглушенный, он помотал головой, приходя в себя, потом обнажил меч. С клинком на одной руке и мечом в другой, Альтаир бросился в сторону, уворачиваясь от очередного удара молота Быка.

Молот ударил в столб рядом с Альтаиром, осыпав того градом каменных осколков. Пока Молох подтягивал молот к себе, Альтаир, воспользовавшись шансом, бросился на него, ударив сразу и мечом и клинком. Но Молох оказался быстрее, чем предполагал Альтаир. Он схватил свою цепь двумя руками, отбив удар меча, а потом снова замахнулся молотом. Альтаир был вынужден снова отпрыгнуть на безопасное расстояние.

Альтаир вспомнил Аль Муалима - не предателя, которым тот стал, а своего наставника, который учил его. Вспомнил Лабиба и других асассинов, учивших его обращению с мечом. Потом сделал глубокий вдох и начал кружить вокруг Молоха.

Бык двигался так, чтобы быть лицом к противнику, понимая, что асассин боится. Молох улыбнулся, обнажив неровные почерневшие зубы, большая часть которых сгнила практически до десен. Когда Альтаир подошел ближе, чтобы вынудить противника швырнуть молот, тот издал глубокое глухое рычание. У асассина был план, просто замечательный план, если бы не один недостаток. Если он ошибется, то умрет. Нужно было, чтобы Молох бросил молот, но всякий раз, когда он это делал, оружие проходило в опасной близости от головы Альтаира.

Молох бросил молот, тот просвистел в воздухе и ударился о камень. Альтаир легко отпрыгнул, приземлился на ноги и вместо того, чтобы искать укрытие, бросился к молоту. А потом асассин легко вскочил на туго натянутую цепь и бросился по ней к Молоху.

Улыбка сползла с лица Молоха. У него ушла секунда, чтобы понять, что происходит, когда ловкий асассин словно по канату взбежал по цепи и вонзил меч ему в горло. Молох глухо вскрикнул. Альтаир выпустил рукоять меча и, запрыгнув Быку на широкие плечи, вонзил скрытый клинок тому глубоко в спину. Но Бык не собирался сдаваться, и жизнь Альтаира снова оказалась на волоске. Асассин схватил цепь и свободной рукой набросил импровизированную петлю на шею жертвы, а потом, хрипя от усилия, потянул. Молох вывернулся и оттолкнул противника к огню.

Альтаир спиной ощутил жар и потянул цепь еще сильнее, но монстр не умирал. Запахло гарью - одежда Альтаира начала тлеть. Асассин, вскрикнув от боли и усилий, изо всех сил потянул свой конец цепи, другой рукой ещё глубже вонзая клинок в спину врага. Наконец, последние силы оставили Молоха, и Альтаир вместе с ним упал на пол. Бык тяжело дышал, умирая, его густая кровь заливала пол.

Наконец, дыхание его остановилось.

Альтаир облегченно выдохнул. Молоху не удастся сломить Сопротивление. Его тирании пришел конец. Однако Альтаир не мог не задаваться вопросом, кто займет место Быка.

Ответ на этот вопрос он получил довольно скоро.

 

 

Мария пропала. Её увели крестоносцы. Пока Альтаир сражался в замке Кантары, солдаты напали на убежище мятежников и, не смотря сопротивление, захватили заложников, среди которых была и Мария.

Маркос, один из немногих, кому удалось бежать, встретился с Альтаиром в убежище. Лицо его выражало беспокойство, исчезнувшее, когда он пролепетал:

- Альтаир, на нас напали. Мы пытались сражаться с ними, но это оказалось бесполезно...

Он опустил глаза, покраснев. Или он притворялся?

Альтаир посмотрел на открытую дверь сушильни. Ещё дальше виднелась распахнутая дверь камеры, и Альтаир представил там девушку, смотрящую на него своими миндалевидными глазами, сидящую возле стены и ногами отпихивающую от себя тростник, разбросанный по полу.

Асассин помотал головой, прогоняя непрошенный образ. На карте стояло нечто большее, чем его чувства к англичанке: он не имел права ставить её выше интересов Ордена. Но... он ставил.

- Я хотел остановить их, - продолжил Маркос, - но мне пришлось спрятаться. Их было слишком много.

Альтаир мрачно посмотрел на него. Теперь, когда ему стало известно о двуличности Варнавы, он не хотел никому верить.

- Это не твоя вина, - сказал он вслух. - Тамплиеры весьма коварны.

- Говорят, они подчинили темного Оракула в Буффавенто. Похоже, это она помогла найти нас.

Так ли это? Альтаир задумался. Казалось, тамплиеры знали о каждом их шаге. Но возможно в этом виновен вовсе не оракул, а само Сопротивление, в котором состояло множество агентов тамплиеров.

- Любопытная теория, - произнес он, боясь, что Маркос намеренно пытается ввести его в заблуждение. - Но я подозреваю, что их подослал Варнава.

Маркос встрепенулся.

- Варнава? Это невозможно. Варнава, глава сопротивления, был казнен за день до вашего прибытия.

Конечно же. Альтаир выругался. Варнава действительно был предан сопротивлению, но тамплиеры подослали на его место своего человека. Альтаир вспомнил о Джонасе, которого убил по просьбе Варнавы, и понадеялся, что однажды сумеет отплатить ему за это. Джонас не заслуживал смерти.

Альтаир отправился в порт, где держали заложников из сопротивления, проскользнул мимо стражи и отыскал своих союзников в тесной грязной клетке.

- Благодарю, господин, да благословит вас господь, - воскликнул один из них, когда Альтаир открыл клетку, выпуская их. Как и все остальные, его собеседник был искренне благодарен за спасение, и Альтаиру была ненавистна мысль о том, что тамплиеры могли сломать и их. Поэтому он попытался выйти на след Марии...

- Когда вас схватили, с вами была женщина?

- Женщина? Да, Шалим, сын Быка, увел её на цепи. Она сопротивлялась.

Да, подумал Альтаир. Уйти добровольно - совсем не в стиле Марии. Но что за человек сын Быка, Шалим? Примет ли он на себя бразды правления?

***

Альтаир взобрался по стене крепости Буффавенто, пробрался внутрь и спустился вниз, в темные сырые коридоры замка, где лежали тускло блестевшие в свете факела камни, а сам свет едва разгонял кромешную тьму, где каждый шаг эхом отражался от стен, и слышалось непрерывное капанье воды. Неужели тут тамплиеры держат своего знаменитого Оракула? Альтаир надеялся на это. До сих пор он знал только то, что тамплиеры всегда были на шаг впереди. Что бы они не замышляли, он знал, что это ему не понравится. Ему вообще не нравились ни слухи об архиве, ни то, что тамплиеры почти уничтожили Сопротивление. Он должен сделать всё, что в его силах, чтобы остановить тамплиеров. И если для этого надо поохотиться на ведьм, так тому и быть...

Блуждая по коридорам в недрах замка, Альтаир подобрался к коридору, ведущему, как предполагал Альтаир, в подземелья. За его спиной лежали тела двух стражников, с которыми он столкнулся. Асассин перерезал им глотки и спрятал тела. Так же, как в замке Молоха, он прокладывал путь с помощью способности бесшумно передвигаться и так же бесшумно убивать. Впереди раздались голоса, один из которых Альтаир сразу узнал. Это был Бушар.

Он говорил с кем-то, стоявшим по другую сторону рыжих от ржавчины ворот.

- Так значит, она снова сбежала? - мрачно спросил тамплиер.

Его собеседник носил роскошные одежды из меха.

- Только что она была связана, и вот её уже нет...

- Не держи меня за идиота, Шалим. Всем известно, что женщины - твоя слабость. Ты забыл об осторожности, и она сбежала.

- Я найду её, гранд-мастер. Клянусь.

Значит вот он, Шалим. Альтаир внимательно посмотрел на него, слегка удивленный. Ничто в нем - ни одежда, ни телосложение, ни внешность - не напоминало о его отце, Молохе.

- Сделай это побыстрее, - огрызнулся Бушар, - прежде чем она приведет асассина прямо в наш архив.

Шалим повернулся, чтобы уйти, но Бушар остановил его.

- Шалим, проследи, чтобы это доставили Александру в Лимассол.

Он передал Шалиму мешок, тот кивнул в знак согласия. Альтаир с силой стиснул зубы. Значит, Александр тоже работает на тамплиеров. Похоже, у противника везде шпионы.

Двое мужчин ушли, и Альтаир двинулся дальше, к Оракулу. Через врата пройти было нельзя, поэтому он выбрался на балкон и цепляясь за стену крепости, пробрался в другой коридор, по которому спустился в подземелья. Еще несколько стражников пало от его клинка. Когда тела обнаружат, объявят всеобщую тревогу. Нужно было спешить.

И всё же стражников было много. Когда Альтаир приблизился к подземельям, то услышал крики и голоса. Дойдя до конца тоннеля, ассасин увидел нечто похожее на тюрьму и понял, куда направлялся Бушар. Тамплиер разговаривал со стражником. Они стояли по другую сторону металлической решетки.

«Что ж», - подумал Альтаир, - «по крайней мере, я отыскал подземелья». Он спрятался в нише тоннеля и услышал, как Бушар, прислушиваясь к крикам, спросил:

- Что происходит?

- Эта сумасшедшая, господин, - ответил стражник, стараясь перекричать шум, - она в ярости. Двое наших ранены.

- Пусть играет, - улыбнулся Бушар. - Она свое дело сделала.

Бушар снова находился за преградой, преодолеть которую быстро у Альтаира бы не вышло. Асассину очень хотелось покончить с ним прямо сейчас, и плевать на стражника. Он даже подумал, что сперва мог вырубить солдата, а потом взяться за Бушара. Но этому не суждено было случиться. С огорчением Альтаир увидел, как Бушар и солдат уходят. Когда они скрылись, асассин вышел из своего укрытия, подошел к запертым воротам, и ловко открыл дверь. Потом подошел к двери в камеру Оракула. Оттуда доносились громкие не сдерживаемые крики, и Альтаир нервно сглотнул. Он не боялся людей, но то, что находилось за дверью, не было человеком, это было нечто иное. Но когда он принялся вскрывать замок на двери, то почувствовал, что успокаивается. Впрочем, едва дверь со скрипом отворилась, повернувшись на ржавых петлях, сердце асассина тревожно забилось.

Камера была огромной - целый зал, в котором стояла гнетущая атмосфера смерти. В помещение висел какой-то туман, а между колонн виднелось что-то похожее на листья, словно их занесло откуда-то снаружи.

Когда глаза привыкли к полумраку, Альтаир огляделся в поисках оракула, но никого не увидел. Раздался жуткий визг, от которого волосы встали дыбом. Альтаир, подавив дрожь, вошел в... камеру?

Больше всего это напоминало логово.

Наступила тишина. Чувства Альтаира обострились. Он переложил меч в другую руку, всматриваясь во мрак тускло освещенного помещения.

- Кровь язычника, - раздался голос. Дрожащий, словно пришедший из самого жуткого кошмара, он нараспев произносил слова.

Альтаир развернулся туда, откуда донесся голос, когда он раздался вновь, на этот раз из другого места.

- Я знаю твое имя, грешник, - хмыкнул он. - Я знаю, зачем ты здесь. Господь привел тебя в мои когти. Бог даст мне силы переломать тебе кости.

Альтаир успел только подумать: «Когти? Неужели они у нее есть?», когда появилась Оракул. Она неслась на него из темноты, словно дервиш, длинные черные волосы развевались вокруг неё, она закричала. Когтей у неё не было - это были длинные ногти, которые, впрочем, были не менее опасны. Альтаир услышал свист, когда эти ногти пролетели у него перед лицом, и отскочил в сторону. Оракул присела, словно кошка, и, не отводя от него взгляда, зарычала. Альтаир удивился: он ожидал увидеть старуху, но перед ним была женщина... выглядящая благородно. Точно. Это наверняка та женщина, о которой рассказывал ему Варнава. Молодая и симпатичная девушка жила в замке, но после того, что с ней сделали тамплиеры, после того, как её заперли в тюрьме, у неё помутился рассудок. Она улыбнулась, обнажив ряд гнилых зубов и высунув язык. Хихикнув, она снова ударила его.

Начался бой. Оракул вслепую пыталась ударить асассина ногтями, и ей удалось пару раз зацепить Альтаира. Из порезов пошла кровь. Асассин пытался держаться от неё на расстоянии, чтобы иметь возможность контратаковать. Наконец, ему удалось заставить её отступить и загнать в угол - к столбу. Он отчаянно попытался удержать её, желая поговорить, но она вырывалась, словно дикий зверь. А когда Альтаир швырнул женщину на землю и уселся сверху, прижав нож к её горлу, она продолжала отбиваться, шепча: «Слава Господу. Я - орудие в его руках. Я его Палач. Я не боюсь ни боли, ни смерти».

- Когда-то ты была киприоткой, - сказал ей Альтаир, пытаясь удержать её. - Уважаемой женщиной. Какие тайны ты раскрыла этим дьяволам?

Осознает ли она, что, помогая тамплиерам, она предает свой народ? Или у неё есть важная причина так поступать?

- Я убиваю не бесцельно, - прохрипела она, внезапно успокоившись. - Мной руководит Бог. Я его орудие

Нет, подумал Альтаир. У неё нет причин. Она безумна.

- Что бы тамплиеры ни сделали с тобой, госпожа, они причинили тебе зло, - проговорил он. - Прости меня.

Это был акт милосердия. Он убил её, а потом сбежал из этого жуткого места.

Вернувшись в убежище, Альтаир открыл дневник и написал: «Почему мы инстинктивно полагаемся на насилие? Я изучал отношения между видами. Врожденное стремление выжить заставляет нас убивать других. Почему мы не можем жить в мире? Многие верят, что мир создал Бог, но мне кажется, его создал безумец, помешанный на смерти, разрушении и отчаянии».

А еще он написал о Яблоке: «Кем были Те, Кто Пришел Раньше? Что привело их сюда? Что заставило уйти? И что это за артефакты? Послания в бутылке? Инструменты, которые должны помочь нам? Или мы сражаемся за контроль над мусором, оставленный ими, принимая сломанные игрушки за священные реликвии?»

 

Альтаир решил отыскать Шалима. Он теперь тоже разыскивал Марию, и Альтаиру хотелось быть поблизости, если Шалим окажется быстрее.

Но в данный момент Шалим не особо утруждал себя поисками. Маркос сообщил Альтаиру, что у Шалима было мало общего с отцом, лишь то, что они оба служили тамплиерам и обладали тяжелым нравом. Недостаток религиозного рвения у Шалима компенсировался любовью к вину и шлюхам. Отыскав Шалима, Альтаир в этом убедился. Держась на безопасном расстоянии от него и двух его телохранителей, асассин увидел, что они шествуют по улицам Кирении, словно трое деспотов. Они отчитывали простых людей и торговцев, оскорбляли их, отнимали товары и деньги и намекали на то, чтобы куда-то наведаться.

Скорее всего, в бордель. Альтаир увидел, как Шалим и его люди подошли к двери, возле которой какой-то пьяница лапал одну из шлюх. Он был либо глуп, либо слишком пьян, чтобы понять, что Шалим далеко не в духе, потому что поднял кожаный бурдюк и приветствуя тирана воскликнул:

- Выпьем, Шалим!

Шалим не остановился. Он с силой ударил пьяницу по лицу, так, что тот головой ударился о стену. Кожаный бурдюк упал, а пьяница сполз по стене на землю. Голова у него повисла, волосы были покрыты кровью. Шалим рывком схватил шлюху за руку.

Она попыталась сопротивляться.

- Шалим, прошу, не делай этого!

Но он уже тащил её с собой и, оглянувшись через плечо, приказал своим людям:

- Развлекайтесь. И приведите мне пару девок, когда закончите.

Альтаир понял, что достаточно увидел. Шалим явно не собирался искать Марию, и сам он, Альтаир, не найдет её, если пойдет следом за Шалимом. Поэтому асассин вернулся к рынку, где отыскал Маркоса, который, заложив руки за спину, бесцельно бродил между прилавков, ожидая Альтаира.

- Мне нужно подобраться к Шалиму, - сказал Альтаир Маркосу, когда они укрылись в тени. Со стороны они выглядели, словно два торговца, спрятавшиеся от палящего солнца. - Если он не только груб, но и глуп, я смогу кое-что выведать у него.

- Поговори с монахами у кафедрального собора, - усмехнулся Маркос. - Шалим много грешит, а значит и часто кается.

***

У собора Альтаир отыскал скамью, стоявшую под навесом, и присел на неё, смотря на прохожих и ожидая прибытия монаха. Наконец тот появился и кивком поздоровался с асассином. Альтаир кивнул в ответ, а потом, понизив голос, сказал так тихо, чтобы услышал только монах.

- Брат как ты можешь мириться с поступками такого подлеца как Шалим?

Монах остановился, оглянулся по сторонам и прошептал Альтаиру:

- Это тяжело, но пойти против него - самоубийство. Тамплиерам есть что терять.

- Ты об архиве? - спросил Альтаир. - Можешь рассказать, где он?

Альтаир уже не раз слышал об этом архиве. Возможно, он имел большое значение для тамплиеров и их работы. Но монах покачал головой и отошел в сторону. От площади донесся шум. Альтаир сразу увидел, что это Шалим. Он стоял на помосте, уже без шлюхи и куда более трезвый, чем Альтаир его помнил.

- Жители Кипра, - объявил он людям. - Арман Бушар приветствует вас и предупреждает, что мятежников и их сообщников ждет суровая кара. Тех же, кто чтит закон и порядок и славит Господа, будут щедро вознаграждены. А теперь давайте вместе, как братья, восстановим то, что разрушили гнев и ненависть.

Очень странно, подумал Альтаир. Шалим выглядел отдохнувшим и посвежевшим, хотя Альтаир, помня его недавнее поведение, предполагал иное. Шалим был похож на человека, который собирался остаток жизни провести в пьянстве и блуде. А этот человек? Он был другим, не только на первый взгляд, но и манерам, по поведению и по суждениям. А ещё рядом с этим Шалимом не было телохранителей. Такого Шалима Альтаир вполне мог подстеречь на одной из улочек Кирении.

Когда Шалим спустился с помоста и пошел от собора по залитой солнцем улице, Альтаир пошел за ним.

Он не знал, как долго они шли, когда вдруг увидел величественные стены замка Святого Иллариона, к которым и направился Шалим. Подойдя к воротам, он вошел в калитку и скрылся из виду. Альтаир выругался, потеряв цель.

В замке кипела жизнь - ворота открылись, выпуская паланкин, который несли четверо мужчин. Паланкин был пуст, потому что мужчины пошли быстрым шагом, и Альтар пошел за ними в гавань. Вода ярко сверкала на солнце. Мужчины опустили паланкин на землю и стали чего-то ждать.

Асассин тоже решил подождать. Он присел на низкую стену и, опершись о колени, стал смотреть на паланкин и слуг, торговцев и рыбаков, прекрасные корабли, мягко качавшиеся на волнах, которые тихо бились о берег. Внезапно рыбаки, несущие тяжелые сети, остановились и заулыбались. Проследив за их взглядом, Альтаир увидел, как в гавань вошли несколько женщин одетых в шелка, словно куртизанки. Они гордо и изящно шли по пристани. Рыбаки искоса смотрели на них, а женщины-прачки недовольно что-то восклицали. Куртизанки с высоко поднятыми головами прошли по причалу, прекрасно осознавая, какое внимание привлекают. Альтаир не сводил с них взгляда.

С ними была Мария.

Она была одета, словно куртизанка. Сердце асассина радостно забилось при виде её. Но что она творит? Она сбежала из лап Шалима, чтобы снова туда угодить? Куртизанки уселись в паланкин. Слуги дождались, пока они устроятся внутри, потом подняли паланкин и понесли. Теперь они шли куда медленнее из-за веса паланкина, так что даже ссутулились. Паланкин покинул гавань, и Альтаир предположил, что его понесли в замок святого Иллариона, где, без сомнения, Шалим уже радостно потирал руки.

Альтаир пошел следом по крышам, перескакивая со здания на здание. Он старался не упускать из виду паланкин, который двигался по улице внизу. Оказавшись у замка, асассин присел на крыше, ожидая, когда паланкин окажется рядом, а потом спрыгнул вниз и с глухим звуком приземлился на крышу паланкина.

Паланкин накренился под весом асассина. Альтаир понадеялся, что слуги слишком запуганы, чтобы даже просто посмотреть наверх, и оказался прав. Слуги перераспределили вес на плечах и продолжили путь. Если куртизанки внутри что-то и заметили, то не подали виду, поэтому процессия благополучно прошла в ворота замка и оказалась во дворе. Альтаир огляделся в поисках лучников на крепостных стенах. Его могли заметить в любой момент. Он спрыгнул вниз и, спрятавшись за низкой стеной, увидел, как Марию вместе с остальными вывели из паланкина и увели в замок

через небольшую дверь.

Альтаир влез на крышу здания, примыкающего к замку. Теперь нужно было как-то пробраться внутрь. Альтаир подумал: «Одно я знаю точно: теперь, когда я наконец-то нашел Марию, я не собираюсь больше её терять».

 

 

Мария встретилась с хозяином замка святого Иллариона на широком, раскаленном от солнца балконе. По крайней мере, с одним из хозяев. Альтаир не знал, что у Шалима есть брат-близнец, Шахар. Именно Шахара асассин видел у собора, когда тот говорил о благородности Бушара. И именно Шахар смог бы ответить Альтаиру на вопрос: как человек, проведший вечер в компании вина и шлюх, на утро может выглядеть так хорошо.

Мария же знала обоих близнецов, и, хотя они были похожи, могла отличить одного от другого. У Шалима были темные глаза, да и выглядел он как пьяница и распутник. Шахар же казался моложе. И сейчас она пришла именно к нему. Шахар обернулся. Лицо его осветила улыбка, когда он увидел, кто направляется к нему в ослепительных одеяниях куртизанки, привлекающих взгляд любого мужчины.

- Не ожидал снова увидеть тебя, - сказал он, с вожделением посмотрев на Марию. - Как я могу помочь тебе, лисичка?

Он прошел мимо неё в зал.

- Я здесь не для того, чтобы выслушивать комплименты, - отрезала Мария, хотя и казалась польщенной. - Мне нужны ответы.

Она шла следом за ним. В зале Шахар бросил на неё еще один взгляд, смущающий и буквально раздевающий её, но она не обратила на этот взгляд никакого внимания. Мария сама хотела услышать подтверждение тому, что рассказал ей Альтаир.

- Да? - удивился Шахар.

- Это правда, то, что я слышала? - настаивала она. - Тамплиеры хотят использовать Яблоко, Частицу Эдема, во зло? Что они стремятся не просветить людей, а подчинить их?

Шахар снисходительно улыбнулся, словно объясняя всем известные вещи милому наивному ребенку.

- Люди сбиты с толку, Мария. Они овцы, которым нужен пастух. Мы дадим им то, что они хотят. Простую беззаботную жизнь.

- Но наш Орден создан, чтобы защищать людей, - возразила Мария, - а не порабощать их.

Шахар скривился.

- Тамплиерам не нужна свобода, Мария. Нам нужен порядок, только и всего.

Он шагнул к ней, она отступила.

- Порядок? Или рабство?

Когда Шахар ответил, голос у него звучал несколько грубее:

- Можешь называть это как угодно, моя дорогая...

Он уже потянулся к ней, не скрывая своих намерений, но в этот момент в комнату ворвался Альтаир. Шахар развернулся, воскликнув: «Асассин!», схватил Марию за плечи и отшвырнул на пол. Девушка болезненно вскрикнула. Альтаир подумал, что заставит негодяя заплатить за это.

- Извини, Шалим, что я пришел без предупреждения, - произнес он.

Шахар усмехнулся.

- Ты ищешь Шалима? Уверен, мой брат с радостью к нам присоединится.

Сверху донесся шум, Альтаир посмотрел на галерею наверху и увидел улыбающегося Шалима.

В зал ворвались двое стражников и окружили поднявшуюся на ноги Марию, которая, развернувшись, сумела вытащить из ножен одного из солдат меч. Она ударила им безоружного противника, тот закричал и рухнул на пол. Девушка же повернулась и, присев на одно колено, ткнула мечом во второго солдата. Шалим, тем временем, перескочил через перила и приземлился рядом с братом в центре зала. Альтаир впервые увидел их рядом и поразился, как они похожи. Рядом с асассином стояла Мария. Она тяжело дышала, а с обнаженного меча на пол капала кровь. Теперь их было двое против близнецов. Альтаир ощутил, как его переполняет гордость и ещё какое-то чувство, которое он предпочел не называть даже сам себе.

- Вас двое и нас двое, - сказал он вслух.

Однако Мария преподнесла ему очередной сюрприз. Вместо того чтобы сражаться бок о бок с Альтаиром, она презрительно фыркнула и выскочила за дверь. Целое мгновение ушло у Альтаира на то, чтобы решить - бежать ли за девушкой, а потом стало не до размышлений. Близнецы, оказавшиеся отличными мечниками, напали на него с двух сторон.

Сражение было долгим и трудным. Близнецы держались самоуверенно, убежденные, что смогут быстро сломить сопротивление асассина. Их было двое, и они оба превосходно обращались с мечом. Неудивительно, что они ожидали быстрой победы. Но Альтаир боролся отчаянно, в нем бушевали ярость и разочарование. Он не знал, где друзья, а где враги. Его предали те, кому он доверял. Друзья оказались врагами. Те же, кто, как он считал, мог стать его друзьями, - а может даже больше чем просто друзьями, - отвергли его дружбу. Он знал только то, что участвует в войне, в которой на карту поставлено куда больше, чем он мог предполагать, и в которой схлестнулись силы и убеждения, которых он не понимал. И он должен был продолжать сражаться, изо всех сил и до самого конца.

Когда близнецы наконец-то умерли у его ног, он не испытал ни удовольствия ни радости от своей победы. Братья лежали рядом, они казались падшими ангелами, смотревшими в потолок остекленевшими глазами.

Альтаир вытер с меча кровь, убрал его в ножны и вышел на балкон. Когда он влез на перила, за спиной раздались крики - это подоспела охрана. Далеко внизу виднелась повозка с сеном, в которую он и прыгнул, а потом скрылся в городе.

Когда он вернулся в убежище, то обнаружил там Маркоса, которому не терпелось услышать о том, как погибли братья. Их окружили повстанцы, которые начали радостно обниматься, услышав эту весть. Теперь Сопротивление сможет восстановить в Кирении порядок. Сперва в Кирении, а потом и на всем острове.

Маркос обрадовано сказал:

- Получилось, Альтаир! Корабли Тамплиеров покидают порт! Кирения будет свободна! А, возможно, и весь Кипр!

Альтаир улыбнулся, не желая расстраивать радостного Маркоса.

- Будь сторожен, - посоветовал он.

Альтаир вспомнил, что они так и не выяснили, где находится архив. Но отступление тамплиеров сказало ему о многом.

- Они бы не оставили архив без охраны, - предположил он. - Вряд ли он в Кирении.

Маркос согласился.

- Почти все корабли отправились в Лимассол. Возможно, архив там.

Альтаир кивнул.

- Спасибо Маркос. Ты хорошо послужил своей стране.

- Счастливого пути, Альтаир.

Чуть позже Альтаир отплыл обратно в Лимассол. Он надеялся, что там сможет разгадать намерения тамплиеров и выяснит правду об Александре.

Он думал об этом во время своего путешествия, записав в дневнике: «Я помню, как меня потрясли слова Аль Муалима. Он был мне как отец, но оказалось, что он мой главный враг. Малейшего сомнения оказалось достаточно, чтобы он вторгся в мой разум с помощью этого устройства. Но я победил его фантомы и изгнал его из этого мира».

 

Лимассол, как и в день отплытия Альтаира, был наводнен тамплиерами и солдатами, возмущенные люди старались делать вид, что ничего не происходит, и с недовольными лицами продолжали работать.

Не теряя времени, Альтаир отправился в убежище на заброшенный склад. Он вошел туда, настроенный выяснить у Александра правду о том, что услышал от Бушара и Шалима. Но едва он вошел в убежище, как на него набросился Александр:

- Назад, предатель! Ты предал сопротивление, продал нас! Неужели ты всё это время служил Бушару?

Альтаир был готов спорить с Александром, даже сражаться с ним, но, увидев того в таком состоянии, асассин успокоился и подумал, что возможно просто неправильно истолковал увиденное в Кирении. И всё-таки Альтаир оставался настороже.

- Я собирался задать тебе тот же вопрос, Александр. Я слышал, как Бушар упоминал твоё имя. Он передал для тебя некий сверток, верно?

Александр, прищурив глаза, кивнул. В убежище почти не было мебели, если не считать низкого столика, на котором лежал тот самый мешок, который Шалим получил от Бушара в Кирении.

- Да, - подтвердил Александр, - голову бедняги Варнавы в холщовом мешке.

Альтаир подошел к мешку, развязал веревку и стащил мешковину, открывая взору отрезанную голову, но...

- Это не тот человек, который встретил меня в Кирении, - произнес Альтаир, печально глядя на отрезанную голову. Она уже начала гнить, и от нее исходила неприятная вонь. Глаза были полузакрыты, в приоткрытом рту виднелся язык.

- Что? - удивился Александр.

- Настоящего Варнаву убили до того, как я приплыл, его подменили агентом тамплиеров, который причинил много вреда, прежде чем исчез, - пояснил Альтаир.

- Да поможет нам Бог. Тамплиеры бесчинствуют в Лимассоле, солдаты патрулируют рынки, порты и соборную площадь, арестовывая любого, кто подвернется под руку

- Не отчаивайся, - посоветовал Альтаир. - Кирения уже освободилась от власти тамплиеров. Мы выгоним их и из Лимассола.







Дата добавления: 2015-09-04; просмотров: 286. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.085 сек.) русская версия | украинская версия