Из-за двери показался нос. Нос был кривой, больше самой огромной моркови, которую они когда-либо видели, и с небольшой горбинкой посередине. Ужасное лицо Бабы Яги появилось вслед за ним, освещаемое тонким лучом света из фонаря-тыквы над головой. Ее лицо напоминало помятый пирог, покрытый выступами и липким соком. Лицо Бабы Яги выглядело так, словно кто-то искусал его множество раз.
- Это ОНА, - задрожав, прошептала Серена, держа Шу за руку. - Шаль, что надета на ней, сделана из поломанных детских косточек.
- Не бойся, - успокоила ее Шу.
Шу наблюдала за тем, как Баба Яга начала выходить из дома. Она передвигалась со скоростью мертвой черепахи. Ее тело было округлым и напоминало котел, но только с головой, а ноги торчали из под шали, которая, как казалось, была сделана из перьев. Шу ахнула, когда увидела, что у Бабы Яги были куриные ноги и ступни. Она подумала, что это, должно быть, самые жуткие ноги в мире.
- Почему ей нужно так много времени на то чтобы выйти из дома? – прошептала Шу, отмечая, что Баба Яга, с ее крючковатым носом и куриными ногами, была похожа на огромную злую птицу.
- Ее тормозит мешок, - прошептала Серена в ответ. - Этот мешок за ее спиной полон девочек, они все без сознания. Она направляется к Королеве.
Шу увидела, как Баба Яга согнула и без того дугообразную спину и протянула мешок, который был больше ее самой раза в два, через дверной проем. Она спустилась с крыльца по трем деревянным ступеням, размахивая своими жуткими куриными ногами; головы детишек глухо ударялись об пол. Казалось, Бабе Яге стало куда удобней тащить его, когда она пошла по траве. Она курила сигару, пока шла.
- Хочешь знать, из какого табака сделана сигара? - спросила Серена. - Это пепел, что остался от Рапунцель!
Шу тряхнула головой и прислушалась к тому, что пела Баба Яга, пока тащила мешок вниз по холму:
