Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Лекция № 2. Сущность и функции языка




Вопрос о функциях и сущности языка достаточно сложен. Сущность определяется в словаре философских терминов как внутреннее содержание предмета, а функция - как соотношение двух или нескольких объектов, в котором изменение одного из них приводит к изменению другого. Вопрос о том, что же такое язык (сущность), а также с какими аспектами жизнедеятельности человека он взаимосвязан (функции) решался и решается по-разному в зависимости от научной школы или направления. Рассмотрим основные подходы к рассмотрению интересующей нас темы.

Структурный подход. Основоположником структурного подхода в лингвистике является швейцарский учёный Фердинанд де Соссюр. Он определял сущность языка следующим образом:

"Язык является социальным продуктом, совокупностью необходимых условностей, принятых коллективом, чтобы обеспечить реализацию, функционирование способности к речевой деятельности, существующей у каждого носителя языка" (Курс общей лингвистики. - М., 1998).

"Язык есть система знаков, представляющих собой единство акустического образа и понятия" (Курс общей лингвистики. - М., 1998).

Ф.де Соссюр предложил концепцию языкового знака, которая надолго определила развитие семиотики (науки о знаках) и лингвистики. Исследователь определил языковой знак как билатеральную (двустороннюю) сущность, один из составляющих которую элементов есть означающее (форма: акустический или графический образ), а другой - означаемое, представляющее собой понятие, которое конвенционально (т.е. по договорённости) связывается говорящими с тем или иным означающим. Схематически эта теория представлена на рис.2:

Рисунок 2.

 

 

При таком подходе основной функцией языка является хранение и передача информации, знаний, т.е. кумулятивная функция языка.

Коммуникативный подход. В самом общем смысле коммуникация определяется как "обмен" мыслями, знаниями, действиями (Кашкин 2007:12). В последнее время всё больше исследователей приходят к выводу о том, что, собственно говоря, "обмена" при коммуникации не происходит, поскольку мы не всегда полностью понимаем мысли, которыми с нами хочет "обменяться" собеседник, к тому же в реальности общения целью коммуникантов является не "передать" собеседнику знания или информацию, а согласовать с ним свои действия, убедить сделать что-либо определённым образом. Данным тенденциям в лингвистике отвечает следующее определение коммуникации:

"Коммуникация есть непрекращающийся процесс, на каждом этапе которого обеспечивается согласованность действий участников, что в идеале должно приводить к жизненному процветанию общины" (Панов, 1983:216).

В рамках коммуникативного подхода в лингвистике в качестве сущности языка рассматривается его способность служить важнейшим средством общения. Отсюда важнейшая функция языка − коммуникативная.

Кроме естественного языка средством коммуникации могут служить и другие знаковые системы, например, язык математических символов, язык жестов, язык цветов и т.д.

Но язык является важнейшим средством коммуникации, поскольку, в отличие от других средств коммуникции, позволяет осуществлять взаимодействие: 1) находясь на расстоянии (в языке жестов и мимики это невозможно); 2) при отсутствии в зоне непосредственной видимости объекта, по поводу которого достигается согласованность действий коммуникантов; 3) независимо от времени, т.е. осуществлять коммуникацию «отложенную во времени» (что невозможно в языке цветов); 4) в любой жизненной ситуации (использование, например, математических символов в обыденном повседневном общении − нонсенс).

Говоря о коммуникативной функции языка, мы можем упомянуть о двух видах (жанрах) речевого общения: информативном общении и неинформативном или фатическом общении. В первом случае в процессе общения изменение поведения партнёра достигается при помощи обращения к рациональной стороне его «Я» − сообщается определённая информация. Например: "Уважаемые жильцы, сегодня в 18:00 состоится общее собрание жильцов нашего дома". Во втором − при помощи обращения к эмоциональной, чувственной стороне «Я»: Например, «Машенька не плачь, ты такая хорошая, красивая, у тебя всё получится».

В связи с этой функцией следует также упомянуть всё возрастающий интерес современных лингвистов к коммуникативным стратегиям и тактикам речи.

Под речевой стратегией понимается общая линия коммуникативного поведения, направленная на достижение какой-либо достаточно глобальной цели. Например, речевая стратегия уговора, имеет своей целью сделать так, чтобы собеседник осуществил действие, нужное говорящему. Тактика – это конкретный способ, которым осуществляется достижение стратегической цели общения. Например, уговаривая, говорящий может использовать тактику комплимента. Например, обращаясь к коллеге: Я бы хотела попросить Вас заменить заболевшего Х. Я прошу это сделать именно Вас, потому что ВЫ – мой лучший сотрудник. Для достижения стратегической цели "уговорить" нередко обращаются к тактике апелляции к чувствам:Дорогой, ведь ты же меня любишь, правда? Ты же не будешь спокойно смотреть как я второй год подряд хожу в одной и той же норковой шубе?

Когнитивный подход. С точки зрения когнитивного (от лат. cognitia 'познание') подхода к анализу языковых фактов, язык есть важнейший механизм познания окружающего мира. В таком случае основная функция языка - помогать человеку мыслить, познавать окружающий мир. В этой связи в лингвистической литературе широко обсуждается проблема соотношения языка и мышления.

Данная проблема имеет древнюю историю. В целом, можно выделить три основных направления решения проблемы соотношения языка и мышления:

Мышление определяет Язык (Язык - лишь оболочка для готовой мысли)

Язык определяет Мышление (Языковые формы определяют мыслительные)

Язык и Мышление взаимоопределяемы (Языковые формы и мыслительные процессы тесно взаимосвязаны)

Первая тенденция достигла своего расцвета в рамках так называемого лингвистического рационализма (грамматисты Пор-Рояля, Рене Декарт): рационалисты считали, что категории мысли суть исключительно логические категории. А язык есть простое озвучивание категорий мысли, оболочка для мысли. При этом предполагалось, что мысль исключительно логична, а все люди мыслят, значит, все люди мыслят логично, а, следовательно – одинаково, на каком бы языке они не говорили. Примером данного подхода к языку является вышедшая в 1660 году "Всеобщая рациональная грамматика", известная как "Грамматика Пор-Рояля", в которой постулируется, что язык изобретён человеком в соответствии с его мышлением и все его формы соответствуют формам и проявлениям человеческого разума. Человек для обозначения всего происходящего в мозгу нуждается в знаках. Такими знаками являются слова, которые подразделяются на классы: одни слова обозначают предметы мысли (существительные, артикли, местоимения, причастия, предлоги и наречия), другие - способ движения, протекания мысли (глаголы, союзы, междометия). В основе любого естественного языка лежат глубинные универсальные для всех языков правила и структуры, находящиеся в полном соответствии с логикой человеческого мышления.

Однако уже в первой половине 19 в. немецкий языковед Вильгельм фон Гумбольдт ввёл в научный обиход понятие мировидение. Мировидение, будучи результатом тесного взаимодействия языка и мышления, есть особый взгляд на окружающий мир, свойственный каждому народу и обусловленный национальным своеобразием его культуры и языка. В отличие от рационалистов, Гумбольдт отрицал слепую зависимость языка от мысли, его второстепенный и вспомогательный характер. Анализ множества так называемых «туземных» языков (Гумбольдт проводил много времени в экспедициях, изучал языки Полинезии) привёл его к выводу, что на разных языках, в разных культурах люди по-разному говорят о, казалось бы, одних и тех же ситуациях, объектах окружающего мира, а значит, и по-разному ведут себя в отношении одних и тех же объектов и ситуаций. Совокупность знаний, представлений, запечатленных в языковой форме, принято называть термином «языковая картина мира». Например,в формулах благопожелания у разных народов используются названия важных для них продуктов питания. Башкиры говорЯТ: бал да май (букв. мед и масло), русские – хлеб да соль, англичане - milk and honey (букв. молоко и мед).

В середине ХХ в. американские учёные Эдвард Сепир и Беджамин Уорф выдвинули так называемую гипотезу лингвистической относительности, которую сформулировали следующим образом: «мы рассекаем действительность по тем линиям, которые уже нанесены нашим родным языком…Окружающий мир представляет собой калейдоскопический поток впечатлений, который должен быть организован нашим сознанием… а это значит в основном – теми языковыми системами, которые находятся в нашем сознании».

Однако, с появлением в конце ХХ века когнитивной лингвистики была найдена так называемая золотая середина: мышление и язык тесно взаимосвязаны, но ни то, ни другое не занимает доминирующей позиции.Мысль преобразуется в момент её формулирования на определённом языке (отсюда, кстати, трудности интерференции при переводе с одного языка на другой: he has a dog, но у него есть собака; I fall in love, но я влюбился), но сами категории языка уже отражают определённые мыслительные процессы. Наиболее ярко через язык можно проследить как работает мыслительный механизм категоризации, т.е. объединения объектов по какому-либо признаку в одну категорию, группу. Этот процесс – один из важнейших для человеческого существования (если мы будем рассматривать красную, ржавую, высокую и низкую кастрюльки как разные, то мы, естественно не сможем говорить (нет столько слов для обозначения всех этих видов)), и, поняв однажды, как нужно действовать с красной кастрюлькой, мы не сможем применить эти знания к высокой кастрюле, поскольку она не будет осознаваться как объект того же класса.

Наример, американский учёный Джордж Лакофф в одной из экспедиций обнаружил, что в языке племени дьирбала всё существующее в мире делится на 4 категории. В одну из категорий, обозначаемую языковым маркером balah, включены женщины, птицы, змеи, вредные насекомые, огонь. С точки зрения европейца женщину было бы логичнее включить в одну категорию с мужчиной и детьми по признаку «человек», но что общего между женщиной, огнём, змеёй………. признак «опасность».

Язык помогает познать мир, потому что 1) когда мы приходим в него, будучи детьми, мы усваиваем сначала язык, а вместе с ним получаем каркас, сетку основных представлений о мире; именно языковое употребление учит ребёнка отличать дерево от цветка (для них есть разные слова, у дерева есть ствол, а у цветка стебель, дерево высокое, а цветок красивый и т.д.), будущее от прошлого (различные языковые формы для обозначения будущего и прошедшего времён) и т.д; 2) язык помогает сформулировать мысль, делая её более точной, ясной и для самого говорящего, а также доступной для понимания другим, а совместная деятельность расширяет границы познания; 3) язык помогает понимать и категоризировать новое и неизвестное, превращая его в известное и доступное пониманию.

В этой связи упомянем теорию когнитивной метафоры, авторы которой, американцы Дж.Лакофф и М.Джонс, утверждают, что метафора по природе – не языковое явление, а способ мыслить и познавать мир, а значит, она – один из важнейших когнитивных механизмов. Метафора же как языковое выражение есть лишь поверхностное проявление данного когнитивного механизма, а система общепринятых когнитивных метафор главным образом неосознаваема, автоматична и употребляется без заметного усилия. В качестве примера авторы приводят ряд, на первый взгляд, не метафоричных выражений, которые часто можно услышать в речи обычных носителей английского языка, разговаривающих о любви:

 

Our relationship isn’t going anywhere.

«Наши отношения не ведут никуда».

 

Our relationship has hit a dead-end street.

«Наши отношения зашли в тупик».

 

Look how far we’ve come.

«Посмотри, как далеко мы зашли».

 

It’s been a long and bumpy road.

«Мы прошли длинный и трудный путь».

 

We can’t turn back now.

« Теперь мы не можем повернуть назад».

 

Данные высказывания, на первый взгляд, не содержат ничего метафорического и переносного: мы часто так говорим в обыденной речи, и при этом совсем не стремимся её приукрасить. Но, если приглядеться, становится очевидным, что разговор о личных, интимных взаимоотношениях ведется теми же языковыми выражениями и клише, которые использовали бы в своём разговоре путешественники. На самом деле, становится понятно, что «отношения» не могут «зайти в тупик» в буквальном смысле этого выражения, точно также как и «вести в никуда».Таким образом, когнитивная (или концептуальная) метафора есть понимание одной области – более абстрактной и сложной для описания и понимания – через призму другой, более конкретной, и, как правило, интуитивно более понятной, известной, скорее всего, через непосредственный физический опыт, и представляемой более детально.Первую область принято называть областью-мишенью, а вторую – областью-источником.

Можно также выделить адаптивную функцию языка. С этой точки зрения человек, прежде всего, есть живой организм, который стремится выжить, т.е. успешно взаимодействовать со средой. Для этого ему необходимо использовать не только свой опыт, но и опыт других людей. Если он будет просто наблюдать как, скажем, бежит женщина, то будет непонятно, почему она бежит, поскольку наблюдатель не видит всей ситуации, находится в иной точке пространства, нежели женщина, но услышав крик женщины «Наводнение!» или «Пожар!», наблюдатель успешно среагирует и сохранит себе жизнь. Таким образом, язык предоставляет человеку уникальную возможность осуществлять взаимодействие с другими людьми, а значит – расширять свой жизненный опыт, не находясь с ними в одной точке времени и пространства.

5. Людическая или игровая функция языка. Игра – естественная форма деятельность всякого живого существа. в игре устанавливаются социальные взаимоотношения, реализуется потребность в творчестве и самовыражении. При помощи языка люди играют очень давно и успешно.Термин "языковая игра" впервые был употреблен Л.Витгенштейном в работе "Философские исследования" (Витгенштейн 1994), ему же принадлежит широкая трактовка языковой игры как "одной из тех игр, посредством которой дети овладевают родным языком". В исследованиях последних лет термин "языковая игра" получил несколько иную (более узкую) трактовку: под языковой игрой понимается осознанное нарушение нормы. При таком подходе языковая игра противопоставляется языковой ошибке, которая возникает как следствие непреднамеренного нарушения нормы.

 

В рекламных текстах это игра с цветом, это использование латиницы (ИСКRENEE ТЕЛЕВИДЕНИЕ - реклама REN-TV; SOSTАВЬ КОМПАНИЮ ЖИВЫМ - реклама наркологической клиники и т.п.), использование символов (Окна, которые хранят t?епло; Сделайте Ваш пол t?еплым и т.п.), использование прописной буквы (ФАНТАстическое предложение - реклама "Фанты"; ОПТимальные цены и т.п.). В.З. Санников (Санников 1999) называет языковой игрой «всякое намеренно необычное использование языка (например, для создания художественного эффекта)».Например, инверсия агенса и пациенса в следующем примере создаёт комический эффект: Зашёл в избу, вижу: тесто бабу месит. Я усмехнулся - тесту не понравилось. Нестандартное употребление местоимения мы также является составляющей языковой игры:К итальянскому судье привели бродягу, обвиняемого в мелкой краже. Судья, разбирая дело, был в затруднении, как обращаться к бродяге – на вы или на ты. Первое казалось ему слишком уважительным, второе – некорректным. Судья решил обратиться на мы: «Итак, похоже, что мы украли часы», – сказал он. «Вы, может быть, и украли, Ваша честь, – ответил обвиняемый. – Я же их не крал» (Н.Романова, А.Филиппов. «Русский язык в СССР», 1991, № 10).







Дата добавления: 2015-09-19; просмотров: 1065. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2019 год . (0.004 сек.) русская версия | украинская версия