Зачем Нельсону второй глаз, если он только и делал, что смотрел в подзорную трубу.

Кукушка хвалит петуха, за то, что хвалит он кукушку. А за что хвалит кулик своё болото?

Женщины живут дольше мужчин, менструацией обновляя кровь: сколько я проживу, если у меня с 12 лет геморрой?

Когда уходить с корабля крысе, если она капитан?

А если капитан – крыса по жизни, то ему, каким покидать корабль? Где-то в серединке?...

Вопросы всё шли, а ответов так и не было.

Гудела лестница и голова.

В глазах и в небе кружились звёзды.

Помню только похлопывание ладоней по щекам, и подумал другим мультяшным героем:

«Ну, всё, теперь меня ни за что не возьмут в пионеры».

Даже,если я по-тимуровски переведу взвод дедушек через дорогу.

 

Я бежал-бежал, и приплыл. Не такая же ситуация была в пьесе Булгакова «Бег», спросите вы?

Отвечаю - нет, не такая.

А главное, что я решил для себя в это зимнее утро, что как Керенский из Зимнего бегать больше не буду…

Я кое-как поднялся, отряхнул снег и поплёлся в роту.

Через час мой лоб напоминал красоту двухмесячной давности – лоб рассечён и под глазами фиолетовые круги. Олицетворённая инициатива на лице.

Ещё то, разбрызганное дерьмо не остыло, а уже…

…..

- Зайди, ко мне в канцелярию, - майор Цирульский ткнул меня корявым пальцем/шуруповёртом в пуговицу возле солнечного сплетения.

- И опять не скажешь, кто тебя бил? – ротный смотрел на меня сквозь толстые линзы очков.

- Говорю же, товарищ майор, ночью пошёл в туалет, поскользнулся… упал… - а что я мог сказать офицеру, если меня не прельщают лавры Павлика Морозова.

Я собрал всю волю в кулак. Неужели, у меня так мало воли, если она вся поместилась в одном кулаке?

Ведь раньше, когда я рос белокурым представителем титульной нации, из всех маниакальных увлечений у меня была страсть к собирательству. Подобно Ивану Калите – собирателю земли русской, я был собиратель значков и марок. Я был чемпионом школы по игре в «балду» (собрал все титулы), гордым носителем мелочи в карманах, которую тоже собирал.

Я собирал всё: кроме стандартных значков и марок, коллекционировал открытки, цепочки, конфетные фантики, пробки от шампанского, увеличительные стёкла. Даже когда наше пионерское звено отправлялось собирать макулатуру, я в глубине души радовался.

Также было и с металлическим ломом.

Ещё я собирал комсомольские взносы, вёл кружок авиамоделирования, был редактором школьной стенгазеты, куда вклеивал фотографии с пионерских слётов, аккуратно сделанных с отцовского фотоаппарата «Зоркий». И, конечно же, я выжигал увеличительным стеклом на заборах маты, и жёг солдатиков, особенно склющенных жопами… А сейчас сам стоял со склющенной жопой и собранной в кулак волей…

- И на челе его высоком, вновь отразились синяки, - сняв с меня шапку, Цирульский издевательски процитировал Лермонтова.

А говорили, что он читал исключительно мемуары маршала Баграмяна (за исключением, когда ходил на рыбалку – там он читал мемуары маршала Рыбалко.

Ведь именно 3-я танковая армия под командованием П.С. Рыбалко 15 сентября 1943 освободила город Ромны).

 

- Ты кто такой? Кто-о-о???- в гневе майор был бешеный

Запомни, сынок, ты ноль. Ты – никто. Ноооль, - он сожмал эту ничтожную цифру пальцами/шуруповёртами.

Я смотрю, тебе понравились наряды на кухню, - Цирульский вынес свой приговор

………………….

- Партизаны Белоруссии могут тобою гордиться, - изрёк дедушка Бздун, когда я опять оказался в столовой в том же качественно-количественном составе из фазанов и дедов. После всех этих залётов за мной плотно укрепилось звание «Борзый свисток». Как гласит армейская народная мудрость: «борзый свисток хуже пьяного фазана».

Я со своей борзостью оказался на кухне с тремя пьяными фазанами и двумя поддатыми дедами…

 

В штате Юта, в этом извращённом уголке заокеанской цивилизации законом запрещено заниматься сексом с женщиной, которую везут в реанимацию, при этом делая больше трёх с половиной глотков просроченного виски.

В Аляске запрещено выкидывать из иллюминатора самолёта на взлётную полосу двух спарившихся бизонов… …запретить бы в нашей армии рулить пьяным фазанам.

 

Всю неделю, до следующего подземельного дежурства, я зашивался на кухне, выполняя кульбиты из варочного цеха в раздаточный, из раздатки в мойку, из мойки на чистку картошки и лука. Скакал и в ушах стоял немой вопрос майора Цирульского ТЫ КТО, СЫНОК, ТЫ КТО?

А действительно, кто я???

Кто я? Обломок угольной пластинки Шаляпина.

Я – гений без толпы почитателей.