Науки о природе и науки о культуре

Согласно Риккерту, естественные науки пользуются «генерализирующим «методом, состоящим в образовании общих понятий и в формулировке законов. Но в общих понятиях не содержится ничего индивидуального, а в индивидуальных явлениях действительного нет ничего общего. Поэтому законы науки не имеют никакого объективного значения. С точки зрения кантианцев, естествознание не дает знания действительности, а уводит от нее, оно имеет дело не с действительным миром, а с миром абстракций, с создан им же самим системами понятий. Мы можем «перейти от иррациональной действительности, — пишет Риккерт, — к рациональным понятиям, возврат же к качественно индивидуальной действительности нам закрыт» (Г.Риккерт. Науки о природе и науки о культуре, С.172). Таким образом, агностицизм и отрицание познавательного значения науки, тенденция к иррацио­нализму в понимании окружающего мира — таковы ре­зультаты анализа Риккертом методологии естественных наук.

Риккерт полагает, что в противоположность естест­вознанию исторические науки интересуются единичными событиями в их неповторимом своеобразии. «Кто вооб­ще говорит об «истории», тот думает всегда об единич­ном индивидуальном течении вещей...» (там же, стр.96).

Риккерт утверждает, что науки о природе и науки о культуре различаются не по своему предмету, а лишь по методу. Естествознание, пользуясь «генерализирую­щим» методом, преобразует индивидуальные явления в систему естественнонаучных законов. История же, при­меняя «индивидуализирующий» метод, описывает от­дельные исторические события. Так Риккерт подходит к центральному пункту учения неокантианцев — к отри­цанию объективных законов общественной жизни. Пов­торяя реакционные утверждения Шопенгауэра, Риккерт, как и Виндельбанд, заявляет, что «понятие историчес­кого развития и понятие закона взаимно исключают друг друга», что «понятие «исторического закона» есть «contradictio in adjecto»» (Г.Риккерт. Философия истории. СПб., 1908, стр. 36, 77).

Весь ход рассуждения этих неокантианцев порочен, а произвольное разделение наук в зависимости от применяемых науками методов не выдерживает критики, прежде всего неверно, что естествознание имеет дело только с общим, а история — с индивидуальным. Поскольку сама объективная действительность во всех ее проявлениях представляет собой единство общего и от­того, познающая ее наука постигает общее в отдельном и отдельное через общее. Не только целый ряд наук (геология, палеонтология, космогония Солнечной системы и т. д.) изучает конкретные явления и процессы, неповторимые в своем индивидуальном течении, но и любая отрасль естествознания, устанавливая общие законы, дает возможность с их помощью познавать и конкретные, индивидуальные явления и практически воздействовать на них

В свою очередь история только тогда может счи­таться наукой (в отличие от летописи), когда она обнаруживает внутреннюю связь исторических событий объективные закономерности, управляющие действиями целых классов. Отрицание Риккертом объективного ха­рактера законов истории, воспринятое многими буржуаз­ными историками, направлено против учения марксизма о развитии общества как естественноисторическом про­цессе, в наше время необходимо ведущем к смене капи­талистического строя социалистическим.

По Риккерту, историческая наука не может форму­лировать законы исторического развития, она ограни­чивается описанием лишь индивидуальных событий. Историческое знание, достигаемое с помощью индиви­дуализирующего метода, не отражает природы истори­ческих явлений, ибо индивидуальность, могущая быть постигнутой нами, также «не есть действительность, но лишь продукт нашего понимания действительности...» (Г. Риккерт. Философия истории, стр. 21). Агностицизм, столь ярко выраженный в трактовке Рик­кертом естественных наук, не в меньшей мере лежит и в основе понимания им исторической науки.