Саша повернулся и, не оглядываясь, зашагал к выходу из барака.

Погруженный в свои мысли англичанин даже не заметил, что остался один.

* * *

Расскажи мне еще об искаженных образах, заводящих человека в тупик, – попросил Саша.

Эта тема поистине неисчерпаема, – засмеялся Даос. – Читая книги, изучая историю человечества или просто прислушиваясь к разговорам на улице, ты обнаружишь множество ошибочных представлений. В большинстве своем они не приносят ни особой пользы, ни вреда. Наибольший интерес среди таких образов представляют те, что с легкостью проникают в сознание людей, передаваясь от человека к человеку, как заразное заболевание.

Ты упоминал когда-то, что Воины Жизни учились манипулировать подобными образами, – напомнил Саша. – Как именно их создают и как внедряют в сознание нужных людей?

Для этого существует множество всевозможных трюков, – сказал Ли. – Один из наиболее простых способов – связать ложное, но привлекательное утверждение с верными или хотя бы правдоподобными. С правдоподобными утверждениями человек соглашается, а затем, увлеченный привлекательностью формы ложного представления, автоматически распространяет возникшее доверие и на него.

А как привязывать ложные утверждения к истинным? – спросил Саша. – Приведи какой-нибудь пример.

Помнишь историю с раковиной, описанную в твоем любимом «Алхимике»?

Конечно, помню. Алхимик поднял с земли раковину и сказал, что когда-то на месте пустыни плескалось море. Потом он протянул раковину Сантьяго, чтобы тот приложил ее к уху, и юноша услышал отдаленный гул прибоя. «Море по-прежнему в этой раковине, ибо оно следует своей Судьбе, – сказал Алхимик. – И оно не покинет ее, пока в пустыне вновь не заплещутся волны».

Красивый образ, правда? – спросил Ли. – Море, следующее своей Судьбе, остается в раковине. Здесь ложное утверждение прилепляется к истинным, – о том, что на месте пустыни было и когда-нибудь снова будет море, и о том, что раковины шумят. Форма оказывается завлекательной, и читатель попадается на крючок ложного утверждения, что море не покинет раковину, пока в пустыне вновь не заплещутся волны.