Первый раз, когда я попал в неприятности, были Пруф, я и еще один парень, просто шатались без дела. Иногда, когда мы выходили, мы стреляли из ружий — ружий для пейнтбола по случайным жителям Детройта. Мы делали так каждую ночь в Пятницу, после того, как отжигали в Saint Andrew’s Hall. Дело было где-то в 92-ом, до того, как меня подписали, -великое время в хип-хопе, кстати. Мне было 20 лет. В ту ночь мы просто катались, стреляя шариками краски из машины. Я повернул не на ту улицу, и мы остановились около университета Wayne State, где пошли к детям на скейтбордах. Пруф подкрался к одному из них сзади и стрельнул ему в затылок шариками краски раза три -БАХ! БАХ! БАХ!. А на близком расстоянии это чертовски больно! Понимаете о чем я? Но тот пацан был будто под кислотой или чем-то таким. В смысле, он не нагнулся, не закрыл голову, просто продолжил кататься. Как, блядь, в Сумеречной зоне какой-то. А следующее, что было — чертовы сирены, и появились пять коповских машин.
Один из копов выбил из нас все говно. Он положил меня лицом вниз на чей-то газон, одел наручники. Второй схватил меня за серьгу и сказал: «Любишь носить серьги, а, малолетний педик? Ты, маленький белый мальчик». В ушах были маленькие кольца, и он просто сорвал их. Он заставил Пруфа есть траву, в буквальном смысле, взял пучок травы и засунул ему в рот. В какой-то момент женщина коп сказала что-то вроде: «А, у людей есть видеокамеры». Все это происходило возле Rodney King. Хотел бы я, чтобы кто-нибудь это заснял.
Меня и Пруфа посадили в одну машину — просто закинули. Мы оба были в наручниках. Я сказал ему: «Черт, жестко они тебя». А он: «Меня жестко? На себя посмотри!» Они не хотели фотографировать нас из-за того, как мы выглядели. После этого у меня был ушиб ребер. Моя мать была рада судебному разбирательству, поэтому сделал фотографии моих ребер. Они адски болели.
В итоге нас направили в две Детройтские тюрьмы, и пока мы были в одном из этих кишаших тараканами скотном дворе, мы узнали, что один из нас подстрелил кого-то в… член. Мы попали кому-то по шарам шариками: шариками краски! Чувак хотел подать иск, копы говорили нам, что это было нападение — что нам светило минимум пять лет. Мы сидели с детективом, и он спросил: «Вы можете позволить себе адвоката?» Мы были в жопе. Думая: «Твою мать, вот нам и рэп-карьеры, вот нам все».
Но получилось так, что никто из подстреленных нами не явился на судебный процесс, так что мы выплыли на формальностях. Когда мы выходили из здания суда, я, помню, думал: «Фу! Боже мой, спасибо тебе, Господи!»
Так что, да, я имел дела со справедливостью копов и залами суда, но инциденты с настоящим оружием были наиболее печально известными. Мне дали испытательный срок за дело с ICP. За, так утверждаемое, избиение пистолетом я был признан виновным в ношении личного оружия, судья отпустил меня по обвинению в нападении. Подвох был в том, что я должен был посещать консультации по управлению гневом. Не тяжело догадаться, что название для моих туров Управления Гневом {Anger Management}, имевших дурную славу, появилось из-за моей обязанности посещать эти курсы. Они должны были поставить меня на путь и держать подальше от тюрьмы. Вся эта фигня не была столь впечатляющей. Я появлялся, беседовал с чуваком и уходил домой. Не скажу, что это не помогло, но оно и не было особо содержательным.
