Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Новая Гранада




Хотя первые испанские поселения были в Вест‑Индии и на Карибских островах, они находились под властью Перу. Только в 1719 году было создано новое, третье по счёту вице‑королевство — Новая Гранада — со столицей в Картахене, что на территории современной Колумбии.

Такое разделение юрисдикции в Латинской Америке было установлено сначала Церковью, а уже потом короной. В 1532 году была утверждена епископская кафедра Картахены и назначен епископ. В 1547 году Богота стала столицей провинции. Спустя шесть лет она получила статус архиепископской епархии. Колумбия, Венесуэла и Карибские острова подпадали под политическую власть вице‑короля Перу, однако обладали своей собственной духовной властью.

Архиепископ Боготы располагал полномочиями, сопоставимыми с полномочиями архиепископов Лимы и Мехико. Они включали, по крайней мере, первоначально, и инквизиторские полномочия. Так, в 1556 году архиепископ издал указ о том, что в его епархии нельзя продавать и даже иметь у себя никакие книги, за исключением тех, которые были изучены и одобрены Церковью.

Как уже отмечалось, в 1570 году в Лиме инквизиция учредила собственный независимый трибунал, обладавший полномочиями на территории всех испанских владений в Латинской Америке южнее Панамы.

В 1577 году трибунал в Лиме направил инквизитора в Боготу. Этот человек быстро приобрёл дурную славу. Он яростно враждовал с архиепископом. Он регулярно держал женщин в своих апартаментах и нередко жестоко с ними обращался.

Местные монахини запретили ему доступ в свою обитель из‑за его «распутных речей». Один из его преемников пошёл ещё дальше и снискал себе репутацию развратника за «адюльтеры и инцесты со служанками, жёнами и вдовами, матерями, дочерями и сёстрами».

В 1608 году инквизиция в Испании учредила новый, отдельный трибунал в Картахене, снабдив его полномочиями, сравнимыми с полномочиями трибуналов Лимы и Мехико. Его власть простиралась от Панамы, Колумбии и Венесуэлы до Гвианы и Вест‑Индии.

Новый трибунал вскоре стал даже более коррумпированным, чем трибуналы в Лиме и Мехико. В течение более столетия поблизости не было вице‑короля, чтобы держать его в узде. А когда в 1719 году было, наконец, создано вице‑королевство Новая Гранада, картахенская инквизиция была слишком сильна, чтобы позволить вмешиваться в свои дела.

Первое аутодафе состоялось в феврале 1614 года. Тридцать жертв были проведены через город и осуждены за различные незначительные провинности. Желая посостязаться в помпезности и зрелищности с аутодафе в Лиме и Мехико, картахенские инквизиторы отнеслись к своим обязанностям с небывалой серьёзностью, и «многословие было таково, что церемонии продолжались с половины десятого утра до позднего вечера».

К семнадцатому столетию состав населения Вест‑Индии и Карибского побережья Латинской Америки был более разнородным и разнообразным в культурном и расовом отношении, чем в других испанских колониях. Помимо испанских и португальских поселенцев тут были индейцы самых разных племён и народностей, а из‑за доступности региона для морского сообщения здесь было больше европейцев — итальянцев, англичан, французов, голландцев, — чем в Мексике или Перу.

Во времена начального завоевания Карл V правил не только Испанией, но также и Священной Римской империей, и потому многие из ранних конкистадоров были немецкого и австрийского происхождения. К 1600 году их потомки составляли крупную немецкую общину. И, наконец, постоянно росло количество чёрных рабов, привозимых из Африки.

В Вест‑Индии и вдоль Карибского побережья, в городах вроде Картахены, Маракайбо и Каракаса, люди разных культур, рас и национальностей проживали в близком соседстве, подчас в прямом родстве. Люди со смешанной кровью составляли всё более значительную часть населения. А физиологическое скрещивание неизбежно сопровождалось скрещиванием идей и религиозных верований, из которого выросло — в разных своих проявлениях и обличьях — «вуду». А иногда это порождало и причудливые сплавы христианства и древних индейских верований.

Привозимое из некатолических стран Европы эзотерическое учение — к примеру, розенкрейцерство — находило в этом регионе благодатную почву для своего развития. Результатом становилась гибридизация, гораздо более сложная, чем относительная «чистота» Мексики и Перу.

По крайней мере, в теории такая ситуация должна была предоставить инквизиции в Картахене обширное поле деятельности. На практике, однако, она оставалась сравнительно инертной, упоённо вкушая плоды своей коррумпированности. Иногда только она вдруг начинала вновь развивать бурную деятельность. Так, например, в первой половине семнадцатого столетия колдовство стало временным cause celebre[23] — особенно, утверждалось, среди чёрных рабов, занятых на рудниках.

На аутодафе в марте 1634 года перед судом по обвинению в мнимом колдовстве предстал двадцать один человек. Большинство, впрочем, отделались наказанием плетьми и штрафами. Одного человека пытали в течение 90 минут, что привело к его смерти. Двоих приговорили к сожжению, однако Супрема в Испании отказалась утвердить эти приговоры и даже освободила одного из обвиняемых.

В марте 1622 года по обвинению в протестантизме был сожжён англичанин. Согласно отчётам современников, он не был прикован цепью к позорному столбу по заведенному обычаю, а «спокойно сидел на вязанке хвороста и оставался неподвижным, пока не испустил дух».

В 1636 году и вновь в 1638 году картахенская инквизиция, подобно своим аналогам в Лиме и Мехико, обратила своё внимание к богатым португальским купцам, которых обвинили по заведенному порядку в исповедовании иудаизма. Конфискованное в результате арестов имущество принесло огромные барыши. Удовлетворившись полученными доходами, инквизиция впала в глубокую и продолжительную спячку.

С 1656 по 1818 год она даже не удосуживалась издавать ежегодный «эдикт веры». Спячка была грубо прервана в 1697 году, когда французские каперы захватили Картахену и подвергли город разграблению. Едва ли не первым делом они ворвались во дворец инквизиции, захватили официальные знаки отличия трибунала и предали их огню, устроив пародийное аутодафе.

Деморализованная этим ударом, инквизиция в Картахене так полностью и не оправилась. Сорок четыре года спустя ей был нанесён ещё один ощутимый удар. В 1741 году «Война за ухо Дженкинса»[24], наиболее странный и сюрреалистичный из военных конфликтов, переросла в войну за австрийское наследство.

В начале марта британская эскадра под командованием адмирала Вернона установила блокаду Картахены. Предприняв нерешительную попытку высадиться на берег и получив отпор, британский адмирал удовольствовался тем, что в течение месяца подвергал город артиллерийскому обстрелу, который оставил неизгладимый след в памяти местных жителей.

Так, это событие фигурирует в повести Габриэля Гарсии Маркеса «О любви и других демонах», изображающей коррупцию и блуд картахенской инквизиции в последней трети восемнадцатого столетия. Во время обстрела Картахены британским флотом дворец инквизиции был полностью разрушен. Его отстроили только спустя двадцать пять лет. К тому времени на горизонте уже маячила революция, а с ней и гибель инквизиции.

Но картахенская инквизиция оказалась вялой даже в сопротивлении революции, которая угрожала ей уничтожением. В 1789 году был опубликован испанский перевод французской «Декларации прав человека и гражданина». Неудивительно, что он тут же был запрещён, так как в нём увидели опасность для стабильности и порядка в обществе и призыв к самой зловредной форме ниспровержения существующего порядка — терпимости.

В 1794 году, когда во Франции установилось царство террора, вице‑короли Новой Гранады и Перу написали своим инквизиторам, требуя, чтобы все экземпляры вредоносного текста были разысканы и уничтожены. После якобы длительных и прилежных поисков картахенская инквизиция заявила, что не нашла ни единого экземпляра. Едва ли имеет значение, происходила ли эта нерасторопность от безразличия или от тайного сочувствия революционному движению. Инквизицию в Картахене вскоре постигла та же судьба, что и ее аналоги в Мексике и Перу.

В 1810 году произошло первое народное восстание, и картахенская инквизиция, ненавидимая буквально всеми жителями города, стала главной мишенью. После восстановления на краткое время она была снова упразднена в 1820 году наряду со своими аналогами в других местах. В 1821 году победу одержали революционные силы, и вице‑президент только что образованных Соединённых Штатов Колумбии официально объявил об отмене инквизиции. Вскоре после этого конгресс молодой страны провозгласил, что инквизиция «уничтожена раз и навсегда».


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-09-07; просмотров: 306. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.02 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7