Субъект - объект и выражение

В то время как выражение в качестве одного из сущностно важ­ных моментов искусства редко вызывало какие-либо сомнения — даже современный страх перед выражением подтверждает его значение и относится, собственно, ко всему искусству в целом, — его понятие, подобно большинству основных эстетических понятий, не соглаша­ется с теорией, которая хочет сформулировать его: то, что качествен­но противоположно понятию, с очень большими трудностями сво­дится к понятию, форма, в рамках которой что-то можно мысленно себе представить, отнюдь не индифферентна в отношении предмета мышления. В историко-философском плане выражение, используе­мое искусством, будут вынуждены интерпретировать как компромисс. Выражение нацелено на транссубъективные явления, оно есть форма познания, которое, в силу того что оно некогда предшествовало по­лярности субъекта и объекта, не признает эту полярность как состоя­ние, установившееся навсегда, окончательно и бесповоротно. Но уни­кальность его проявляется в том, что оно стремится осуществить та­кое познание в состоянии полярности как акте для-себя-сущего духа. Эстетическое выражение есть опредмечивание беспредметного, ко­торое осуществляется таким образом, что выражение посредством своего опредмечивания становится вторым пластом беспредметнос­ти, тем, что выражается артефактом, а не является имитацией субъек­та. С другой стороны, именно объективизация выражения, которая совпадает с искусством, нуждается в субъекте, которого она создает и чьи миметические побуждения, выражаясь буржуазным языком, ис­пользует. Выразительным искусство является тогда, когда его уста­ми, субъективно выраженная, говорит объективная реальность — пе­чаль, энергия, тоска. Выражение — плачущее лицо произведений. Они открывают его тем, кто отвечает им взглядом, даже в тех случаях, ког­да они проникнуты весельем и радостью или воспевают vie opportune¹ рококо. Если бы выражение было простым дублированием субъек­тивных чувств, значение его было бы ничтожным; об этом очень убе­дительно свидетельствует насмешка художников над произведением, явившимся результатом ощущения, переживания, а не творческого изобретения, творческой фантазии. Выражение ориентировано ско­рее не на такие чувства, а на отражение внехудожественных явлений и ситуаций. В них уже осаждаются и говорят о себе исторические

¹ безмятежно-уютная жизнь (фр.).

процессы и функции. Образцовым примером в этом отношении явля­ется творчество Кафки, секрет неотразимого обаяния которого объяс­няется тем, что он вновь преобразует такое выражение в являющееся, в события, происходящие в произведении, зашифровывая выражение внехудожественных вещей и ситуаций в художественном явлении, в являющемся. Только при этом Кафка становится вдвойне загадочным, так как образовавшийся осадок, получивший выражение смысл сно­ва лишен смысла, это естественная история, естествознание, через которую ничто не поможет перебраться, чтобы осадок этот, достаточ­но бессильный, смог выразить себя. Подражанием искусство являет­ся лишь как подражание объективному, отринувшему всяческую пси­хологию выражения, которое впервые было замечено сознанием в мире и которое продолжает жить исключительно только в художественных образах. Посредством выражения искусство отгораживается от для-другого-бытия, столь жадно поглощающего выражение, и заявляет о себе — в этом осуществление его миметической функции. Художе­ственное выражение — это не аналог обычному выражению, выска­зыванию или формулировке.