Система Н.И. Ильминского

Россия – многонациональное государство, в силу этого российская система общего образования объективно имеет дело с достаточно разнородным в языковом, ментальном, этнокультурном отношении контингентом учащихся. Поэтому изучение предшествующего опыта организации образования, в частности образования инородцев, является для нашего государства и общества актуальной проблемой [1-5].

Со второй половины XVI в., после включения в состав Московского государства завоеванных на востоке территорий, правительство начало политику христианизации в данном регионе. Эта политика проявлялась, прежде всего, в возведении на новых территориях православных монастырей, церквей, а также школ, открываемых духовенством. Одним из действенных средств в распространении христианства полагалось школьное обучение инородцев. Вместе с тем, как отмечал Н.В. Никольский, характеризуя Казанские новокрещенские школы последней четверти XVIII в. (которые одними из первых начали заниматься образованием инородческого населения), отсутствие правильной организации учебного дела «сводило весь труд новокрещенского ученика к простому механическому заучиванию содержания учебников. Церковнославянский и русский язык преподавания отнимал у учеников всякий интерес и внимание к наукам» [4]. Тем не менее, эти школы сыграли определенную роль в просвещении народов Поволжья, основные их результаты заключались в подготовке духовенства и распространении грамотности среди нерусских народов.

Основным дефектом этих школ было то, что в детях «сводился на нет» всякий живой интерес к школе. Подростку приходилось преодолевать громадный психологический барьер между жизнью в семье и русской школой. Терялось само стремление к учению, в котором доминировала простая механичность.

Образование, получаемое нерусскими учащимися на неродном для них русском зыке и лишённое глубоких этнопсихологических оснований, служило причиной возвратной неграмотности, «отпадения» (т.е. возвращения) крещеных инородцев назад в ислам, маргинализации соответствующих пластов населения, принудительно отрываемых от собственной культуры и в то же время не получающего должного доступа к культуре русской.

Для большинства представителей православной духовной миссии во второй половине XIX века стала очевидной ущербность и неэффективность практики принудительного обращения в христианство и схоластического обучения в русской школе на неродном для учащихся языке.

В таких условиях новый подход к просвещению инородцев был выработан ученым-тюркологом, педагогом Н.И.Ильминским. Система Н.И.Ильминского была исторически оправданным социально-педагогическим явлением. Её изучение и ее оценка немыслимы без учёта полиэтничности Российского государства, безусловно накладывавшей отпечаток на развитие образования в стране.

Основными пунктами системы просвещения Н.И. Ильминского являлись:

1) организация начального обучения в школах для детей нерусских народов на родном языке, введение двуязычного метода преподавания;

2) перевод и издание учебных пособий на родных языках инородцев;

3) подготовка национального учительства.

26 марта 1870 года «Правила о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» были приняты и утверждены императором Александром II. Принятие «Правил о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» означало легитимизацию педагогической системы Н.И.Ильминского как основы новой инородческой политики на Востоке России и новой педагогической идеологии в отношении нерусских жителей империи.

Теоретико-методологическое обоснование трем основополагающим принципам христианского просвещения нерусских народов Восточной России – первоначальному школьному образованию на родном языке, подготовке единоплеменного учительства и созданию комплекса переводной учебно-методической и вероучительной литературы – Н.И.Ильминский впервые дает в своих работах начала 60-х годов XIX века.

Система Н.И.Ильминского нашла свое применение во многих инородческих школах восточных губерний России. С конца 60-х гг. XIX века, система Н.И.Ильминского стала использоваться и в миссионерских школах Алтайской духовной миссии.

Наметившееся в конце 60-х гг. XIX века и продолжавшееся затем четверть века сотрудничество между миссионерами Алтайской духовной миссии и Н.И.Ильминским, на наш взгляд, сыграло позитивную роль и дало мощный импульс развитию инородческого просвещения и образования в Горном Алтае. Инородческие школы в Горном Алтае, активно перенимавшие педагогический опыт казанских крещено-татарских школ, с 60-х гг. XIX в. перешли к построению педагогического процесса на родном для нерусских учащихся языке, что естественно способствовало эффективности школьного обучения.

Деятельность миссионерских школ, организуемая с ориентацией на школу церковно-приходского типа, сыграла, вместе с тем, свою позитивную роль в последующем образовании алтайцев, в зарождении алтайской интеллигенции, в создании первой алтайской художественной и учебной литературы (М.В.Чевалков) и наконец, в широком смысле - в сближении местного алтайского населения с русском, а позже – на советском этапе – в решении задачи формировании системы единой школы.