Истина и ее критерии. Практика

Материалистическая традиция в философии, решая проблему истины, опирается на известное положение Маркса(1818-1883), согласно которому «вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, - вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т.е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос».

Однако при всей своей правильности это положение не решает проблему истинности научного знания. Оно верно, поскольку оно, по сути, совпадает с целевым назначением и функциями науки. Последнее связано не только с функциями описания и объяснения явлений материального мира, но и с другими, не менее важными функциями (прогностическая, эвристическая, ценностная и др.). (Рис.5.4)

Можем ли мы дать предварительную оценку имеющимся теориям на «выживаемость» и выявить наиболее сомнительные?

Если мы не имеем такой возможности, тогда для того, чтобы не утратить возможность познания истины, нам придется «тащить» за собой весь спектр теорий и гипотез. Иначе мы рискуем потерять теорию, наиболее отвечающую объективной реальности. Если мы не хотим сохранять все возможные теории (мнения), тогда мы будем вынуждены сделать субъективный выбор и принять только одну версию объяснения явлений, превратив ее в догму.

В марксистской философии цитированное выше положение Маркса было абсолютизировано (стало догмой). Научная теория есть обобщение экспериментальных результатов и опыта. Она есть такое обобщение, в котором схвачены все главные связи и закономерности, обнаруженные человеком и существующие в данной предметной области. Как известно, любое обобщение предполагает выделение главных связей и отсечение всего второстепенного, т.е. идеализацию реальных явлений и связей.

В этом смысле научная теория всегда ограничена своей предметной областью и областью своей применимости, за пределами которой она теряет свою силу и не предсказывает правильных результатов. Иными словами, любая научная теория ограничена. Помимо этого, любая теория не может претендовать на абсолютную точность, поскольку она не в состоянии учесть все без исключения тонкости рассматриваемых явлений (она отсекла «второстепенное»). Она есть приближение к абсолютной истине, т.е. объективная истина.

В то же время научная теория выступает как особая форма практики, т.е. как обобщение результатов эмпирической деятельности человека и человеческого опыта в широком смысле этого слова. Именно при таком понимании сути любой теории (физической, химической и др.) исчезает разрыв между теорией (как бы связанной только с мыслительным процессом) и практикой (как исключительно материальной деятельностью человека). Теория есть особая форма все той же человеческой практики. Деление результатов человеческой деятельности на теорию и практику, и противопоставление их искусственно, в этом смысле. Даже плотник-умелец, который может построить дом без чертежей, всегда представляет себе не только будущую конструкцию дома, его размеры и форму, но и технологию строительства. Все это он «проигрывает» в уме, т.е. теоретически.

Никакая осознанная производственная или материальная деятельность человека не существует без использования опыта в его концентрированной, обобщенной форме, т.е. без, хотя бы, примитивной теории и запечатленного в памяти обобщенного опыта. Практическая или материальная деятельность как таковая, без опоры на теоретическую деятельность, есть результат схоластического теоретизирования.

Итак, естественнонаучная теория есть обобщение результатов конкретной практики. При обобщении человеческое мышление включает в себя как объективную, так и субъективную составляющие практической деятельности. Именно по этой причине ошибки при обобщении неизбежны. Если мы умеем находить такие ошибки уже на начальном этапе обобщения, значит, мы имеем возможность, уклониться от гносеологических ошибок и более успешно приблизиться к абсолютной истине.

Как известно, естественнонаучные теории можно классифицировать по степени обобщения. Однако все эти теории суть феноменологические. Фундаментальность теории обусловлена глубиной ее проникновения в тайны природы. В конечном счете, не человек навязывает природе свои представления о ней, а природа приоткрывает свои тайны любознательным исследователям. Чем выше степень обобщения, тем более абстрактным будет содержание теории. Философия в этом смысле, имеет наивысшую степень обобщения и, соответственно, наивысшую степень абстрактности. Она однокачественна с научными теориями, и мы можем их сравнивать. Когда мы говорим: «общенаучное» - мы, тем самым, выражаем отношение к обсуждаемому предмету, взятому в его наиболее обобщенной форме. В этом смысле общенаучное есть философское и обратно, философское есть общенаучное.