Судебные органы

К концу XV в. государство сосредоточило в своих руках судебные функции по всем важным делам, что было закреплено Судебником 1497 г. Вотчинные и поместные суды постепенно теряют свое значение и за ними остаются лишь малозначительные дела («опричь душегубства»), а затем государство отбирает у них и эти дела. Соборное Уложение вообще не рассматривает компетенции сошедших на нет вотчинных судов.

Судебник Ивана III провозглашает главным судебным органом Бояр­скую думу: «Судите суд боярам и окольничим. А на суде быти у бояр и у околничих диаком». Боярский суд составляла приближенная к великому князю аристократия – родовитая знать. В дьяки, по свидетельству князя А. Курбского, назначали «не от шляхетского роду, а от поповичев или от простого всенародства». Дьяки не только помогали боярам (путным, при­казным, думным), но и следили за правильностью судопроизводства.

На местах до отмены наместничьего правления суд осуществляли наме­стники великого князя и волостели, имевшие свой штат помощников. Су­дебники определяли размеры судебных пошлин, выделявшихся на содер­жание этого штата.

Высшей судебной инстанцией, в которую можно было апеллировать в случае несогласия с решением суда, был великий князь, который выступал и как непосредственный судья по отношению к своей администрации и к своим слугам.

После реформы середины XVI в. и ликвидации наместничьих судов су­дебные функции переходят на местах к губным и земским учреждениям. Но административные органы по-прежнему сохраняют за собой право суда: воеводы, приказы, Боярская дума, сам царь. В XVII в. приказы становятся высшей инстанцией для местных судов. Дела в них решались коллегиаль­но («соопча»), боярином, окольничим или думным дьяком «с товарищи». Следствие и делопроизводство вели дьяки и подьячие («чернильные души»).

Имел место и церковный суд, который издревле ведал делами духовен­ства, церковных и монастырских крестьян. Он распространял свою юрис­дикцию также и на семейно-брачные отношения, улаживал конфликты между родителями и детьми, решал дела о наследстве и пр. Но государст­во уверенно наступает и здесь на права церкви. Сначала оно изымает из ее ведения наиболее важные уголовные дела, вводит так называемый «смесный» (совместный) суд по делам церковных и монастырских людей с людьми, не подчиненными церкви. А ко времени принятия Соборного Уложения распространяет на духовенство светское судопроизводство. Был создан Монастырский приказ, возглавляемый, как и другие приказы, боярами и окольничими, со штатом дьяков и подьячих. Это государствен­ное учреждение взяло на себя рассмотрение всех гражданских и части уго­ловных дел в отношении духовных лиц всех рангов, вплоть до митрополи­тов и их людей.

Соборное Уложение сохранило, однако, за церковным судом право выносить решения по церковным делам своих служителей. Это право пре­доставлялось Патриаршему двору как высшему органу управления всеми церковными людьми. Патриаршему суду было оставлено также право быть высшей инстанцией в отношении дел религиозного характера, реше­ния которой можно было обжаловать в инстанции светской – Боярской думе и у царя. К тому же Уложение установило единую процедуру для светского и церковного суда и ввело одинаковую ответственность для всех судей за злоупотребления.