Но Sepultura в то время была все же важней? Ведь с этой группы все и началось...

- Да, я собирал все, что ее касалось: альбомы, синглы, публикации... Вся комната была увешана плакатами. Помню, однажды мне каким-то образом удалось достать музыкальный журнал на французском языке, в котором напечатали статью про Sepultura. Я ни слова не понимал, но все равно сидел со словарем, пытался переводить, настолько мне была интересна эта группа. Года полтора я кроме Sepultura вообще больше ничего не слушал. Тогда в группе еще был Макс Кавалера. О его уходе из Sepultura я узнал с большим опозданием и совершенно случайно – тогда новости распространялись не так оперативно, как сейчас. Помню, сильно удивился, но после того как послушал дебютный альбом Soulfly, проникся музыкой Кавалеры еще больше! Первый альбом был очень мощный, особенно для своего времени. Инновационный. Тогда мало кто так играл.

Когда и как ты сам начал играть на гитаре?

- По поводу извлечения звуков... Когда мне было четырнадцать, наша семья переехала на другую квартиру, где бывшие жильцы оставили гитару. Я ее заметил, еще когда мы с родителями только приходили смотреть жилье, и попросил, чтобы ее оставили. Это была старая акустическая гитара, которая пылилась на шкафу, совершенно непотребная с виду – по всему ясно, что она им не нужна. И точно – хозяева сказали: «Берите, нам не жалко».