Телеграмма генерала Хабалова генералу Алексееву. Прошу доложить его императорскому величеству, что исполнить повеление о восстановлении порядка в столице не мог

27 февраля 1917 г., № 199, 20 час 10 мин.

Прошу доложить его императорскому величеству, что исполнить повеление о восстановлении порядка в столице не мог. Большинство частей одна за другой изменили своему долгу, отказываясь сражаться против мятежников Другие части побратались с мятежниками и обратили свое оружие против верных его величеству войск. Оставшиеся верными долгу весь день боролись против мятежников, понеся большие потери. К вечеру мятежники овладели большею частью столицы. Верными присяге остаются небольшие части разных полков, стянутые у Зимнего дворца под начальством генерал-майора Занкевича, с коими буду продолжать борьбу. Генерал-лейтенант Хабалов.

Там же, с 15–16. Цит. по: Нагаев А.С.., С. 180.

 

№ 32.

Л.Д. Троцкий [93] о февральской революции

Л.Д. Троцкий вернулся в Россию из второй эмиграции 5 мая 1917 г. В своих оценках февральских событий он опирался на свидетельства непосредственных участников революции и на анализ политико-публицистической литературы. Двухтомная работа Л.Д. Троцкого впервые была издана в Берлине в 1931-1933 гг. В нашей стране она долгое время находилась в спецхране ине использовалась советскими историками.

Февральское восстание именуют стихийным... в феврале никто заранее не намечал путей переворота; никто не голосовал по заводам и казармам вопроса о революции; никто сверху не призывал к восстанию. Накоплявшееся в течение годов возмущение прорвалось наружу, в значительной мере неожиданно для самой массы.

Троцкий Л.Д. История русской революции // К истории русской революции. М., 1990. С. 373. Цит. по: Хрестоматия по истории России…, С. 387.

 

№ 33.

Из воспоминаний В.В. Шульгина [94] о февральской революции

... Мы были рождены и воспитаны, чтобы под крылышком власти хвалить ее или порицать... Мы способны были в крайнем случае безболезненно пересесть с депутатских кресел на министерские скамьи... Но перед возможным падением власти, перед бездонной пропастью этого обвала у нас кружилась голова и немело сердце... С первого же мгновения этого потопа отвращение залило мою душу... Боже, как это было гадко!.. Так гадко, что, стиснув зубы, я чувствовал в себе одно тоскующее, бессильное и потому еще более злобное бешенство. - Пулеметов!

Пулеметов - вот чего мне хотелось. Ибо я чувствовал, что только язык пулеметов доступен уличной толпе и что он, свинец, может загнать обратно в его берлогу вырвавшегося на свободу страшного зверя...

Увы - этот зверь был... Его Величество русский народ...

То, чего мы боялись, чего во что бы то ни стало хотели избежать, уже было фактом. Революция началась.

Шульгин В.В. Дни. 1920. М., 1989. С. 181-182, 184-185. Цит. по: Хрестоматия по истории России…, С. 388.

 

№ 34.

Из прибавления к первому номеру газеты «Известия Петроградского Совета Рабочих Депутатов» о первом заседании Петроградского Совета