Три группы зависимых, обращающихся к священнику

Зависимых людей, обращающихся за помощью к священнику, условно можно разделить на три группы:

* Искренне кающийся — это тот человек, который с Божией помощью хочет выйти из зависимости, избавиться от внутренней двойственности, обрести цельность и искреннюю веру. Он, с внутренним доверием и терпением, готов следовать всему тому, что предложит ему священник. Обычно это люди, имеющие определенный уровень понятий о Боге, веры в Него.

* Жалобщик — это тот, в ком господствует идея «все очень сложно». В глубине души он не верит, что существует реальная возможность получения желаемого результата. Чтобы создать какие-то отношения со священником, он обязательно должен рассказать, как для него все невыносимо тяжело. Он предпочитает говорить о том, что ему уже не помогло, что не так, вместо того, чтобы говорить о том, чего бы он хотел достичь. Жалобщикам кажется, что жизнь все поворачивает для них так, что они не могут с этим справиться. Они убеждены в том, что все попытки приведут к поражению. Они могут проявлять агрессивность, быть в депрессии, но, в целом, они обычно говорят о невозможности изменений, используя негативные формулировки, выражаясь в отрицательных категориях.

* Безучастный — это тот, кого кто-то (родители, супруга) из лучших побуждений послал или привел к батюшке, возможно, что-то пообещав ему за этот визит... Сам же зависимый человек не ищет изменения, он пришел сюда лишь потому, что это необходимо кому-то другому. Поэтому последние вовсе не являются теми, за результат окормления которых священник несет перед Богом ответственность. Скорее пастырю нужно позаботиться о тех, кто их послал, кто хочет, чтобы они изменились.

Безучастные обычно явно или неявно саботируют все то, что священник попытается сделать для того, чтобы им помочь. Это будет продолжаться, пока их не увлечешь в такое обсуждение их жизни, их проблем, при котором они научатся отличать собственную личность от зависимости, со временем став искренне кающимися. Помочь можно только искренне кающимся.

Остановимся на работе с жалобщиками. С ними можно провозиться довольно долго. Но принять решение и отдать себя в послушание хотя бы на некоторое время, они вряд ли способны. Жалобщики — это, как правило, люди, которые не живут в гармонии со своим внутренним миром, со своим сердцем. Им нужны не отношения с Богом и другими людьми. Им нужны готовые рецепты и решения... для того, чтобы еще раз доказать себе и окружающим, что это им не подходит.

Готовые решения и рецепты — прямая противоположность диалогу. Они подводят итог, заканчивают обсуждение, снижают интенсивность работы вместо того, чтобы ее увеличивать. Чтобы создать интенсивность, напряженность внутренней работы, необходимо состояние искреннего поиска. Важно, чтобы священник не давал готовых ответов, опираясь лишь на свой опыт. Должна учитываться уникальность личности другого человека. «Духовник должен быть очень и очень осторожен в том, что он советует, потому что порой духовник не знает обстановки жизни данного человека и может дать такой совет, который неисполним, — говорит митрополит Антоний Сурожский, — Я помню одного человека, который ко мне пришел и сказал: «Что мне делать? Я преподаю в университете литературу; я был на Исповеди, и духовник мне сказал отныне больше не читать никакой светской литературы. Что мне делать? Я на это ответил, что поговорю с духовником, и тот отменил свое безумное решение. И можно было бы привести множество таких случаев, — у меня их накопилась бездна сейчас, когда духовник говорит теоретически, говорит и не от собственного опыта, и не от духовной истины». [39]

Когда мы имеем дело с жалобщиками, лучше не входить с ними в близкие душевные отношения. Лучше бросить им вызов:

— А слаб о перестать спорить и начать работать?

Большинство людей, которые застревают в длительных зависимостях, на каком-то уровне — жалобщики. Они считают, что ничто не может им помочь достаточно эффективно, что существуют возможности, и на каком-то уровне они убеждены, что они сломаны, дефектны, как-то повреждены.[40] И у искренне кающихся тоже могут быть такие убеждения. Но в процессе обретения более глубоких, доверительных отношений с пастырем, в какой-то момент напряжение может достичь такого уровня, после которого начнут раскрываться такие стороны внутреннего стремления к исцелению, такие грани человеческой души, которые смогут взорвать изнутри панцирь жалобщика и полностью преобразить человека.

Пастырю, желающему получить результат от своей работы с зависимыми людьми, рекомендуется помнить о том, что невозможно получить результат с безучастными. Их можно заставить «каяться», собороваться, причащаться, но глубинного результата от работы с ними ожидать не стоит. Безучастного не вовлечешь в это до той поры, пока он сам не поймет, что исцеление, прежде всего, важно для него.

В целом наиболее благоразумным решением будет такое. Если у священника не хватает мудрости, сил, времени на работу с безучастным человеком, которого, возможно, привели родители или верующие родственники, если после первой и второй встреч его не удалось заинтересовать, не стоит, наверное, тратить на это время и силы.

Но при этом священнику можно поблагодарить его за встречу, обнадежить, рассказать несколько историй о том, как с Божьей помощью другие люди вышли из зависимости, сказать, что двери храма и сердце пастыря для него всегда открыты, возможно предложить обратиться к другому священнику или в известный ему реабилитационный центр.