Христианская немочь бледная!
Пар. Припарками обложить! Да ее никогда и не было! Было тело, хотело жить» (305, стр.467). Н. Тихонов: «Обиды все и неудачи Сложить в один мешок большой И написать углем горячим: «Все это звалося душой!» И бросить в пруд не размышляя, Но над прудом висит печать И надпись грозная, глухая: «Прошу прудов не засорять!» (275, стр.499-500). Теоретическая психология, между прочим, продолжает существовать, и слово «психическое» не вышло из употребления. Выяснилось, что и практически игнорировать «психику» - а значит, казалось бы, и «психею» - невозможно. Великая Отечественная война показала со всей очевидностью, что «психика» в жизни человеческого общества играет иногда решающую роль. Существуют обширные области практической деятельности и отрасли знаний, которые полностью заняты «психикой». Таковы, например, педагогика, психиатрия, искусство. Ситуация парадоксальная: «психика», «психология» и «психиатрия» существуют и нужны, а души - предмета того, другого и третьего не существует; предмет этот - идеалистическое заблуждение... Можно предположить, что «проблему души» нельзя считать решенной простым отрицанием, и что ее нерешенность -следствие необоснованной смелости вульгарного материализма и столь же необоснованной робости научного естествознания. По выражению А.П. Чехова, «для ленивого мозга легче отрицать, чем утверждать» (310, т.И, стр.404). «Ленивый мозг» -это низкий уровень потребности познания или воли; он довольствуется самой простой нормой. Отрицание души стало такой нормой - суеверием широко распространенным. Но явление не может быть обоснованно отрицаемо только потому, что его объективная природа не установлена и длительное время оно толковалось при помощи спекулятивных экстраполяции. Наука, в сущности, именно такие явления и изучает, только ими и интересуется. А спекулятивные умозрительные толкования неизбежны, а бывают даже практически полезны, пока и поскольку не достигнуто знание более основательное. Духовная субстанция души есть следствие недоразумения в буквальном смысле этого слова. Душа человеческая понимается, как явление пространственно не протяженное. И пока сама пространственная протяженность понимается примитивно, то и среди так понимаемых материальных явлений ее не удается обнаружить. Если явление налицо, а материи этого явления нет, то остается считать его нематериальным - «духовным». Но такое заблуждение в понимании явления все же ближе к истине, чем заблуждение, отрицающее само наличное явление, вопреки его очевидным проявлениям. Отрицание не допускает поисков - нелепо искать то, что не существует. Заблуждения при толковании, проявляясь, наоборот, требуют поисков. Впрочем, вероятно, всему свое время. Из ведомства духовного душа человеческая была передана естествознанию усилиями академика И.П. Павлова. Но она оказалась столь трудным предметом для объективного изучения, что только треть века спустя, в работах академика П.В. Симонова наметились реально ощутимые плоды перехода ее в «ведомство» объективного естествознания. Так, до П.В. Симонова объективному исследованию не поддавались эмоции (чувство) и воля. Но когда психологические «исследования» ограничиваются описанием явлений, не объясняя выполняемой ими функции и не уясняя их назначения, то исследования эти, при всей их добросовестности, не многим ближе к науке, чем спекулятивные умозрения допавловской психологии. Историк науки Дж. Бернал дал этой психологии такую убийственную характеристику: «К концу XIX века стало ясно, что абстрактная, факультетская психология различных школ непригодна ни для чего, кроме преподавания» (29, стр.572). То же писал и А.П. Чехов о «книжной, ученой психологии»: «Знать ее все равно, что не знать, так как она не наука, а фикция, нечто вроде алхимии, которую пора уже сдать в архив» (310, т.И, стр.357). А ведь Чехов был медиком... Положение едва ли может быть другим, пока психологические «исследования» сводятся к все более подробному и скрупулезному описанию всем известных явлений при помощи все усложняющейся терминологии, но без уяснения законов их возникновения - необходимости их существования, С выяснением объективной природы и функции мышления, чувства и воли отпадают основания отрицать явления, именовавшиеся «душой». Нет оснований держаться и старых представлений о существовании особой духовной субстанции, или «особой природы» психических явлений, которые не могут быть «сведены» к явлениям физиологическим. Отныне эти суеверия могут считаться вытесненными наукой. Вопрос о том, что такое «душа», стал очередным. Выяснилось, что он может быть решен средствами объективной науки. Так сбываются предвидения И.П. Павлова на путях, им намеченных.
|
