Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

П ш iv v




Рис. 17. Объяснение в тексте


Спустя час


 


137

136 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

Такие повторяющиеся «лишние» слова, по наблюдениям некоторых психологов, встречаются при исследовании больных, страдающих текущими органическими заболеваниями мозга, а также иногда у больных шизофренией в период интенсивной медикаментозной терапии. Особенно много таких «лишних» слов продуцируют дети в состоянии расторможенности и взрослые по окончании или перед началом синдромов расстройств сознания.

«Кривая запоминания» может указывать и на ослабление активного внимания, и на выраженную утомляемость больных. Так, например, иногда больной ко второму разу воспроизводит 8 или 9 слов, а затем после каждой пробы воспроизведения — все меньше и меньше. В жизни такой больной страдает обычно забывчивостью и рассеянностью, но в основе его забывчивости лежит преходящая астения, истощаемость внимания. Истощаемость внимания больных не обязательно проявляется в кривой с резким спуском вниз (рис. 17), иногда кривая принимает зигзагообразный характер, свидетельствующий о неустойчивости внимания, о его колебаниях.

В отдельных, сравнительно редких случаях больные воспро­изводят одно и то же количество одних и тех же слов. Кривая ч имеет форму плато. Такое отсутствие нарастания удержания слов после их повторения свидетельствует об эмоциональной вялости больных; нет отношения к исследованию, нет заинтересованности в том, чтобы запомнить побольше. Кривая типа низко располо­женного плато наблюдается при паралитических синдромах.

Число слов, удержанных и воспроизведенных исследуемым час спустя после повторения, в большей мере свидетельствует о памяти в узком смысле слова, т. е. о фиксации следов воспринятого.

Литература

Зейгарник Б. В. Труды Института психиатрии Министерства

здравоохранения РСФСР. Т. 22. М., 1964. Лурия А. Р. Высшие корковые функции человека. М., 1962.

Опосредованное запоминание (по Леонтьеву)

1. Методика предложена А. Р. Лурия и Л. С. Выготским, разработана и апробирована А. Н. Леонтьевым.

Применяется для исследования памяти, но оказалась также очень продуктивной для анализа особенностей ассоциации больных, т. е. для характеристики мышления. Похожа на пиктограмму, отличается большей доступностью для малограмотных больных.


 

 


ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ

2. Для проведения эксперимента необходимо иметь наборы изображений предметов (картинки) и наборы слов (см. цветное приложение). В психиатрической клинике используются обычно третья и четвертая серии из числа апробированных А. Н. Леонть­евым. Рисунки могут быть изготовлены по образцам лаборатории экспериментальной патопсихологии Института психиатрии Ми­нистерства здравоохранения РСФСР, но могут быть без особого ущерба для дела изготовлены и кустарно, лишь бы рисунки были четкими, хорошо видными, на карточках размером приблизительно 5x5 см каждая. Менять слова, предлагающиеся для запоминания, не следует, поскольку методика очень тщательно апробирована.

Набор карточек третьей серии: диван, гриб, корова, умы­вальник, стол, ветка земляники, ручка для перьев, самолет, геог­рафическая карта, щетка, лопата, грабли, автомобиль, дерево, лейка, дом, цветок, тетради, телеграфный столб, ключ, хлеб, трамвай, окно, стакан, постель, телега, настольная электрическая лампа, картина в раме, поле, кошка.

Слова для запоминания в третьей серии: свет, обед, молоток, одежда, поле, игра, птица, лошадь, урок, ночь, мышь, молоко, стул, дорога.

Четвертая серия несколько труднее, но и интереснее для выявления особенностей мышления.

Набор карточек четвертой серии: полотенце, стул, черниль­ница, велосипед, секундомер, глобус, карандаш, солнце, рюмка, обеденный прибор, расческа, тарелка, зеркало, перья (2 штуки), поднос, дом-булочная, фабричные трубы, кувшин, забор, собака, детские штанишки, комната, носки и ботинки, перочинный нож, гусь, уличный фонарь, лошадь, петух, черная доска (школьная), рубашка.

Слова для запоминания четвертой серии: дождь, собрание, по­жар, день, драка, отряд, театр, ошибка, сила, встреча, ответ, горе, праздник, сосед, труд.

3. Инструкция и порядок проведения опыта. Перед больным раскладывают рядами все 30 карточек серии в любом порядке, но так, чтобы все они были видны ему. Затем говорят: «Вам нужно будет запомнить ряд слов. Для того чтобы легче было запоминать слова, нужно каждый раз, когда я назову слово, выбрать какую-либо одну из карточек, такую, чтоб она помогла вспомнить заданное слово. Вот, например, первое слово, которое нужно запомнить, — «дождь». Здесь дождь нигде не нарисован, но можно выбрать карточку, которая поможет запомнить это слово». Когда больной


 

138 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

выбрал карточку, ее откладывают в сторону и спрашивают: «Как эта карточка напомнит про дождь?» Если больной приступает к работе неохотно, то такие вопросы можно задавать начиная с третьего или четвертого слова. Все отобранные карточки откла­дывают в сторону. Спустя 40 минут или час, т. е. перед концом исследования, после того как проделаны какие-либо совсем другие эксперименты, больному показывают по одной эти карточки в перемешанном порядке, просят припомнить, для какого слова эта карточка была отобрана, и обязательно спрашивают, как удалось припомнить или чем эта карточка напомнила заданное слово.

ФОРМА ПРОТОКОЛА ОПЫТА (см. также Приложение)

 

Слова Выбираемая карточка Объяснение связи для запоминания Воспроиз­ведение Объяснение связи
         

Пояснение к протоколу. Слова можно было бы написать заблаговременно, до начала опыта, но это не очень удобно, так как объяснение больного, вопросы экспериментатора и иные опи­сания хода эксперимента могут оказаться различными по объему. Иногда течение опыта прерывается какими-либо действиями и высказываниями больного, экспериментатор записывает их вдоль всех трех первых граф протокола, а затем продолжает опыт. Но разграфленный соответствующим образом лист протокола приго­товить необходимо. При воспроизведении против соответствующих слов, если они воспроизведены правильно, можно ставить только крест и, если связь ясна (например, к слову «драка» взят перо­чинный нож, к слову «сосед» — забор) и объяснение уже давалось при выборе карточки, спрашивать повторно излишне. Но в боль­шинстве случаев, особенно когда воспроизведение не вполне точно, повторный опрос дает ценный материал об особенностях ассо­циаций.

4. Истолкование результатов опыта. Исследование А. Н. Ле­онтьева направлено на сопоставление непосредственного и опо­средованного запоминания у детей разного возраста и взрослых. Индивидуальные особенности исследуемых с помощью этой ме­тодики им не изучались. В приведенных им отдельных протоколах


 

139

ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ

исследования видны варианты индивидуальных различий в способах выполнения заданий, однако конкретные признаки патологии памяти и мышления не были предметом исследования. Между тем методика очень продуктивна. Как правило, выполнение этого задания очень легко. Совершенно неважно, какую именно кар­точку выберет исследуемый; связь между словом и карточкой может носить и сугубо личный характер.

Так, например, для запоминания слова «молоко» исследуемый может выбрать рисунок коровы, так как корова дает молоко. Он может выбрать и хлеб, так как хлеб едят с молоком, и стакан, так как в него можно налить молоко. Наконец, больной может выбрать, быть может, и непонятный для экспериментатора образ дерева, но объяснить, что дерево напоминает ему о сельской жизни, а будучи в селе, он всегда пил молоко.

Здесь нет правильного или неправильного выбора, важно лишь то, что исследуемый установил содержательную смысловую связь между заданным для запоминания словом и изображенным на карточке.

Слабоумные больные, даже если они поняли инструкцию, испытывают затруднения в установлении более сложных, опо­средованных связей. Так, например, сравнительно легко выбрав для запоминания слова «лес» ветку земляники, они никак не могут выбрать картинку для слова «ночь» или «игра». Кроме того, слабоумие (врожденное или приобретенное) проявляет себя также в том, что больному недоступен процесс опосредования; когда ему в конце опыта показывают карточку и спрашивают о том, что он должен был по ней запомнить, больной просто называет карточку. Припоминание по ассоциации оказывается для него процессом недоступным. Нередко те же больные, которые не запомнили ни одного заданного им слова и ограничились называнием отобранных карточек, относительно лучше повторяют слова при заучивании их на слух (см. методику заучивания 10 слов). При корсаковском синдроме связи могут быть установлены адекватно, но полностью забыты к моменту воспроизведения.

В противоположность такому забыванию для некоторых больных характерна резко выраженная непродуктивность ассо­циаций. Так, больная шизофренией в дефектном состоянии, бух­галтер по профессии, не могла ни к одному слову найти под­ходящей карточки. К слову «собрание» она с большим трудом выбирает собаку и объясняет это тем, что на букву «с» — оба слова. Чтобы запомнить слово «пожар», она ищет слово на букву «ж», а


       
   

141

'40 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

затем мучительно колеблется — взять стул или карандаш. Для слова «драка» берет носки, оправдывая свой выбор перед экспери­ментатором тем, что можно ведь любую карточку взять, лишь бы она помогла запомнить. Для запоминания слова «день» выбирает детские штанишки. Несколько связей устанавливает относительно адекватно, но, чтобы запомнить слово «горе», после длительных сомнений, заявляя, что не знает, что бы ей выбрать, — берет тарелку. Такие «пустые», бессодержательные связи свидетельствуют о выхолощенности, непродуктивности мышления больной.

Наряду с выхолощенностью наблюдаются иногда ассоциации по случайным элементам формы рисунка. Так, например, для слова «дождь» больной выбирает расческу, так как у нее такие же ровные полоски, какие образуются при падении дождя. Для запоминания слова «ночь» он выбирает цветок, потому что он изображен худож­ником на черном фоне.

Литература

Леонтьев А. Н. Вопросы дефектологии. 1928, № 4. Леонтьев А. Н. Развитие высших форм запоминания. — В кн.: Проблемы развития психики. М., 1965.

Пиктограмма

1. Этот метод, предложенный А. Р. Лурия, представляет собой вариант опосредованного запоминания, однако применяется он не столько для исследования памяти, сколько для анализа характера ассоциаций больных. Может быть использован для исследования больных с образованием не менее 7 классов.

2. Для проведения опыта достаточно иметь карандаш и бумагу. Нужно заранее подготовить 12—16 слов и выражений для запо­минания. Примерный набор слов, которым можно пользоваться:

1. Веселый праздник 2. Тяжелая работа 3. Развитие 4. Вкусный ужин 5. Смелый поступок 6. Болезнь 7. Счастье 8. Разлука 9. Ядовитый вопрос
 

10. Дружба

11. Темная ночь

12. Печаль

13. Справедливость

14. Сомнение

15. Теплый ветер

16. Обман

17. Богатство

18. Голодный ребенок


ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ

Однако стандартные наборы слов применять необязательно, их необходимо немного варьировать, т. е., сохраняя основной состав слов, заменять два или три из них.

3. Больному говорят, что будет проверяться его зрительная память, спрашивают о том, замечал ли он, как ему легче запоми­нать — «на слух или с помощью зрения». Затем ему дают лист бумаги и карандаш и говорят: «На этой бумаге нельзя писать ни слов, ни букв. Я буду называть слова и целые выражения, которые вы должны будете запомнить. Для того чтобы легче было запомнить, вы должны к каждому слову нарисовать что-либо такое, что бы могло помочь вам вспомнить заданное слово. Качество рисунка роли не играет, можно нарисовать что угодно и как угодно, лишь бы вам это смогло напомнить заданное слово — как узелок на память завязывают. Вот, например, я вам задаю первое выражение «веселый праздник». Что можно нарисовать, чтобы потом вспом­нить «веселый праздник»?» Желательно без крайней необходимости ничего больше больному не подсказывать. Если он упорно жалуется на неумение рисовать, можно посоветовать: «Рисуйте, что полегче». Если больной заявляет, что он не в силах нарисовать праздник, можно повторить ему, что он не должен рисовать «веселый праздник», а лишь то, что может ему напомнить про веселый праздник. Если больной легко подбирает рисунки и сам рас­сказывает вслух экспериментатору, что он выбирает и как он собирается припоминать, экспериментатор молча ведет протокол. Протокол ведется по следующей схеме (см. также Приложение):

 

Заданные выражения Рисунок и объяснение больного 1 Воспроизведение спустя час
     

Если же больной сам не объясняет, следует у него каждый раз спрашивать: «А как вам это поможет припомнить заданное слово?»

Не следует возражать или высказывать неодобрение, какие бы необычные связи больной ни устанавливал, но если рисунки его слишком многопредметны, можно попросить его рисовать немного ыстрее.


142 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПА ТОПСИХОЛОТИИ

В процессе выполнения задания экспериментатор варьирует порядок задаваемых больному слов: смотря по тому, легко ли больной устанавливает связи, экспериментатор предлагает то более легкие, конкретные выражения («вкусный ужин», «тяжелая ра­бота»), то более абстрактные, трудные («развитие», «сомнение», «справедливость»).

После выполнения задания (от 12 до 16 слов) листок с ри­сунками откладывают в сторону и лишь в конце исследования (спустя час) предлагают больному припомнить по рисункам заданные слова. Припоминание нужно предлагать не по порядку, лучше одно — с начала, другое — с конца. Можно предложить больному записывать под рисунком слово или выражение, которое было ему задано. Обязательно следует спросить, как удалось больному вспомнить слово, чем помог ему рисунок.

4. При истолковании результатов опыта прежде всего следует обратить внимание на то, доступна ли больному обобщенная символизация слова, т. е. может ли он самостоятельно найти обобщенный опосредованный образ. В норме даже школьник с образованием 5 классов может найти такой образ; так, например, для слов «тяжелая работа» он рисует лопату или молоток, человека с грузом, для слова «сомнение» — развилку дорог (куда пойти?), или вопросительный знак, или дверь (войти ли в нее?). Для интеллектуально неполноценного больного такая задача трудна. Для слов «тяжелая работа» он хотел бы нарисовать целую сценку работы в шахте, но боится, что не сумеет это выполнить. Для слова «сомнение» он вообще ничего придумать не может. При легкой умственной недостаточности больной оказывается в со­стоянии нарисовать что-либо для конкретных понятий: для слова «болезнь» — кровать; для слов «вкусный ужин» — стол, тарелки. Но такие слова, как «справедливость», «сомнение», «развитие», остаются недоступными для опосредования. Такого рода проявле­ния конкретности мышления, трудности обобщения наблюдаются при олигофрении, эпилепсии. В иных случаях больной справляется с задачей обобщения, но никак не может ограничить себя выде­лением одного какого-либо образа и рисует их множество.

Так, например, решая нарисовать к слову «развитие» растущее растение, он рисует не один какой-либо росток, а целую серию постепенно увеличивающихся цветов в количестве 7, 8. К слову «болезнь» он рисует кровать и больного на подушке, и пузырек с лекарством, и еще термометр. Такие множественные ассоциации в


 

143

ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ

пиктограммах свидетельствуют об обстоятельности мышления, о склонности к детализации и наблюдаются обычно у эпилептиков, а также у некоторых больных, перенесших энцефалит. Попутно отмечается, что эти же категории больных рисуют излишне тща­тельно и медленно, возвращаясь к прежнему рисунку и подправляя его даже тогда, когда экспериментатор уже задал им следующее слово. Такие «возвращения» и стремление к ненужной тщательности рисунков также свидетельствуют об инертности психических процессов.

Вторым критерием, на котором основывается оценка выпол­нения данного задания, является критерий адекватности ассо­циаций.

Психически здоровые люди устанавливают обычно разнооб­разные, но содержательные связи. Так, например, к выражению «веселый праздник» они могут нарисовать флаг или цветы, или даже бокал вина; к слову «разлука» — конверт, или паровоз, или руку, размахивающую платочком; к слову «развитие» — диаграмму роста, или растение, или младенца, или яйцо, или физкультурника. Все эти и многие другие связи одинаково хороши, так как они действительно могут служить средством припоминания заданного слова, они опосредуют его.

Но вот больной шизофренией для слова «сомнение» рисует речку и объясняет это так: «Есть романс Глинки «Сомнение», а Глинка — это есть Неглинка — речка». Такая связь носит громозд­кий, заумный характер. В другом случае для запоминания слов «вкусный ужин» больной рисует туалетную комнату и в рас­суждениях во время выполнения заданий приходит к этому так: «Вкусный ужин — это значит хорошо пахнет... запах... нарисую уборную». В этой ассоциации видна и парадоксальность. Другой пожилой больной для запоминания слов «теплый ветер» рисует губы и объясняет, что это «поцелуй матери». Несмотря на яркую эмоциональность, и эта ассоциация не адекватна заданию; ведь нарисованные губы не служат цели запоминания заданных слов.

В некоторых случаях выхолощенность, бессодержательность ассоциаций больных достигают такой степени, что к разным словам больные рисуют лишь черточки, галочки. Такая яркость образов наблюдается часто у лиц истерического склада, хотя не исключена и у психически полноценных людей. Некоторые больные каждое заданное им для пиктораммы слово воспринимают сквозь призму своих личных вкусов и стремлений. Так, например, больной гово-


144 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

рит: «Теплый ветер» я вообще запомнить не могу, так как у нас на севере теплого ветра не бывает; «вкусный ужин» — для меня на ужин годится только простокваша, «веселый праздник» — у меня праздников не бывает, «справедливость» — со мной поступают несправедливо», и т. д. Такая эгоцентричность восприятия наблю­дается у эпилептиков и некоторых психопатов. В то же время и нормальным людям свойственна небольшая доля личной реакции, особенно на эмоционально значимые слова.

Поэтому, если больные ко всем таким эмоционально значи­мым словам подбирают совершенно нейтральные отвлеченно-обще­человеческие образы (например, «счастье» — солнце, «печаль» — плохая погода и т. д.), это можно оценить как проявление не­которой эмоциональной отгороженности, интравертированности или даже холодности. х

Последний критерий, по которому производится оценка результатов исследования методов пиктограммы, — это критерий запоминания. Сама методика была создана для исследования памяти. Особый интерес представляет сопоставление результатов исследования памяти методом заучивания 10 слов и методом пиктограммы. Если больной плохо заучивает 10 слов, но гораздо лучше вспоминает слова в пиктограмме, это свидетельствует об органической слабости памяти. Усвоение нового затруднено, но возможность содержательно опосредовать, логически связать ма­териал помогает больному, поэтому с пиктограммой он справляется лучше.

Если же больной легко усваивает 10 слов, но не может при­помнить слова в пиктограмме, это свидетельствует о том, что опосредованные связи только мешают ему припоминать. Такое соотношение наблюдается у больных шизофренией с расстройством мышления и сохранностью формальных способностей усвоения нового. Некоторые выводы о памяти больного можно делать и по тому, насколько точно он воспроизводит заданные слова — иногда больные воспроизводят лишь приблизительное содержание за­данных слов.

Пиктограмму следует оценивать в целом, т. е. по общему характеру выбираемых больным образов, а не по отдельным ас­социациям. Так, например, абстрактные знаки и символы встре­чаются часто в пиктограммах совершенно здоровых людей. При­ведем пример пиктограммы, составленной психически здоровой, очень способной студенткой (рис. 18), см. протокол на стр. 141.


145

ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ

 

Рис. 18. Пиктограмма здоровой студентки

В этой пиктограмме абстрактные символы чередуются с эмоционально насыщенными, живыми, образными.

В этой пиктограмме могли бы насторожить очень абстрактные ассоциации к словам «разлука» и «справедливость». Однако общая ее живость и разнообразие, легкость и простота оформления, наконец, полное воспроизведение всех заданных слов убеждают в том, что и эти две ассоциации были не выхолощенными, а подлинно абстрактными символами.

Совершенно иначе выглядят пиктограммы, составленные больными шизофренией с выхолощенностью и бессодержатель­ностью ассоциаций (рис. 19). Этой больной были предложены те же слова, но их нет надобности здесь расшифровывать.

 

Заданные слова Рисунок Объяснение Воспроиз-
      ведение
Веселый праздник Цветы   +
Тяжелая работа Топор   +
Смелый поступок Зверь Не испугался его +
Надежда Девичьи косички Все в будущем +
Развитие Кривая с подъ-   +
  емом    
Болезнь Больная   +
Теплый ветер Холм Его обвевает +
    ветер  
Ядовитый вопрос Значок яда Яд и вопрос +
  ивопрос    

146


ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ


ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ


147


 


Заданные слова Рисунок Объяснение Воспроиз-
      ведение
Сомнение Вопросительный   +
  знак    
Больной ребенок Фигура ребенка   +
Разлука Два крестика   +
Богатство Доллар   +
Счастье Солнце   +
Справедливость Прямая линия Справедливость — +
    прямолинейность  
Печаль Опущенный   +
  книзу нос    

Ни в момент составления пиктограммы, ни при воспро­изведении (которое оказалось совершенно невозможным, несмотря на то что при заучивании 10 слов больная обнаружила хорошие возможности удержания) больная не могла объяснить, почему «веселый праздник» она сможет вспомнить по крестику, а «раз­витие» — по галочке, «болезнь» — по двум точкам, а «дружбу» — по одной. Некоторые больные (в большинстве случаев это свой­ственно больным шизофренией, но в нескольких случаях за десят­ки лет такие пиктограммы составляли и перенесшие энцефалит и страдавшие эпилептическими припадками) пытаются ассоциировать понятие с различными очертаниями линий. Так, например, больной (рис. 20) символизирует веселый праздник округлыми очертаниями извилистой линии (вверху) и разлуку — угловатой зигзагообразной

линией (внизу). Он никак не объяс-

- 'Уv \J няет, почему обозначает «счастье» пря-

мой линией, упирающейся в бесфор-

* ^~~ менный комок (над разлукой), а «со-

*• мнение» — прямой линией, упираю-

щейся в зигзаг (рядом).
; l/ f Геометрическая символизация по-

; Л. *С_ ' нятий вообще очень часто встречается

| в пиктограммах больных шизофренией.

___ «-^-i. Так, например, больной шизофренией,

—-*■*•■ составивший пиктограмму из одних

Рис. 19. Выхолощенные, бессодержательные символы

геометрических форм, символизирует «сомнение» как круг, но затем начи­нает сомневаться, правильно ли он из-


 

брал диаметр круга. Он го­ворит, что «круг — это не­уверенность», и совершенно серьезно спрашивает экспе­риментатора: «Как по-ваше­му, будет ли неуверенность уже или шире сомнения по площади?»

 
 
Рис. 20. Символические зигзаги больного шизофренией

Приведем примеры еще двух выхолощенных пикто­грамм, составленных боль­ными шизофренией (рис. 21 и 22). Их нет смысла рас­шифровывать, так как нари­сованы лишь отдельные штри­хи-символы (на рис. 21 в центре спираль, поднимаю­щаяся кверху, обозначает «счастье», а спускающаяся вниз рядом — «болезнь»).

В основном же стрелки, галочки, линии, крестики и кружочки лишены объективного содержания и даже для самих больных не служат средством связи и запоминания; попытки прочитать свою пиктограмму, т. е. припомнить заданные слова, оказываются

безуспешными.

Рис. 21. Пиктограмма больного шизофренией

•!.-, ^


148


ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ


~


ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ


149


 


 

О -

I
/ Ч •;/ „. ;,jJI
 
 

 

 

Рис. 22. Пиктограмма больной шизофренией

Следует также привести некоторые пиктограммы, которые по внешнему виду производят впечатление простых и конкретных, но при более тщательном психологическом анализе обнаруживают признаки глубокой патологии мышления. На рис. 23 изображена пиктограмма больной шизофренией с вербальным галлюцинозом. Ассоциации больной носят конкретный, содержательный характер, но они поражают своей стереотипностью как в содержании, так и в исполнении рисунков.

Рис. 23. Стереотипные рисунки

Последняя пиктограмма носит также конкретный характер. Расстройства мышления обнаруживаются здесь не в рисунках, а в объяснениях больной (шизофрения, дефектное состояние) (рис. 24). См. протокол на стр. 145.


Некоторые слова больная воспроизводит приблизительно, другие не может вспомнить. Объяснения ее свидетельствуют о причудливом расплывчатом характере ассоциаций и одновременно о значительной инертности их, так как на выбор некоторых новых образов влияют предшествующие образы и мысли больной (бо­лезнь — труд, пьяница — забор).

В целом методика «пиктограммы» очень многогранна, она позволяет делать многие наблюдения относительно существенных особенностей психики больных.

 

Слова Рисунки Объяснения больного Воспроиз-
      ведение
Голодный Миска Кушает — если б он не ел, он не Голод
мальчик   был бы голодным.  
Теплый Платье По одежде можно судить о том, +
ветер   какой ветер. В платье — так  
    тепло.  
Справед- Портфель Это когда человек стремится к
ливость   чему-нибудь, а когда он опущен-  
    ный, как пьяница, — значит,  
    какая это справедливость, а если    
    стремится — ясные мысли, идет с  
    портфелем, значит, справедливость.  
Сомнение Забор Сомнение — это значит незнание Незнание
    ...идешь к врачу, находишься в  
    незнаниях. Человек валяется под  
    забором, он без всяких знаний  
    валяется... если бы не было забо-  
    ра, то он бы знал забор — пре-  
    пятствие, незнание, сомнение.  
Веселый Дом Дом — разве это не весело? Праздник
праздник      
Тяжелая Голова Полы мыть. Крашеные подтер, и Тяжелый
работа   все, а такие надо песком мыть — труд
    нарисую человека.  
Болезнь Кровать Болезнь — это ничегонеделание. +
    Когда человек трудится, у него  
    энергия. Значит, он здоров.  
Развитие   Это человек учится, работает,
    трудится... Раз находишься в  
    учреждении, значит, развиваешься...    

150


ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ


ИССЛЕДОВАНИЕ ПАМЯТИ


151


 



Слова Рисунки Объяснения больного Воспроиз-
      ведение
  Рисует Фрукты — смотришь, видишь  
  вишни фрукты, это уже развитие, чувст-  
    вуешь вишенки.  
Счастье Голова Скушаешь что-нибудь хорошень- ______
    кое или конфетку — это уже  
    счастье. Вот я к вам пришла —  
    это уже счастье.  
Ядовитый Не рисует Это когда человек злой? Когда у  
вопрос   него нет ничего?  
Разлука Стол Стол — я сижу за столом одна, Одино-
    это разлука, сидишь одна со свои- чество
    ми мыслями, со своими думами —  
    значит, разлука.  

Рис. 24. Конкретные, но неадекватные по содержанию связи

Литература

Биренбаум Г. В. К вопросу об образовании переносных и условных значений слова при патологических изменениях мышления. — В сб.: Новое в учении об агнозии, апраксии и афазии. М., 1934.

3 е й гар н и к Б. В. Нарушения мышления у психически больных. М., 1958.

3 е й гар н и к Б. В. Патология мышления. М., 1962.


Воспроизведение рассказов

1. Методика применяется для исследования понимания и
запоминания текстов, особенностей устной и письменной речи
испытуемых.

2. Для проведения опытов экспериментатор должен заготовить
значительное количество (10—15) текстов, напечатанных на
машинке и наклеенных на картонки, а также написанных очень
крупным шрифтом на плакатиках. Должны быть подобраны тексты
разной трудности. Больше всего подходят басни и рассказы,
имеющие иносказательный смысл либо подтекст, представляющие
возможность последующего обсуждения. Несколько примеров таких
рассказов приведены в приложении в конце книги.

3. Порядок проведения пробы может быть различен. Текст
может быть прочитан исследуемому экспериментатором, либо
исследуемый сам может читать текст. Можно попросить иссле­
дуемого рассказать текст устно, а можно предложить ему записать
свой пересказ. От способа предложения меняется психологическая
трудность задачи; выразительное, правильное чтение экспери­
ментатора облегчает исследуемому понимание смысла рассказа,
но для восприятия «на слух» необходимо большее напряжение,
большая устойчивость внимания. При самостоятельном же чтении
текста больному легче компенсировать недостатки внимания; он
может повторно перечесть несколько строк, вернуться к отрывку,
прочитанному в первый раз недостаточно внимательно. И на­
против, осмысление текста при самостоятельном чтении несколько
труднее. Небезразличен для больного и способ воспроизведения;
рассказать текст, конечно, гораздо легче, чем изложить его пись­
менно. Устный рассказ экспериментатор записывает дословно с
помощью магнитофона или рукописно. Возможно множество
вариаций. Могут быть даны два рассказа подряд. Главное внимание
может быть смещено с самостоятельного пересказа на обсуждение,
т. е. на вопросы и ответы по поводу содержания рассказа. Наи­
больший интерес представляет методика обучающего эксперимента,
применяемая в тех случаях, когда больной никак не может усвоить
содержание короткого рассказа. Тогда экспериментатор начинает
многократно повторять рассказ, стараясь всеми возможными
способами довести его содержание до сознания больного. Анализ
средств заучивания, необходимых для усвоения рассказа, позволяет
судить о причинах и степени нарушения познавательных процессов.


152

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

4. Некоторые больные (чаще всего больные шизофренией) при воспроизведении рассказов вплетают свои бредовые идеи или истолковывают содержание рассказов как обидные намеки на события собственной жизни. В таких случаях судить о возможности понимания и запоминания текста трудно. Существует обширная литература (Л. В. Занков, Г. М. Дульнев, Б. П. Пинский) по вопросу о воспроизведении текстов умственно отсталыми детьми.

Грубые ошибки при воспроизведении, заключающиеся в заме­не одних действующих лиц рассказа другими, в слиянии и смеше­нии событий двух разных рассказов, а также в искажении обстоя­тельств — при сравнительно метком понимании подтекста, — наблюдаются у больных, страдающих сосудистыми и иными орга­ническими заболеваниями мозга. Таков, например, пересказ больной с опухолью головного мозга: «Галка решила познакомиться поближе с жизнью голубей: она выкрасилась в белый цвет и прилетела в голубятню. Ее встретил голубь и спросил, что она хочет. Она ответила, что она хочет кушать; голубь накормил ее, и она захотела улететь домой. В это время подполз муравей и укусил галку за ногу».

Некоторые больные заявляют, что забыли рассказ и ничего не могут воспроизвести, хотя при наводящих вопросах и небольшой помощи обнаруживается, что они поняли и запомнили все су­щественное. Большую помощь этим больным может оказать по­вторное чтение текста.

Иногда при воспроизведении текста больные допускают ошибки, подчеркнуто противоречащие заданному тексту, излагают обстоятельства, прямо противоположные действительным, совер­шенно невероятные, но близкие к тексту. Например, вместо «му­равей укусил охотника» — «охотник укусил муравья». Такого рода ошибки допускают иногда больные, аггравирующие расстройства памяти, или исследуемые, симулирующие психическую болезнь во время судебно-психиатрической экспертизы.

Значительный интерес представляют выявляемые с помощью этой простой методики особенности устной и письменной речи больных. Иногда (даже у высококультурных, образованных людей) выявляется своеобразный аграмматизм — искаженные, неуместные сочетания слов, напоминающие разорванность речи шизофреников. Такие особенности речи при изучении их методом пересказов поддаются анализу; выявляется, что они обусловлены множеством парафазии, персевераций типа застреваний, повышенной потреб­ностью в выражении мысли, при инертности нервных процессов,


 

153

ИССЛЕДОВАНИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНО-ВОЛЕВОЙ СФЕРЫ

препятствующей свободному подбору слов. Чаще всего такие особенности речи выявляются при сосудистых заболеваниях мозга. При письменном изложении у тех же сосудистых больных можно заметить персеверации, пропуски букв.

Больные шизофренией (которые в состоянии ремиссии не обнаруживают явных расстройств мышления в устной речи), начав письменный пересказ, иногда обнаруживают расстройства мышления.

Исследования особенностей речи больных с помощью магнитофонных записей пересказов проводили Ю. Ф. Поляков (Москва) и М. С. Болотовский (Казань).

Литература

Занков Л. В. Память. М., Учпедгиз, 1949.

Дульнев Г. М. О значении намерения для точности и полноты

воспроизведения текста. — В сб.: Вопросы психологии глухонемых и

умственно отсталых детей. М., Учпедгиз, 1940


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-10-15; просмотров: 396. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.05 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7