Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Глава шестая КОМАНДА С ветерком по Аргуну




"...Сводка о состоянии оперативной обстановки в Чеченской Республике на 6 июня 2003 года.

За прошедшие сутки оперативная обстановка в районе проведения контртеррористической операции оставалась предельно сложной и напряженной.

Накануне, пятого июня, в Северной Осетии был взорван автобус с летчиками. Установлено, что теракт совершен женщиной-смертницей из террористической организации «Черные вдовы», которая выполняла задание главы арабских наемников в Чечне Абу-аль-Джабира. Подрыв автобуса произошел в 7.36 мск в четверг в районе железнодорожного переезда на северной окраине города Моздок. В момент, когда автобус снизил скорость на переезде, женщина, одетая в белый халат, остановила автобус с военнослужащими около железнодорожного переезда, очевидно, прося ее подвезти, вошла в автобус и подорвала себя. Пассажиры автобуса следовали из городской гостиницы на авиабазу Моздок. Эта авиабаза активно используется федеральными вооруженными силами во время первой и второй чеченских кампаний. Всего погибли 19 человек.

При проведении спецмероприятии в г. Аргуне (8 км восточнее Грозного) погиб заместитель военного коменданта Чеченской Республики полковник Ауд Юсупов. Группа, в составе которой Юсупов участвовал в специальной операции, попала в засаду боевиков. От полученных ранений Юсупов скончался на месте происшествия. Также погибли сопровождавший его командир Веденской стрелковой роты и еще один военнослужащий из этой роты. Один из милиционеров и двое сотрудников службы безопасности главы Чечни тяжело ранены. К месту происшествия немедленно прибыли подразделения чеченского ОМОНа, министр внутренних дел республики Алу Алханов, а также представители командования группировки внутренних войск в Чечне.

Детали: в Аргуне проводилась «плановая операция по прочесыванию». Примерно в 16.00мск чеченские милиционеры натолкнулись на боевое охранение, выставленное проникшим ранее в город отрядом боевиков из бригады Абу-аль-Джабира. В ходе завязавшегося боя подразделения федеральных сил начали вытеснять бандитов из Аргуна в направлении населенного пункта Мескер-Юрт. Банда насчитывает до 30 боевиков, проникли в Аргун в ночь с пятого на шестое июня.

На данный момент достоверно известно следующее: в центре Аргуна совместными подразделениями федеральных сил и чеченской милиции блокирована банда боевиков численностью до тридцати человек. Проводится спецоперация по ликвидации бандформирования. Экстремисты укрылись в некоторых зданиях, находящихся неподалеку от центра Аргуна, один из кварталов города блокирован. Окончательные результаты операции пока неизвестны.

Такая активность боевиков закономерна: завтра вступает в силу постановление ГД РФ об амнистии. Между тем, их усилия не увенчались успехом, потому что все больше участников НВФ и лиц, совершивших различные правонарушения и малозначительные преступления, изыскивают возможность воспользоваться амнистией для того, чтобы начать новую спокойную жизнь. 5 июня с.г. 28 бывших членов НВФ явились с повинной в УФСБ России по Чеченской Республике и сдали оружие. В соответствии с законом и процессуальными нормами в отношении них проводится следственная проверка.

В Шалинском районе с повинной явился бывший житель г. Грозного Яхъяев Артур, 1982 г.р. Он сообщил, что в январе 2001 года с двумя своими знакомыми, также выходцами из Чечни, находился в г. Шуя Ивановской области и стал соучастником в убийстве двух сотрудников милиции, совершенных ими на Центральном рынке города. С тех пор А. Яхъяева постоянно мучила совесть, но он не знал, как признаться в содеянном преступлении. Теперь же, со слов А. Яхъяева, ситуация в Чеченской Республике и объявленная амнистия способствовали принятию им решения о чистосердечном признании.

Продолжается плановая работа по пресечению деятельности бандформирований. В Веденском районе в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий в селе Дышне-Ведено задержаны двое местных жителей, которые подозреваются в совершении преступлений против военнослужащих федеральных сил. Оба бандита замешаны в нескольких подрывах бронетехники и обстрелах колонн.

В Шалинском районе задержан 20-летний житель райцентра, который зарабатывал себе на жизнь криминальным путем — торговал оружием и боеприпасами. При проведении оперативно-следственных действий сыщики изъяли у молодого человека, который поначалу все отрицав, автомат Калашникова калибра 7,62мм. После этого запираться стало бессмысленно, и задержанный признался еще в нескольких фактах незаконного сбыта оружия.

В селе Старые Атаги Грозненского сельского района предотвращен диверсионно-террористический акт. Боевики рассчитывали взорвать Дом культуры во время проведения там какого-нибудь массового мероприятия. Для этого бандиты спрятали в помещении Дома культуры фугас, изготовленный из двух связанных между собой минометных снарядов, снабженных замыкателем нажимного действия. «Адская машинка» была обезврежена, вывезена за пределы населенного пункта и уничтожена. Сейчас устанавливаются лица причастные к подготовке теракта.

Входе проведения оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками правоохранительных органов в г. Шали задержан эмир ваххабитского джамаата н.п. Авгуры Шалинского района Джабраш Абдурзаков, 1979 г.р. Он является главарем бандгруппы, входящей в НВФ Абу-алъ-Джабира. Установлено, что Д. Абдурзаков организовывал и участвовал в вооруженных нападениях на мирных жителей Курчалойского района, принимал участие в убийстве главы администрации н.п. Цоцин-Юрта. При задержании Д. Абдурзаков попытался оказать вооруженное сопротивление. Однако в результате ответного огня был тяжело ранен. В настоящее время в отношении него проводятся следственные действия, сам задержанный находится под наблюдением врачей.

Сотрудниками правоохранительных органов в Ножай-Юртовском районе в ходе реализации сообщения граждан проведено задержание в н.п. Байтарки участника НВФ Исраила Садуева, 1977 г.р. По имеющимся данным, И.Садуев являлся главарем биндгруппы, действующей на территории Ножай-Юртовского района и через посредника выполнявшей приказы А. Мосхадова о совершении терактов и грабежей сельских жителей. При задержании у него был изъят автомат «АК-74». В настоящее время проводится следствие, в процессе которого расследуются также и другие преступления, совершенные им.

В результате проводимых на территории республики оперативно-розыскных и профилактических мероприятий обнаружено 5 схронов. В с. Хатуни Веденского района в доме, принадлежащем боевику незаконного вооруженного формирования, который участвовал в боевых действиях, обнаружены справки учебного цент-па главного штаба вооруженных сил Чеченской Республики Ичкерия, полевой телефон и бланки документов. Проводятся мероприятия по установлению местонахождения и задержанию боевика.

Приличном досмотре граждан и транспорта из незаконного оборота изъяты: 17 автоматов, девять единиц холодного оружия, патроны различного калибра — 3156шт., гранаты — 17шт., выстрелы к гранатомету — 64 шт., мины — 19 шт., 7 СВУ, пластид — 15кг, тротил — 0,4кг.

Пресс-служба ОГВ(с)..."

* * *

— «Кукушка один» — «Третьему».

— На приеме.

— Как получаешь?

— На пятерочку.

— Обстановка?

— «222».

— Хорошо. Бди. Не расслабляйтесь там.

— Бдим. Как всегда напряжены.

— Ну и славно. До связи. «Кукушка два» — «Третьему»...

Петрушин проводил радиоперекличку с элементами боевого порядка операции: снайперскими парами и заслонами. По графику — раз в час. Радиоперекличка с утра была уже шестой, и, если верить командиру пары, они там должны, по идее, лопнуть от напряжения. Или, наоборот, беспробудно спать.

Закапываться в землю не надо, лежат себе в кустиках на плащ-палатках и лопают сухпай, запивая чаем из термосов. Лето, жить можно. Зимой ребятам пришлось бы несладко: шесть часов валяться в кустах без движения, это не самый лучший вид досуга. Попробуйте даже дома, в тепле, вылежать на диване шесть часов подряд и при этом не спать, а только лишь потягиваться, иногда напрягая мышцы для тонуса, почесывая волосатую грудь и непрерывно пялиться в одну точку. Досуг еще тот!

Команда работала Карлсонами — в полном составе обживала чердак одноэтажного дома, располагавшегося едва ли не в центре Аргуна и принадлежавшего одному из местных жителей. Обживали по хозяйски — в основном секторе навертели дыр в шифере, развернули диполь для Лизиного сканера, поставили стационарную антенну для связи с Витей. За шифер хозяину уплатили вперед — две тысячи рублей, хотя, как выяснилось, практичный нохча маленько объехал наших доверчивых товарищей: во дворе, под навесом, покоились несколько десятков листов про запас. Хватило бы перекрыть всю крышу заново. Никто не роптал: все радовались, что удалось так здорово устроиться. За такой комфорт можно было заплатить и на порядок больше.

Теперь уже никто не сомневался, что решение «привязать» к делу Рашида было не просто правильным и своевременным, но и во всех отношениях единственно верным. Спасибо Иванову, взял на себя ответственность.

А сначала это казалось диким и странным. С чеченцами команде работать приходилось и ранее — обстоятельства так складывались... Но выступали те чеченцы исключительно в качестве пленных, или невольных информаторов, под угрозой немедленной смерти близких (на свою личную смерть им, как правило, наплевать — просто люди такие, что поделаешь!), либо публичного позора. Рашида никто силком не тащил, пытать либо стращать его не было смысла, а получилось так, что сейчас он добровольно стал едва ли не полноправным членом команды. Это тоже было несколько странно, но уже не совсем дико. Денег ему никто не обещал, как, впрочем, и скорого решения проблемы, никаких гарантий не давали, в дружбе не клялись. Он сам все решил.

— Теперь я буду работать с вами. Пока всех не замочим. Увидите, я буду очень полезным.

Вот так все просто и доходчиво...

После того как посмотрели в Моздоке дрянную картинку со страшным концом, Иванов начал чесать репу: что делать с пленным. Допрашивать на месте с применением Петрушина или тащить к Вите и вкатить «сыворотку»? Если к Вите — как бы чего по дороге не вышло: куратор гулял на свободе, и пока непонятно было, какова у них численность и вооружение группы обеспечения. И, самое главное, пленный успел-таки предупредить куратора о провале. При нем обнаружили еще одну «мобилу» с заготовленной эсэмэской, которую этот мерзавец успел в два приема тиснуть, пока валялся на полу и притворялся совсем «выключенным». Воспользовался тем, что команда отвлеклась на картинку. Если допрашивать на месте, даже с Петрушиным, нет твердой гарантии, что информация будет достоверной. «Момент истины» упущен, опять же, благодаря картинке. Допрашивать надо было сразу, как только вломились, пока товарищ не понял ничего и не начал продуктивно соображать. А на вдумчивый допрос в режиме "Б" просто не было времени. Это мероприятие не настолько простое, как может показаться с первого взгляда. Надо продумать все, вопросник составить, отчетливо вывести линию вопросов-провокаторов с учетом особенностей допрашиваемого...

Ситуацию разрулил Рашид. Попросил Лизу выйти — та с готовностью удалилась (очень сообразительная дамочка!), попросил Серегу включить камеру и деловито принялся сдирать с пленного портки. При этом он что-то рассказывал пленному по-чеченски. Голос его охрип от гнева и боли и оттого звучал особенно страшно.

— Не понял... — Иванов озабоченно почесал затылок. — И чем мы собираемся заняться?

Серега, хорошо знающий язык, одобрительно кивнул и пояснил суть происходящего:

— Будем «опускать». Прямо сейчас. На камеру.

— Ни хрена себе! — удивился Костя. — Мне кажется, этот метод маленько того...

— А кто предложил? — Серега добросовестно нацелил камеру на пленного. — У нас, нохчей, так: мужик сказал — мужик сделал!

— Надо воду и мыло, — сказал житейски опытный Петрушин. — И ложки.

— Зачем ложки? — уточнил Вася Крюков. — Обедать будем?

— А, ты ж у нас в таких делах новичок... Ложки — чтобы в рот вставить, — пояснил Петрушин. — Чтобы не прикусил, когда в пасть ему приправлять будем. А то получится, как в прошлый раз, в Ачхой-Мартане...

Это последнее замечание произвело на приплюснутого к полу тяжеловесным Рашидом пленного решающее воздействие: он вдруг сообразил, что ребята не шутят и прямо здесь и сейчас может произойти нечто особо гнусное и совершенно противоестественное.

Далее последовала довольно короткая, но емкая по содержанию сцена. Пленный рыдал и бился в медвежьих объятиях Рашида, обещая сделать все, что угодно, — даже продать родного папу совместно с пророком Мохаммедом, коль скоро таковой хоть краем попадает в орбиту интересов наших славных парней. Славные парни наперебой уговаривали бесновавшегося Рашида (он не играл, все было предельно искренне): да, безусловно, такое мероприятие может скрасить досуг скучающего джентльмена, но... Верно ли выбран объект приложения усилий? Хотелось бы, вообще-то, чтобы объект сей был слегка кучеряв, и предпочитал общаться на языке пророка. Это ведь именно такой вариант предлагал проворный психолог. А вот этот объект, очень может быть, просто рядовой исполнитель или даже технический персонал — просто запись делал...

— А кучерявых рядом нет, — возразил целеустремленный Рашид. — Поэтому будем этого...

Это мы рассказываем долго, а на деле все длилось едва ли пару минут. Рашид, вломившись в ситуацию, как бегемот в фарфоровый киоск, неожиданно создал обстановку того самого неповторимого «момента истины», который команда преступно упустила. Пленный, уже пребывавший на грани сумасшествия от состояния полнейшей безысходности, уловив проскользнувший интерес к определенному типажу, мгновенно выложил всю информацию по «кучерявым», которой он располагал. Ради Аллаха, забирайте всех кучерявых и делайте с ними вот это самое — только дайте мне умереть как мужчине!

Оперативно подключившийся к допросу Костя задал ряд контрольных вопросов и сообщил компетентное мнение: не врет. Не в том состоянии, чтобы такое сочинять на ходу.

В результате, помимо ряда второстепенных сведений, команда поимела следующую информацию:

— «кураторов» двое, из города уматывают сразу после акции, пока не ввели «усиление»;

— пленный и в самом деле всего лишь технический персонал — оператор. Его задача: продублировать файл записи акции, закодировать, скинуть на «зипы» и передать... лично в руки амира;

— передача состоится завтра, в Аргуне. То есть завтра в Аргуне где-то во второй половине дня будет Абу-аль-Джабир собственной персоной. Нет, не только лишь для того, чтобы забрать запись, — много чести будет. Просто там у него дела. Какие — неизвестно. Если все будет, как раньше, то приедет он в сопровождении малочисленной охраны, два-три человека, под видом служителя ислама, с хорошо выправленными документами, «вездеходом»[12] и «липовым» направлением от Союза мусульман Северного Кавказа. Вот адрес...

Информация, сами понимаете, была настолько животрепещущей, что требовала некоторого осмысления на более высоком уровне. Пленному надели штаны и повезли к Вите. А разочарованному Рашиду твердо пообещали: будет, все будет... Но чуть позже. Когда поймаем того, кого надо. Это же просто оператор, он никого не знает, зачем зря грех на душу брать?

Витя, получив информацию, страшно возбудился. Шутка ли, судьба дает такой шанс? Пленного решил пока что по инстанции не передавать, а опустил к себе в подвал и приставил охрану. Не потому, что от природы склонен к произволу, просто боялся, что завидущие «коллеги» — потомки металлического Феликса, сорвут операцию. Эти товарищи быстренько разговорят пленного и сразу поймут, на что напоролись... Да-да, операция молниеносная и победоносная, какие могут быть сомнения? Конфиденциально, никому ни слова, все сами. Чего там — три-четыре человека, основного живым брать не обязательно... Подстраховаться? Это можно. Но только так, чтобы ни одна душа не знала о подлинной сути мероприятия. Взаимодействие я вам оформлю моментом — думайте легенду. Прямо сейчас, будем обедать — и думайте, пока ложкой машете...

Легенду придумали простую и незатейливую: ловим «нефтяников». Это такие товарищи, которые организованно и прибыльно сосут из трубы и повсеместно штампуют «самовары». Их тут — море, легенда вполне реалистичная и, самое главное, неинтересная для потомков того самого Феликса. Потому что это едва ли не «бытовуха», компетенция ОМОНа и местных органов.

Остаток дня ушел на выдвижение на базу и организацию на месте взаимодействия — по звонку сверху. Рашид с командой не поехал, сказал: завтра встречаемся утречком в Аргуне, я там к тому времени «пробью» тот адресок и организую усадьбу для засады. Иванов засомневался было: стоит ли вообще привлекать абрека к мероприятию, не испортит ли он все дело своим преждевременным появлением вблизи объекта предстоящей операции?

Рашид обосновал все по пунктам. Аргун — большое село, его даже иногда городом обзывают. Если объект расположен не на окраине, делать засаду — вообще дохлый номер. Ну-ка, попробуйте там без меня «навести мосты» с местными, я на вас посмотрю! Через полчаса весь народ будет знать, что какие-то левые федералы тут шныряют и чего-то хотят. Надо подыскать кунаков, которые живут неподалеку, желательно, на расстоянии прямого выстрела из автомата. Выяснить их настроения, собрать слухи, договориться. Кунаков у него в Аргуне хватает, а светиться около объекта он не будет — не баран ведь...

На том и порешили. На тог случай, если у Рашида ничего не выйдет, подстраховались. Поработали с картой, прикинули — Абу будет выдвигаться в Аргун по одному из трех направлений: из Курчалоя через Мескер-Юрт; из Шали — вообще по прямой, самый короткий путь: на худой конец, с изрядным крюком — из Гудермеса, через Джалку. Если он появляется на месте после полудня, с утра времени — вагон. Пользуясь Витиной протекцией, получили три взвода из полка Внутренних войск «для проведения плановых мероприятий по проверке паспортного режима». На всякий случай, без всякой протекции, взяли две снайперские пары из седьмого отряда спецназа (Петрушин оттуда родом, он там второй человек после командира). Все, можно было работать...

На восемь утра шестого июня диспозиция аргунской операции была представлена следующим образом:

— команда в полном составе сидела на чердаке дома в юго-западном секторе села. Дом отстоял от объекта всего на сто пятьдесят метров, причем ворота подконтрольной усадьбы и изрядный кусок улицы справа и слева входили в зону прямой видимости (остальное было скрыто соседними домами). Рашид, опытный воин, идеально подобрал место для засады, лучшей позиции здесь просто не было. Когда настанет момент — залп из семи стволов, и конец операции. Главное, не упустить тот момент...

— Три взвода на бронетехнике располагались неподалеку от «контрольных точек»: мост через Аргун, дорога со стороны Джалки, северо-западная оконечность Мескер-Юрта. Выдвигались скрытно, чтобы зря не будоражить широкую публику, по команде должны были выехать на трассы и перекрыть возможные пути отхода.

— Метрах в трехстах от южной оконечности села, рядом с дорогой на Шали, в кустах сидели две снайперские пары седьмого отряда. Пары находились на прямой визуальной связи с Ивановым, наблюдавшим за тылом. Вернее сказать, Иванов находился на визуальной связи с полукилометровым участком дороги — он снайперов не видел, как и они его. Эта дорога — наиболее вероятное направление отхода для Абу, случись вдруг команде некачественно отработать с первого раза. То есть снайперские пары находились в резерве на случай непредвиденных обстоятельств.

— Ну вот, все учли, со всех сторон перестраховались, — резюмировал Иванов, когда все боевые порядки заняли свои места и между ними было установлено взаимодействие по радио. — Обстановка просто идеальная, если учитывать, что нужно всего-то снести одной очередью три-четыре человечка. Надо отработать как следует. Если что-то не срастется, это в данной ситуации будет для нас просто непростительно...

* * *

— «Кукушка-два» — «Третьему».

— На приеме.

— Как получаешь?

— На пятерочку.

— Обстановка?

— «222».

— Хорошо. Бди. «Заслон-один» — «Третьему».

— Получаю хорошо, обстановка — «три двойки».

— Хорошо, до связи. «Заслон два» — «Третьему»...

В половине четвертого на чердак в очередной раз поднялся Рашид. На месте ему не сиделось, гулял по окрестностям, впитывал обстановку.

Абрек слегка нервничал. Присел рядом с Серегой, окинул его взыскательным взором, вдруг озабоченно нахмурился:

— Ты чего без «броника»? Слушай, а вы же все без «броников»... Ну, дети ишака... У вас что — вообще бронежилетов нету? Все на водку обменяли?

— А на пятые сутки самый наблюдательный из нас — Зоркий Глаз, заметил, что у сарая нет одной стены, — совершенно серьезно сказал Костя. — Вот так мы и удрали от проклятых бледнолицых...

Немного похихикали — скучно, а тут свежие впечатления.

— Да ладно вам, — смутился Рашид. — Когда человек на такие дела идет, надо «броник» надевать. Вы зря смеетесь, это хорошие солдаты, это все знают...

Вася достал очередную банку со сгущенкой, провертел ножом две дырки и принялся методично сосать. Запасливый разведчик никогда не даст свой организм в обиду. Рашид неодобрительно покачал головой, присел к оставленному Васей сектору, взял бинокль, принялся наблюдать. Вид у абрека был укоризненный: плохо вы службу несете, дети асфальта, не горит в вас тот самый пресловутый огонь энтузиазма, что двигал Матросовым и Гастелло...

Рашид заботится о Сереге вовсе не из-за того, что тот хорошо говорит по-чеченски. И не потому, что лейтенант — самый молодой в команде. Отношение абрека к лейтенанту сугубо утилитарно, как, впрочем и ко всем остальным членам команды. Это всего лишь хороший инструмент для мести и спасения от позора. Инструмент, внезапно оказавшийся в нужное время в нужном месте. У тебя дом полыхает, вокруг — ни души, ты выбегаешь во двор, зная, что кроме колодца с неподъемной бадьей там ничего нет, и... О чудо! Во дворе ты внезапно обнаруживаешь пожарную машину с раскрученным и приготовленным для немедленного использования брандспойтом. Откуда оно тут, в степи? Да так, ветром нанесло. Или пожарники пьяные поставили ночью, а сами в район умотали, за водкой. Вот спасибо!

Так вот, отношение абрека к лейтенанту трижды утилитарно, если сравнивать с остальными членами команды. Потому что Рашид очень надеется на второй вариант.

Второй вариант — это взятие Абу живьем. Первый, «на снос» — основной. Обычно бывает так, что задача ставится как раз в обратной последовательности. Дежурная просьба полковника Иванова, ставшая привычной для всех членов команды: «Вы уж постарайтесь, хлопцы, хоть одного, но живым...»

Живьем — это всегда значительно труднее. Одно дело — спрятаться как следует, дождаться и влупить из всех стволов, а потом идентифицировать трупы. Тут и на расстояние кинжального огня не надо приближаться, можно с комфортом присесть подальше, на безопасном удалении. И совсем другое дело, когда надо полдня без движения лежать в земле, имитируя поведение трупа, в математически рассчитанный интервал снайперскими выстрелами дырявить плечи «объекту», методически грамотно зачищать тех, кто с ним рядом... А потом ломиться во всю прыть по открытой местности, не зная наверняка, все ли там готовы, или, может быть, кто-то только и дожидается, когда ты подойдешь поближе, чтобы с воплем «Аллах акбар!» рвануть заветное колечко и вместе с тобой отправиться на небеса.

Сейчас вопрос так не стоит. Личного врага президента брать живым необязательно. Спецпредставитель сказал: «валите сразу, как увидите...» То есть вроде бы можно и не рисковать. Но потом, после некоторых размышлений, Витя заметил как бы между делом: «...ну, если обстановка сложится благоприятно... можете попробовать взять его живьем. В общем, смотрите сами, по обстоятельствам...»

К словам спецпредставителя прислушались и на всякий случай разработали вариант № 2. По второму варианту (захват во дворе или в доме, без предварительного опознавания при выходе из машины, поскольку таковой выход вне двора может просто не состояться) первым в боевом порядке группы захвата должен выдвигаться Серега. Он единственный лично знает Абу.

Абрека, конечно, в детали посвящать не стали, просто сказали, что лейтенант знаком с «объектом», пойдет первым. Поэтому Рашид так трепетно относится к лейтенанту. Ему Абу нужен живым. Простите за повтор, но Рашид очень надеется, что этого товарища поимею! перед камерой, после чего он обязательно сдаст всех, кто участвовал в непотребстве с ныне покойной Земфирой. Такая вот идефикс — с бесхитростной подачи Кости Воронцова. Кто ж знал, что Рашид так крепко врежется в эту грязную идейку? Теперь сидит, мечтает о втором варианте...

— Да, надо взять этого шакала, — пробормотал Рашид, протирая стекла Васиного бинокля. — А то другие перехватят. Недолго уже ему осталось...

— Не понял? — насторожился Иванов. — С чего это ради? Мы чего-то пропустили?

Рашид рассказал новости, которые узнал от кунаков. В частности, о том, что Абу убил муфтия Веденского района, а потом Шамиль расстрелял Шаамана Атабаева, который не выполнил его приказ. Какой приказ? Да тот самый приказ: Абу сначала приказал Шааману убить муфтия, а когда он отказался, это сделали телохранители араба.

Соратники переглянулись. Насчет муфтия все были в курсе — это в сводке проходило. Вот это выпал из обстановки абрек, сидючи в своем захолустье! Так война кончится, а он и не узнает.

Про расстрел Атабаева ничего известно не было, как, впрочем, про самого Атабаева вообще — фигура среднего ранга, на сенсацию не тянет. Однако, если увязать эти два события, получается интересная тенденция. Судите сами: араб дал команду убить муфтия, командир-чеченец не выполнил приказа. Муфтия все равно убили, а чеченца расстреляли свои же — из-за араба...

Теперь понятно, почему кунаки Рашида с такой легкостью согласились потерпеть на своем чердаке федералов. И нет необходимости выпытывать у Рашида, чем он обосновал их активность в Аргуне.

Араб совершил большую ошибку. Теперь, даже если сегодня у команды ничего не получится, жизнь его на территории Чечни будет очень неспокойной. И очень недолгой...

А вокруг все было тихо и спокойно. Денек опять выдался — просто прелесть. Жалко тратить такие славные дни на всякие гадости, типа заседания на пыльном чердаке в ожидании черт знает чего... Лизин сканер молчал, как Сере га Лазо на допросе у злобных интервентов, — ни разу не пискнул.

— Или никого и в самом деле нет... Или они общаются по спутниковым мобилам, — высказала предположение Лиза.

— Больно жирно будет, — покачал головой Костя. — У нас на всю команду — одна. Не думаю, что они такие богатые, что могут себе позволить давать всем своим людям такие штуки.

— Могут, — лаконично возразил лейтенант Серега. — Эти могут...

В 15.45 сонное ожидание разрешилось недоразумением из разряда «вдруг откуда ни возьмись...».

К подконтрольной усадьбе на полном ходу подскочили два «Ниссан Патрола» с синими милицейскими полосами и встали. Из машин дружно вывалили с десяток вооруженных товарищей в камуфляже. Без масок, судя по лицам и ухваткам, все — тутошние.

— А посмотрите-ка, полковник... — предложил Петру шин.

Иванов метнулся к основному сектору — он за тылом наблюдал, посмотрел...

— Е-мое... Да откуда вы здесь взялись, родимые?!

Товарищи всем скопом в калитку ломиться не стали. Вошел один — дородный мужчина средних лет, внешне безоружный. Остальные остались снаружи и признаков готовности к немедленной активности не проявляли. Можно даже сказать, вели себя праздно и как-то беспечно.

— Вот так ни хрена себе... — растерянно пробормотал Иванов. — Это что же такое творится?

Дородного мужчину полковник узнал, известная в республике личность. Какого черта он здесь делает, в таком месте и в такое время — совершенно непонятно. Сами собой напрашивались два возможных вывода: либо у них хорошо работает разведка и команде придется убираться несолоно хлебавши... Либо дородный товарищ здесь по делам. А если по делам, то что же это получается... Араб уже в усадьбе? Вот так ничего себе, организовали наблюдение!

— Блин... Но когда? Каким образом?! Просто фантастика какая-то...

— А совсем не факт, что он уже там, — встрял самый догадливый в мире лейтенант Серега. Может, позже подъедет.

— Ну, и как мы теперь? — выразил общее настроение Петрушин.

Настроение было вполне соответствующим. Затаились ото всех, никому — ничего, соблюли все возможные меры конфиденциальности... И вдруг — на тебе! Ну, это вообще ни в какие ворота не лезет.

— Ждем, — угрюмо буркнул полковник. — В любом случае ждем окончания встречи. Действовать начнем после того, как этот уедет. Заодно и свинью подложим хорошему человеку. Все будут знать — это именно после его убытия началась заварушка...

* * *

Минут через десять во дворе подконтрольной усадьбы заработал двигатель машины.

— Готовность номер один, — предупредил Иванов.

— Готовы, — хором доложили члены команды.

Очень может быть, что действовать придется в течение ближайших минут. Если араб действительно в усадьбе и встреча с дородным товарищем — основное мероприятие, ради которого он сюда прибыл, не исключено, что он не станет задерживаться...

— «Та-та-та!!!» — короткая очередь во дворе усадьбы прозвучала как-то невнятно, сразу и не определишь, из чего стреляли.

Товарищи у «Ниссанов» застыли и разом повернули лица к воротам усадьбы. Но никто не побежал — видимо, на сей счет имелись какие-то предварительные распоряжения.

— Не понял? — удивился Иванов.

— «Та-та-та-та-та»!!! — в этот раз очередь была длиннее, и всем понятно стало, что стреляют из не совсем серьезного для регулярных боевых действий оружия: «Каштана» либо «Кипариса». Такое оружие может позволить себе только большой начальник, у которого под рукой куча бойцов, экипированных чем-нибудь более основательным.

— Началось, — флегматично провозгласил Петрушин, припадая к прицелу своего «ВАЛа». — А теперь — гранатку. Через забор.

— Не сошлись во мнении, что ли? — высказал предположение Костя. — Не смогли обрести консен...

— Ложись!!! — дружно заорали (по-русски, что характерно!) товарищи у «Ниссанов», бросаясь врассыпную и падая, кто где придется.

— Бу-бух!!! — сочно громыхнул взрыв, раскатываясь эхом по окрестностям.

Товарищи у «Ниссанов» вразнобой заорали — кому-то там крепко досталось.

— Да, это правильно, — одобрил Петрушин. — Все как положено.

— Бу-бух!!! — раздался второй взрыв.

Секунды не прошло — ворота вывалились наружу, из клуба поднявшейся пыли на улицу выскочила белая «Нива» и мгновенно убралась из сектора. Судя по направлению движения, помчалась по дороге на Шали.

Команда в полном составе метнулась на другую сторону чердака, к тыловому сектору. Чертыхаясь, принялись локтями выбивать дыры в шифере — прикладами неприлично, надо беречь точный инструмент.

— «Кукушки» — «Третьему»!!! — хрипло рявкнул в рацию хитрый Петрушин, первым успевший к готовой бойнице, оборудованной накануне полковником. — Белая «Нива». Принимайте!

— Принимаю, — доложил «Кукушка один». — Но пока не вижу.

— Принял, — эхом отозвался «Кукушка два». — Тоже пока... Ага! Цель вижу!

— Ну и славно, — буркнул Петрушин. — Он весь ваш, хлопцы. Давайте. Мы поддержим.

— Мы, конечно, поддержим — но тут у нас полный не фонтан, — оценил обстановку Вася Крюков, сканируя через прицел участок дороги. — Тут метров пятьсот... Далековато!

— Ничего, — Петрушин привычно окинул взглядом личный состав, проверяя, все ли заняли позиции, покосился на безоружного Рашида, припавшего к дыре в шифере с Васиным биноклем. — Не продырявим, так попятнаем. «Кукушки» должны сработать. Главное, чтобы он в ложбину не вильнул, а там...

Из-за крайнего дома в тыловой сектор выскочила «Нива» и стремительно понеслась по дороге, удаляясь прочь от села. Если встать лицом к Шали, снайперы сидят справа от дороги. Так удобнее, там хороший кустарник и некоторая возвышенность. А слева от дороги, аккурат в секторах снайперских пар, имеется длинная продолговатая ложбина — вымоина. Это немножко неудобно — ложбина хоть и неглубокая, но там можно спокойно проползти метров пятьдесят на карачках, а кое-где и почти в полный рост пройти, оставаясь недосягаемым для пуль снайперов. Перекрытое пространство называется. Выбирать не приходилось, потому что это единственное место, где можно было разместить засаду. И неудобство, в принципе, довольно относительное. Кому придет в голову без очевидных оснований выскакивать из машины и щучкой нырять в ложбину? А если и придет — через пятьдесят метров путешествия на карачках придется ведь вылезать на ровное место и метров тридцать бежать до поворота, за которым начинаются посадки, закрывающие сектор. На этом тридцатиметровом участке снайперы как минимум дважды успеют продырявить любую пешую цель.

Петрушин опасался напрасно. «Нива» мчалась прямиком по дороге, ровной в этом месте, как стрела, и заметно прибавляла ход. Спустя несколько секунд она окончательно въехала во все возможные сектора — и с крыши, и со снайперских позиций.

— Потрудимся же, братие, — привычно пробормотал Петрушин, выдавливая слабину спускового крючка. — Ну, ребята — держите...

В этот момент случилось нечто необъяснимое — по крайней мере, с первого взгляда. Крыша над головами команды начала активно рушиться и плевать во все стороны острыми осколками шифера.

— Все во двор! — как всегда, первым сообразил Петрушин, мощным броском дородного тела вынося кровлю прямо перед собой и прыгая во двор.

А со второго взгляда стало понятно: по позиции команды как минимум с четырех точек работают тяжелые пулеметы, размещенные где-то неподалеку, тоже на чердаках. Вот это чудо, так чудо!

Спустя несколько секунд команда благополучно десантировалась во двор... Нет, не в полном составе и не совсем благополучно. Глебыч при падении подвернул ногу, Иванов схлопотал пулю в правое предплечье и по этой причине оставил свой «ВАЛ» на чердаке, бледная Лиза, хватая ртом воздух, держалась за левую ключицу — из-под ладони обильно натекала кровь...

А Серега и Рашид остались на чердаке.

Методично рокотали вражьи пулеметы, проштопывая свинцом крышу гостеприимного для федералов дома, где-то в стороне подконтрольной усадьбы слышались автоматные очереди и рвались гранаты, и вообще, теперь понятно было, что в селе начался настоящий бой, который развязать под силу только хорошо вооруженному подразделению числом как минимум до взвода. Только вот вопрос: какого черта это подразделение здесь делает?!

— Откуда что взялось? — пробормотал Вася Крюков, принимаясь деловито вправлять кряхтящему Глебычу ступню.

— Лиза! — страдающий от боли Иванов стоически отпихнул подползшего к нему с ИПП[13] Костю и рванул из кармана разгрузки свой пакет. — Лиза, я сказал!!! Я — сам...

— Готово, — доложил по рации «Кукушка-один». — Сработали трижды, куда-то там попали, непонятно... Короче, транспорт урулил в ложбину и теперь лежит там на боку — видим правые колеса. Ждем, когда вылезут. Это что там у вас, «Третий»?

— Вы молодцы, — похвалил снайперов Петрушин. — Позиции поменяли?

— Обижаете!

— Молодцы. Не высовывайтесь, ждите, мочите все, что движется.

— А что там у вас? Пулеметов вроде не было...

— Это не у нас. Это по нам. Вы работайте, не отвлекайтесь! Теперь вы у нас — основные.

— Понял вас, «Третий», работаем...

— ...кого хера?! — едва Петрушин отпустил тангенту, прорезался голос командира «Заслона-один». — Что там у вас за война, блин? Что там за пулеметы?!

— Короче так, «Заслоны», — заторопился Петрушин. — Прыгайте на броню и в полном составе дуйте сюда. «Заслон-три» пусть даст крюка и заезжает со стороны Джалки — а то в ваши же сектора въедет. Если он меня не слышал — передай. Ты меня понял?

— Понял. Нарвались?

— Нет, они тут уже были. С ходу не залетайте, на окраине притормозите. Я разберусь, сориентирую вас по численности и размещению их огневых точек. Давай, ждем вас...

Разобравшись с радиообменом, Петрушин вернулся к делам насущным, заорал в сторону чердака:

— Серый! Если живы, хоть голос подайте!

— Живы, — тотчас же откликнулся с чердака лейтенант.

— Так какого хера?! — возмутился Петрушин. — Жить надоело?

— А тут «мертво», — доложил Серега. — Посмотри на крышу.

Петрушин посмотрел — точно, небольшой угловой участок чердака не попал ни в один из вражьих секторов. Шифер там был целый, вот что! Серега с Рашидом, то ли с перепугу, то ли ввиду поразительной врожденной сообразительности, не прыгнули во двор, а заползли в этот участок и теперь сидели там, затаившись, как мыши.

— Так какого хера? — Петрушин не баловал соратников разнообразием выражений. — Ломайте шифер, прыгайте во двор!

— Наблюдаем, — доложил Серега. — Видим «Ниву» на боку. Готовы поучаствовать, если будет продолжение...

Продолжение не замедлило последовать. На участке Шалинской трассы вдруг объявилась еще одна «Нива» — выпрыгнула, как заяц, из-за крайнего дома и понеслась в сторону своей лежавшей на боку сестрички.

— Так-так... — лейтенант отложил свой двадцатикратный бельгийский бинокль и достал из «разгрузки» рацию. — «Кукушки» — «Седьмому»!

— Цель вижу, — тотчас же отозвался «Кукушка-два». — Валить?

— Со всех стволов. И стрелки прикрытия — тоже!

— Щас...

— Чего там? — занервничал не владеющий обстановкой Петрушин. — Куда там?

«Та-та-та», — напомнили о себе вражьи пулеметчики, не оставлявшие без внимания крышу «федеральной» усадьбы.

— Да бросьте вы все, падайте вниз!!! — взмолился Петрушин. — Достанут ведь...

— Щас... — Серега припал к прицелу своего «ВАЛ а» — Рашид тотчас же завладел его биноклем и принялся глазеть на «Ниву», сугубо по-чеченски удивляясь высокой разрешающей способности буржуйского прибора.

— Надо же — совсем близко видно, как будто рядом стою...

С крыши было видно то, что оставалось недоступным взору снайперов. «Нива» лежала на левом боку, сильно кренясь влево — вот-вот завалится на крышу. Рядом никого не было...

Вторая «Нива», как будто почуяв угрозу справа, вдруг вильнула с дороги и на полном ходу съехала в ложбину. Теперь в поле зрения снайперов была только ее крыша и верхняя четверть окон. Спустя несколько секунд она остановилась у места аварии, из салона выскочил человек и, пригибаясь, почти на получетвереньках, метнулся к первой машине.

— Вах! — удивился Рашид, увидев, как осыпаются стекла прибывшей машины — результат запоздалой работы снайперов. — Хорошо бьют, кучно!

Человек, между тем, качнул пострадавшую «Ниву» на себя — она легко завалилась на крышу — и без паузы поволок кого-то из салона.

— Ах ты ж су-упчику захотел, — пробормотал Серега, прицеливаясь в едва различимую через четырехкратный прицел фигуру и страшно сожалея, что разрешающая способность оружейной оптики не эквивалентна возможностям его крутого бинокля. — А ты за лу-уком сходил?

«Шлеп»! — мимо!

Человек выволок кого-то из салона и скрылся за своей машиной.

— Черт! Ай, как обидно...

Человек показался вновь — опять поволок кого-то из салона.

Шлеп! — человек дернулся, присел и развернулся в сторону невидимого стрелка.

— Ва-ах! — в этот раз Рашид удивился сильнее. — Ты только посмотри, кто тут у нас...

— Опять не попал, — огорченно констатировал Серега. — Где, блин?! Где ты, «В-94»[14]! Или хотя бы штатная «СВД»?!

Человек работал, как папа Карло, — не разгибаясь, в три приема утащил за габариты своей машины второго.

— «Кукушки»!!! — заголосил в рацию Серега. — Он сейчас поедет! У вас будет буквально три секунды, а то и меньше! Не успеете — уйдет за посадки!

— Сделаем, — пообещал «Кукушка-два». — Ждем...

«Нива» с пробуксовкой стартовала с места и начала разгоняться по ложбине. На крыше пару раз вспыхнули серебристо-белые фонтанчики — снайперы работали.

— Рано!!! — досадливо вскричал Серега. — Лучше бы прицелились как следует и дождались полного контура...

«Нива» разогналась, выскочила из ложбины и, за пару секунд преодолев открытый участок длиной в тридцать метров, скрылась за посадками.

— Е-мое... — сокрушенно побормотал Серега. — Вот это, блин, поработали...

Да уж, точно, — поработали. Непонятно, кто там был — в первой «Ниве»... Но, учитывая то обстоятельство, что «Заслон-три» вовсе не перекрывал трассу в направлении Шали, а в данный момент на всех парах совершал обходной маневр для выхода в тыл села, можно было с уверенностью констатировать: ушел, вражина. Сугубо по-английски, даже не попрощавшись...


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2014-12-06; просмотров: 263. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.117 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7