Предводитель второго полухория
Антэпиррема Часто кажется, что город граждан и сынов своих, И достойных и негодных, ценит совершенно так, Как старинную монету и сегодняшний чекан.[58] Настоящими деньгами, неподдельными ничуть, Лучшими из самых лучших, знаменитыми везде Среди эллинов и даже в дальней варварской стране, С крепким, правильным чеканом, с пробой верной, золотой Мы не пользуемся вовсе. Деньги медные в ходу, Дурно выбитые, наспех, дрянь и порча, без цены. Так и граждан благородных, славных домом и умом, Справедливых, безупречных, убеленных сединой, Выросших в хорах, в палестрах, знающих кифарный строй, Их мы гоним, любим медных, чужеземцев и рабов, Подлых и отродье подлых, ловких новичков из тех, Кто на виселицу прежде пригодился бы едва. Хоть сейчас-то измените свой обычай вы, глупцы, Верьте тем, кто стоит веры, сразу все похвалят вас. Если ж и случится злое, так не попусту, не зря, А на дереве хорошем и повеситься не жаль. Эписодий четвертый Из дверей выходят Эак и Ксанфий.
Эак Свидетель Зевс, мужчина благороднейший Хозяин твой. Ксанфий Еще б не благороднейший! Ему бы только пьянствовать и девок мять! Эак А странно, что тебя не изувечил он, Когда ты, раб, назвал себя хозяином. Ксанфий Попробовал бы только! Эак Это сказано, Как слугам подобает. Так и я люблю.
|
